Шесть соток для Робинзона - Дарья Донцова

– Зачем приносить минералку в одну-единственную квартиру? – не успокаивалась я.

Вадик показал пальцем на свою пустую чашку.

– Плесни-ка мне чайку… Может, студентка собралась по всем этажам пройтись, начала с нас, и тут ей из дома позвонили, там что-то случилось?.. Вот она и убежала, забыв про работу. Выброси из головы мысли о моих врагах. Если хотят человека умертвить, то уж постараются яда побольше в питье насовать, чтоб наверняка на тот свет отъехал. А Нина и Надя живы.

– Они в больнице в тяжелом состоянии, твоя жена в коме! – воскликнула я.

– Есть цианиды, которые убивают мгновенно, – тоном знатока заявил Вадим. – Зачем использовать зелье, которое срабатывает не сразу?

Последнее заявление Сперанского показалось мне очень важным, но я не успела понять, почему, – он внезапно хлопнул ладонью по столу и крикнул:

– Надоело ерунду слушать! По-твоему, меня хотят уничтожить?

Я кивнула.

– Яд достался моей жене и ее сестре? – гремел Вадик. – А еще раньше на тот свет отправили приятелей Стебункова?

Я снова согласилась.

Сперанский скривился, как от лимона.

– Шашлык из крокодила оказался нафарширован чем-то вроде стрихнина? И почему остальные не померли?

– Кто? – удивилась я.

Сперанский объяснил:

– В доме готовят экзотическое блюдо, такое не каждый день случается. У бизнесмена есть прислуга – экономка, домработница, охранник и шофер. Неужели им не захотелось отведать кусочек крокодилятины?

– Водитель Степан жарил на мангале шашлык и умер, поев его, – возразила я.

– А экономка с горничной? – уперся Вадим. – Готов спорить на что угодно, шофер предложил им угоститься. Да только экономка не погибла со всеми, скончалась после того, как я оставил талисман. И горничная, молоденькая девушка, выглядела вполне здоровой, когда мы были у бизнесмена дома.

– Может, яд имеет отсроченное действие? – предположила я. – Есть такие, которые начинают работать через пару суток после приема. И они сложно определяемы, при вскрытии ничего не находят. Вероятно, поэтому в случае с гостями Стебункова заговорили о таинственном вирусе.

– И сколько дней прошло после пикника у олигарха? Какая отрава убивает спустя такое количество времени? – ехидно осведомился фэншуист. – Правда, горничная в доме была новая.

– А ты откуда знаешь? – поразилась я.

Сперанский вынул из кармана блокнот, пояснив:

– Не люблю гаджеты, записываю сведения по старинке, на бумаге. Прежде чем делать талисман, необходимо учесть все.

– Даже электролампочку, – не утерпела я.

Но Сперанский не обратил внимания на ехидные слова, перелистнул страницу.

– В квартире десять комнат, три на юг… это не то… мебель… не оно… Ага, вот. Виктория Николаевна, экономка, по знаку зодиака Скорпион, прописана в Люблине, проживает постоянно в доме Стебункова. Ирина Львовна Зимина, Козерог, живет в Теленском переулке, дом два, квартира под тем же номером, приходящая прислуга.

Я напрягла память.

– Вроде экономка обращалась к молоденькой горничной по имени Алена.

Вадим захлопнул блокнот.

– Фиг с ним, с именем. Зиминой за сорок, воду подавала не она. Черт! Только сейчас сообразил! Вероятно, не только лампочка причина сбоя в работе амулета – в доме появилась новая горничная.

– Верно, – вспомнила я. – Экономка еще посетовала на молодежь, которая не успела обтесаться. И упомянула, что неумеху порекомендовала ушедшая Ирина.

– Подвожу итог, – заявил Сперанский. – Несусветная глупость тебе в голову пришла. Степан стопроцентно всю дворню угостил крокодильим шашлычком. Почему прислуга не умерла?

– Другое «почему»: почему полиция не спросила у служащих, ели ли они экзотическое мясо? И третье. Почему дознаватели не удивились, что дворня, как ты выразился, жива?

– Да поломойки и охранники никогда не признаются, что без спроса хозяйский деликатес жрали! – хмыкнул Вадим. – Все промолчали или соврали.

– Надо проверить, что там с Ириной Львовной Зиминой, по какой причине она ушла с хорошего места, – продолжала упорствовать я.

– У тебя в ближайших родственниках нет баранов? Выдумываешь ерунду, – взвился Вадим.

– Надеюсь, более не станешь предпринимать попыток убить ни в чем не повинного Стебункова? – окончательно разозлилась я.

– Нет, – еле слышно ответил Сперанский. – Я ведь узнал, что он не мой отец. Иван Гаврилович стал мне безразличен.