Пятый туз - Анатолий Галкин

Федор повернул к себе лежавшую перед вахтером амбарную книгу и записал два номера:

– Когда хозяин двести седьмого появится, ты, брат, по этому номеру позвони и скажи: «Для номера тридцать один! Объект прибыл»… И тогда я для той толстушки, что в пакете прячется, пару принесу, близняшку… Понятно?

Вахтер гордо расправил плечи, сжал зубы и, резко подняв кулак, изобразил приветствие «рот фронт»… В его сообразительности и исполнительности можно было не сомневаться.

Лобачев подмигнул молчаливому стражу и без особого удовольствия вышел из прохлады институтского холла в душный яркий московский полдень.

Информацию о появлении Татаринова Федор получил около семи часов вечера.

Вахтер встретил его стоя с гордо поднятой головой и с чувством исполненного долга… Левой рукой он ловко подхватил протянутый Федором пакет, а правую приложил к сердцу и чуть заметно склонил голову.

Уже подходя к двести седьмому кабинету, Лобачев неожиданно для самого себя подумал с сожалением, что не купил для молчаливого вахтера закуски.

Федор даже остановился посреди темного коридора… Откуда у него такая забота?.. И вообще, откуда всякая глупость в голову приходит?..

Татаринов стоял перед столом и торопливо разбирал бумаги.

Это был высокий плотный мужчина с открытым лицом и постоянно блуждающей улыбкой.

Правда, его глаза настороженно и воровато бегали… Лобачев успел подумать, что Бондарь очень плохо разбирается в людях.

Впрочем, в них никто и никогда не может разобраться до конца. Такие глаза могут быть и у честнейшего человека.

– Вы ко мне? Я очень занят… Очень много работы!

– Я на одну минуту… Я вас, уважаемый Борис Николаевич, больше часа не задержу… Я здесь покурю, пока вы посмотрите документы из папки номер один.

– Что в ней? – Татаринов стоял неподвижно, холодно вглядываясь в лицо посетителя.

– Да вы сами посмотрите. – Лобачев небрежно бросил папку на стол. – Там ваш послужной список, адрес, план квартиры, где, очевидно, деньги лежат. А еще, паспортные данные, информация из ГАИ о вашем железном коне и другая мелочь – где дочь учится, где жена бывает, родственные и иные связи… Что вы так этой папки боитесь? Берите, у меня еще много таких.

– Я не буду с вами разговаривать без своих друзей.

– Без вашей крыши?

– Да, без моей крыши!

– Но вы уверены, что она у вас на месте? Я думаю, она у вас поехала. Вы поинтересуйтесь, что у меня во второй папке, в третьей, в четвертой. Полюбопытствуйте, для приличия. – Лобачев резко швырнул на стол папку с номером два. – В этой папке первая порция ваших долговых расписок, договоров и прочее. Здесь на двести тысяч!.. Неужели вы будете беспокоить ваших занятых друзей?.. А если они пойдут на стрелку, то после разборки вы и долги все заплатите, и им отвалите круглую сумму за беспокойство… Везде есть своя справедливость.

– Что вы хотите?

– Я хочу?! Я ничего не хочу. – Лобачев небрежно развалился в кресле. – Вы садитесь, господин Татаринов… О чем это я? Да, хотеть сейчас очень вредно. Опасно хотеть. Друг у меня был – очень много лишнего хотел. Так у него в квартире что-то взорвалось. Очень были пышные похороны… Ну вот вы и побледнели.

– Что вы хотите?

– А вы понастойчивей!.. И правильно. Я действительно кое-чего от вас хочу… Я хочу, чтобы вы не думали дергаться, а стали мне помогать. И тогда я ликвидирую ваши долги… Вы даже можете получить некоторую дополнительную сумму для поддержки штанов.

– Что вы хотите?

– Вы мне нравитесь, Татаринов. Вы хотите знать детали, а сами даже не сказали, что готовы добровольно помогать мне во всем.

– Я готов…

– Подробнее!

– Я готов помогать вам… добровольно.

– И не думайте, что я обрадовался. Я не ожидал другого варианта… Вы еще счастья своего не понимаете! Счастливчик… А я обещал вас больше часа не задерживать. Давайте к делу!.. Мне надо крепко наказать Игоря Савенкова. Это ваш друг?

– Бывший!.. У меня на него тоже большой зуб имеется.

– Я знаю. Он бросил вас в трудную минуту, а я поддержу. И вместе накажем нехорошего человека. Вы можете посетить его офис в Беляеве?

– Могу.

– Мне на первый раз нужна его записная книжка. Несколько написанных им документов, рукописных разумеется, и еще вот это.

Федор вынул два деревянных брусочка размером с толстый карандаш. Не надо быть шпионом, чтоб понять, что это элементарные «жучки».

– Эти игрушки надо прикрепить в местах, где можно ожидать важных разговоров… Здесь на боку клеевая полоска… Под стол можно. Но очень аккуратно! Нельзя проколоться… Я понимаю, что это очень сложно…

– Ничего сложного. Мы можем к ним вместе зайти. Ночью.

– Не понял…

Татаринов открыл ящик стола и, порывшись в куче коробочек, скрепок, старых авторучек, положил перед Лобачевым массивный сейфовый ключ.

– Это от их нового офиса… От новой двери. Они только вчера ее поставили.

Федор впервые посмотрел на Татаринова с удивлением и восхищением. Похоже, что он его недооценивал. Похоже, что этот Борис не мелкий жулик, а достаточно крупный…

– Я с вами вожусь, Татаринов… Мы с тобой, Борис, большие дела будем делать… Визит в «Сову» назначаю на сегодня. В полночь!.. Давай, друг Борис, уточним место встречи.

* * *

Всю дорогу из Химок Галаева оживленно болтала, но, переступив порог Вариной квартиры, вдруг замолчала.

Медленно пройдя в большую комнату, она остановилась в изумлении. Выражение ее лица подтверждало меткость грубоватой народной характеристики такого состояния – «челюсть отвисла».

И было от чего отвиснуть… Комната напоминала маленький экзотический музей или питерскую Кунсткамеру.

Раиса Павловна долго не могла отвести взгляд от трехметровых змей. Готовые к прыжку деревянные кобры с горящими глазами разместились на фоне огромной шкуры зебры… Рядом на стене теснились африканские маски, раскрашенные щиты, копья.

Не было ни одной похожей вещи!..

Неброское резное красное дерево и крокодиловая кожа перемежались с яркими пятнами из леопардовых шкур или пучками перьев экзотических птиц.

Галаева медленно подошла к стене и осторожно дотронулась до массивного копья с каменным наконечником, украшенным в верхней части букетом из хвоста антилопы.

Рядом висела набедренная повязка и богатый головной убор вождя племени…

Раисе вдруг захотелось сбросить с себя все, нацепить этот поясок с полосками звериных шкурок, надеть эту элегантную шляпку и, размахивая копьем, скакать вокруг костра.

Галаева резко повернулась и увидела, что Варвара стоит в дверном проеме и наблюдает за ее реакцией.