Тени убийства - Энн Грэнджер

— Хотелось бы как можно скорей ознакомиться с делом, — сказал Минкин. — Мы постараемся вам не мешать.

Тоже старается играть по правилам, пока не уяснит обстановку.

— Конечно. Источник мышьяка к данному моменту не установлен… — начал Маркби.

— Заводов рядом нет? — перебил его Минкин. — Удивительно, чего только не используют на химическом производстве.

— У нас не промышленный район, — пояснил Маркби. — Несколько компаний занимаются сельскохозяйственными препаратами…

Тут за дверью раздался шум, а затем и голос Джинни Холдинг:

— К сожалению, сейчас нельзя. Мистер Маркби занят. Может, я могу помочь?..

В ответ зазвучали одновременно три голоса. Один мужской, смутно знакомый, два женских, один из которых слишком знакомый.

— Секундочку, — попросил Маркби. — Позвольте взглянуть, что там происходит.

И он быстро шагнул в коридор. Холдинг изо всех сил сдерживала компанию, состоявшую из Рона Гладстона, Джулиет Пейнтер и Мередит. Поскольку Мередит заходит в региональное управление только по очень важному делу, действительно требующему внимания, Маркби потребовал ответа:

— Что случилось?

— Ох, Алан, — с облегчением вздохнула Мередит, — Рон тебе кое-что хочет сказать.

Маркби почуял за спиной могучую фигуру.

— Кто-то желает сделать заявление? — уточнил Минкин. — Инспектор!

Присеменил Хейес.

— Пройдемте лучше в кабинет, который нам выделили, и послушаем, что скажут эти люди.

Джинни Холдинг, вопросительно взглянув на босса, шагнула вперед. За ней Минкин и Хейес, процессию замкнули Рон, Джулиет и Мередит. Мередит оглянулась на Алана, оставшегося стоять в дверях кабинета.

На шум из своей комнаты выскочил Дэйв Пирс. Маркби схватил его за руку:

— Ради бога, бегите туда, сидите и слушайте!

Как и опасалась констебль Холдинг, бывший архивный кабинет тесен даже для двух человек. Когда в него набились шестеро, он превратился в нечто вроде пыточной камеры, где не то что сидеть или лежать, стоять толком невозможно.

Минкин, видимо для подтверждения своего ранга, занял место за столом. Хейес встал у него за плечом. Нашлись еще два стула, предложенные Джулиет и Мередит, которые уселись лицом к ним. Рон Гладстон и Дэйв Пирс остались стоять.

— Так не годится, — твердо объявила Мередит и встала.

— Что, мадам? — подозрительно взглянул на нее Минкин.

— Сидеть должен тот, кто дает показания, правда? Я постою. Сядьте, Рон.

— Возможно, вы позволите нам решать, мисс? — впервые заговорил Хейес. Голос у него оказался гнусавый.

Но официальный подход не произвел впечатления на посетителей, и они быстро перегруппировались. Рон недовольно указывал, что джентльмены не сидят, когда леди стоят, но обе леди быстро его угомонили.

— Вы пережили тяжелое потрясение, — объявила Джулиет. — Разумеется, вам надо сесть.

— Как только займете места в оркестре… — нелюбезно буркнул Минкин.

Наконец Рон и Джулиет уселись перед полицейскими, Мередит с Пирсом встали по сторонам. На пересадку ушло минут пять, потом оказалось, что в ящиках письменного стола нет протокольных бланков, и Пирс отправился за ними. Заодно принес еще стул, которым сразу же завладел Хейес, к неодобрению Рона. («В мое время леди стоять не позволяли!») Инспектору как-то удалось воткнуть стул в угол, где он и уселся с бланком и ручкой.

Когда воцарился порядок, Минкин сложил на столе руки и кивнул Хейесу, чтобы приготовился.

— Итак. Я суперинтендент Минкин из Лондона. Возглавляю следствие по делу о смерти Яна Оукли.

Мередит уставилась в пол, невольно припомнив диалог, приписываемый констеблям: «Следуя в северном направлении, я заметил обвиняемого…» А когда подняла голову, увидела, что острые голубые глазки Минкина прямо-таки вонзились в нее. Как будто он прочел ее мысли. Всякое побуждение посмеяться над ним пропало. Он ничуть не смешон. Скорее очень серьезный противник.

— Это инспектор Хейес, — продолжал суперинтендент и взглянул на Пирса, предлагая ему представиться.

— Я уже встречался с этими людьми, — сухо сказал тот. — Они меня знают. Инспектор Пирс.

— Тогда, может быть, вы себя назовете? — обратился Минкин к посетителям.

Джулиет начала первой:

— Джулиет Пейнтер. Консультирую Дамарис и Флоренс Оукли по поводу продажи их дома.

— Усадьбы Форуэйз, где произошло убийство, — внес Пирс пояснение.

— Агент по недвижимости, — ровным тоном уточнил Минкин, проигнорировав Пирса.

О боже, мысленно охнула Мередит.

Джулиет подскочила на стуле:

— Не агент, а консультант! Я ничего не покупаю и не продаю. Даю советы тем, кто хочет купить и продать.

На Минкина тирада не произвела впечатления.

— По-моему, одно и то же.

— Ничего подобного! — отрезала Джулиет и сделала глубокий вдох. — Возможно, вам известно, что мой брат, доктор Джеффри Пейнтер, тот самый специалист по ядам, который идентифицировал мышьяк в организме.

Последовало молчание.

— В организме Яна Оукли? — уточнил Минкин.

— А где же еще?

Тяжелый взгляд суперинтендента переместился на Рона Гладстона.

— Вы хотите сделать заявление? Назовитесь.

— Не заявление, а сообщение, — поправил Рон. — Меня зовут Рон Гладстон. Я садовник в Форуэйзе.

Минкин крепко сцепил пальцы и снова взглянул на Мередит.

— Мередит Митчелл, — сказала она. — Я первой встретилась с Яном Оукли. Познакомилась в поезде и отвезла в Форуэйз. Нынче утром мы с Джулиет были в усадьбе с визитом, где столкнулись с Роном… и поэтому явились сюда.

— Хорошо, — кивнул Минкин.

— Вы также должны знать, что я живу в одном доме с суперинтендентом Маркби.

— Боже… — пробормотал Хейес. — Неудивительно, что прислали посторонних.

Минкин бросил на него быстрый предупреждающий взгляд.

— Итак, мистер Гладстон, — сказал он. — Как вы понимаете, я еще не успел ознакомиться с делом. Только что приехал. Но если у вас имеется информация, сообщите, пожалуйста. Инспектор Пирс наверняка разберется.

Рон подался вперед:

— Насчет мышьяка. Понимаете, я не знал, что он умер от мышьяка. Знал, что отравился, а что мышьяком, не знал до нынешнего утра, когда услышал от присутствующих здесь дам. — Он сделал паузу, проверяя, понимает ли Минкин.

— Продолжайте, — кивнул тот. — Я вас остановлю, когда что-нибудь будет неясно.

Рон прокашлялся.