Все мы грешные - Владимир Колычев

Скоро она перебралась за столик. С отсутствующим видом поднесла к губам бокал, выпила. Стало совсем хорошо.

И тут к ней подсел какой-то тип. В кожаной куртке, черных джинсах. Из шпаны, одним словом. Он что-то ей говорил, но она не слушала, даже не подавала признаков внимания.

Когда он внаглую предложил провести с ним ночь, Настя удостоила его лишь презрительным взглядом. Она встала, одернула юбку, запахнула шубку и, чуть покачиваясь, направилась к выходу.

– Никуда, сука, от нас не денешься, – услышала она за спиной шипящий голос.

Слова относились к ней, но она не придала им значения. Продолжала идти дальше, нисколько не беспокоясь о собственной безопасности. Станет она бояться каких-то там малолеток!

Настя вышла из бара, огляделась. Город уже завоевала ночь. Поискала глазами автопарковку. Вот она, ее машина, стоит себе, хозяйку дожидается. Сейчас подойдет к ней, откроет дверцу, сядет за руль. Потихонечку доберется до ближайшего милицейского поста, улыбнется какому-нибудь менту и попросит отвезти ее домой. Ведь она выпила как-никак.

Штрафа за управление в нетрезвом виде она не боялась. Расплатится как-нибудь. Другое дело, человека может сбить. Тут уж не до шуток будет.

Но до машины она не дошла.

– Эй, крошка! – услышала она уже знакомый голос.

Она резко обернулась.

– Спешишь куда?

Перед ней стояли трое в кожаных куртках. И этот типчик среди них.

– А-а! Мальчики! – пьяно улыбнулась она. – А пошли вы, знаете куда.

– Не то говоришь, крошка! – Один из «кожаных» ухватил ее за локоть.

– Эй, сопляк, а ну, оставь ее! – раздался откуда-то со стороны чей-то начальственно грозный окрик.

Из темноты на свет вышел мужчина в теплой куртке, без головного убора. Между пальцами левой руки он держал зажженную сигарету.

– Ты че, охренел, козляра?

Один из «кожаных» уже готовился ввязаться в драку. Другие бы его тут же поддержали.

Но их пыл остудил пистолет, будто сам собой появившийся в правой руке мужчины.

– Майор Глянцев. – Он выбросил сигарету, достал из нагрудного кармана красную корочку, раскрыл ее. – Борьба с оргпреступностью. А ну, брысь отсюда!

«Кожаных» как ветром сдуло. Он спрятал пистолет.

– Майор Глянцев. Майор Глянцев... – бормотала Настя, приложив палец ко лбу.

Когда мужчина подошел к ней, она силилась вспомнить, где доводилось ей слышать это имя.

– Я работал вместе с вашим мужем, Настя. С Вадимом, – напомнил он. – Он был моим другом. – В его голосе она почувствовала осуждение. – Пойдемте, я отвезу вас домой.

– Вы на машине?

– Вы не против, если я воспользуюсь вашей?

– Я только за!

Первое время они ехали молча. Он только лишь спросил ее адрес, она ответила.

– Вадим был хорошим человеком, – Настя заговорила первая. – Это я знаю, как никто другой. Мне кажется, вы меня в чем-то вините.

Не так уж она была пьяна, чтобы не уловить холодные интонации в его голосе.

– Я вас в чем-то виню? – переспросил он. – Пожалуй, нет. Хотя, если честно, вы мне, Настя, противны.

Эти слова ее будто ударили.

– Но почему? – Ее голос дрожал.

– Потому что вы спите с вором, бандитом, негодяем, наконец.

– Это вы о Вороне?

– О нем самом.

– Ну, так это мое личное дело, с кем мне спать, а с кем нет. Он вор и бандит, это, конечно, никуда не годится. Но женщины – такой уж народ. Любовь зла... Это про нас.

– Вы любите Ворона? – холодно спросил он.

– Вообще-то это не ваше дело. – Майор очень больно ее задел. – Но вам, так уж и быть, отвечу. Я его не люблю. Моя любовь умерла вместе с Вадимом. Но Ворон мне нравится, он подходит мне в смысле... в смысле секса. Я нормальная женщина, мне нужен мужчина. Вы меня понимаете?

– В достаточной степени.

В его голосе по-прежнему звучала неприязнь. Но не из-за того, что ей невозможно обходиться без мужчины. В этом-то он как раз ее понимал. Все мы устроены одинаково.

– И все грешники. – Она уловила ход его мысли.

– Ладно, пусть будет по-вашему. А что вы скажете, если я сообщу вам, что вашего мужа и моего друга убили по приказу Ворона?

– Что?!

Как будто на нее ушат ледяной воды вылили!

– Ворон – убийца Вадима.

– Нет, не может быть!.. Не может этого быть!

– И может быть, и есть на самом деле.

– Но Ворон же сам отпустил меня. Отпустил к Вадиму.

Она пыталась связать ускользающие мысли.

– Когда Ворон отпускал вас, Вадим был уже мертв. И негодяй это знал. Пусть и не своими руками, но это он убил вашего мужа.

– Зачем? Зачем он это сделал? – Она стала задыхаться.

– Чтобы Вадим его не наказал. Вадим мог его убить. Ведь Ворон опозорил его, заставил закрыть дело. Он обидел его, похитив вас. Обидел смертельно. Такое не прощается. В общем, Ворон прекрасно понимал, что нажил себе смертельного врага. Вадим мог убить, или, вернее, расправиться с ним в обход закона. Видите ли, такое иногда случается. А может быть, Ворон убил вашего мужа из-за вас. – Голос Глянцева охрип от напряжения.

– Из-за меня?..

Настя зажмурилась, закрыла лицо ладонями. Теперь ей все понятно.

Ворон – отпетый бандит и опытный соблазнитель. Не один день он затягивал ее в сети своего мужского обаяния. Порой она была готова сдаться, но держалась стойко. И все из-за преданности Вадиму. И Ворон понимал это. И возможно, поэтому дал команду убрать своего законного соперника. А заодно и гонителя.

Что может быть проще? Эти подонки часто надевают маску благородства, а сами способны на любую подлость.

– Я не утверждаю, что Ворон приказал убить Вадима только из-за вас.

– Но может быть и так.

Глянцев посмотрел на нее более внимательно.

Хмель из ее головы выветрился как эфир со дна открытой склянки.

– Вот именно. И хорошо, что вы это понимаете.

– Вы знаете, Ворон всегда был ко мне очень добр, вел себя ну прямо по-джентльменски. В конце концов он покорил меня своим обаянием, предупредительностью, но только не деньгами. Мне трудно поверить, что он мог убить Вадима. Каков негодяй!

– Вы, Настя, многого не знаете об этом мерзавце, – майор начал проникаться к ней симпатией. – Я чувствую свою вину перед вами, ведь после гибели Вадима я вам ничем не помог. Не хотел беспокоить вас в вашем горе. Вы страдали искренне. Я видел. Да-а, попали вы в переплет.