Любовь и смерть на карантине - Наталья Андреева

«А, была не была!» – Голова еще гудела, и Стас просунул в заветную щель пару мелких купюр. Автомат благодарно загудел, чашки с двумя апельсинами перевернулись, и в пластиковый стаканчик полился нектар.

Свежевыжатый апельсиновый сок с похмелья – это было то, что нужно. Стас блаженно прикрыл глаза и отхлебнул из стаканчика. Когда он их открыл, у стойки ресепшена стояла красотка в легинсах кислотного цвета, ярко-розовых, и таком же топе. Выглядела она эффектно, хотя Стас не мог не отметить, что ноги у Кристины коротковаты, а талии почти нет. Почему она и сказала о подруге: Энжи была супер. Но накачанные, причем не только силовыми тренировками, ягодицы делали и Кристину весьма и весьма аппетитной для взглядов мужчин. Стас тоже смотрел на нее с удовольствием.

Он привстал и махнул рукой: сюда! Девушка подошла. На лице у нее было недоумение. И это состоятельный клиент, который пришел в элитный клуб договариваться об индивидуальных тренировках?!

– Сейчас допью. – Стас глотнул из стаканчика. – А ты присаживайся пока. – И похлопал ладонью по диванчику рядом с собой.

Он прекрасно знал, как обращаться с такой публикой. По-хамски. Они привыкли к тому, что хозяева жизни обслугу в упор не видят. Кристина и в самом деле послушалась. Присела рядом и терпеливо стала ждать.

Стас пил сок и внимательно рассматривал девушку. Понятно, куда она тратит заработанные по́том деньги. Вкладывает в себя. Должно быть, не замужем. Хотя Анжелика Маслова была замужем, что не мешало ей тоже ждать принца. И тоже вкладывать заработанные деньги в себя. Наращенные ресницы, накладные волосы, накачанные скулы, солярий, макияж, татуаж, шеллак… Это из того, что Стас знал. Но у баб много хитростей, и все это изрядно стоит.

Он допил сок, скомкал стаканчик и, небрежно швырнув его в урну, достал из кармана удостоверение:

– Полиция.

Кристина, которая проследила взглядом за летящим в урну стаканчиком, едва успела перевести густо подведенные глаза на Стаса, а потом на документ в его руке. На что и был расчет. «Липа» тут же исчезла в кармане, а Стас принял строгий вид:

– Что, не ожидала?

Он был в курсе, что большинство инструкторов таких вот элитных клубов иногородние. Или из бывших союзных республик. Соответственно без регистрации и гражданства. Масловой повезло, она вышла замуж и получила заветный статус: москвичка. Кристина, видимо, еще была в поиске. Потому что она стушевалась:

– А что я такого сделала?

– Речь не о тебе, а о твоей подруге. Ты же в курсе, что Энжи, как ты ее называешь, убили. Ты ведь живешь рядом с парком. На съемной, правильно я понял?

– У меня есть временная регистрация! – пришла в себя Кристина. – Вы не имеете права!

– Тихо, тихо… Против тебя лично мы ничего не имеем, полиция… Ты про маньяка слышала?

– Кто же про него не слышал?

– И что? Будем молчать и дальше?

Кристина заколебалась.

– Или ты думаешь, что тебя Маслов не тронет?

– Так вы знаете, что это он?!

– Мы знаем все, – сурово сказал Стас. Мысленно он ликовал. Эти олухи из убойного отдела ринулись по следу маньяка, и никому и в голову не пришло, что тут банальная бытовуха.

Убийство жены послужило для Маслова толчком. А до того была попытка отомстить и всем бабам, которые в одиночку шатаются по темному парку. Не исключено, что Маслов идентифицировал их со своей женой, которая после ссоры убегала от него к подружке или просто остудить кипящие чувства прогулкой на свежем воздухе.

Что до парейдолии, и тут есть объяснение. Маслов был привязан в своей собаке, до того как в его жизни появилась Анжелика. И вынужден был своего любимца усыпить, во избежание конфликта. Когда жена задумала уйти, Маслов ей этого не простил. И собаку припомнил.

Он и в самом деле похож на шизофреника, страдающего своеобразными галлюцинациями, как его описывала Люба. К тому же агрессивный. Стас был уверен, что, выбегая вслед за женой из дома, Маслов прихватил бейсбольную биту. Потому на нем и было длинное драповое пальто. Холода он не чувствовал, настолько был разгорячен.

– Но я не виновата! Откуда же я знала, что он так прореагирует! – заартачилась Кристина.

– Прореагирует на что?

– Я… я сказала ему об аборте. Честное слово, я не хотела! – Кристина умоляюще сложила руки, прямо как маленькая девочка.

– Стоп. Маслов тебе позвонил, как только его жена выбежала из дома?

– Она еще ботинки надевала, – всхлипнула Кристина. – А он орать на меня начал: не вздумай открыть ей дверь! Пусть домой идет, после того как мозги проветрит. А я возьми, да и ляпни: ей и без меня есть к кому пойти.

– Ты знаешь о ее любовнике?

– Кто ж о нем не знает? – Кристина перестала плакать. – Ходит тут один. Круче вареного яйца. На «мерине» приезжает с персональным водителем. Тот за хозяином в клуб идет, как преданная собака, с плечиками.

– С чем?!

– Ну, для одежды. Куртка, видать, барская денег бешеных стоит. Да еще понты. Кекс куртку-то снимет, а водитель примет ее – и на плечики. Несет в машину, будто это ваза хрустальная. А потом хозяина встречает, помогает одеться. Иван Степанович арендует персональную дорожку в бассейне. Один там плавает, да еще инструктор на бортике стоит, следит, чтобы никто больше эту дорожку не занимал.

– Инструктор, не Анжелика?

– К ней он на индивидуалку ходил. Выбрал ее из всех, – фыркнула Кристина. Стас почувствовал в ее голосе зависть. – Три раза в неделю, как по часам.

– А после тренировок? Было у них что?

– Она вообразила, что да. Аборт от мужа сделала. Колька давно ребенка хотел, ему ведь скоро полтос. А она все тянула: вдруг да кто получше подвернется. А тут этот. На «мерине».

– С этого места, девушка, подробнее. Подруга тебе проболталась о своих планах. Мол, не собирается рожать от мужа, ибо есть кандидат гораздо перспективнее.

– Да он ей ничего не обещал! Такие не женятся. Не на приезжих.

– Это ты от зависти так говоришь. Когда тебе Энжи сказала об аборте?

– Господи, да это я ей врача посоветовала! И клинику. Чтобы дешево, анонимно и с гарантией.

– Ты сама это проверила? – сообразил Стас. – В смысле, тоже делала там аборт?

– А что ж рожать непонятно от кого? То есть, я хотела сказать, живя на съемной квартире и не имя гражданства.

– Сама-то откуда?

Девушка отвела глаза:

– Из Приднестровья.

– А он? Отец ребенка? – Стас попытался установить с ней контакт, разговорить. Пусть пожалуется на жизнь.

– Сволочь он, – в сердцах сказала Кристина. – Врал, что не женат. Я же говорю: не женятся они на приезжих, эти богатые москвичи. И Энжи зря надеялась.