Любовь и смерть на карантине - Наталья Андреева

– Но Маслов-то на ней женился.

– Вот и надо было держаться за то, что есть, – с досадой сказала Кристина.

– Уж не собиралась ли ты подобрать Николая, после того как Энжи его бросит? – сообразил Стас.

– А если и так, то что?

– Неудачный выбор. Да ты и сама, видать, это поняла. Но поздно. Маслов поругался с женой, а ты знала, что у него с головой не все в порядке. И что он ревнивец. И решила доставить подруге неприятности.

– Я же не знала, что он ее убьет!

– Он и так уже был на взводе, а тут ты ему про аборт, который сделала жена. Анжелика наверняка держала это в тайне от мужа. Неудивительно, что он рванул за ней, прихватив бейсбольную биту. А почему ты молчала-то? Ты ведь знала, что Анжелику убил муж.

– А кому я должна была сказать? В полицию пойти? А то мне делать больше нечего! Праздники ведь. Я девушка красивая и свободная. Поклонников хватает.

– Ты промолчала, и Маслов убил еще двоих… Вот что. Мы сейчас поедем в полицию, и ты дашь показания. – Стас достал телефон. Кристина испуганно молчала. Стас звонил следователю. Трубку взяли не сразу, но наконец гудки прервались мрачным:

– Слушаю.

– Это Самохвалов. Я его нашел.

– Кого его?

– Маньяка. У меня есть два свидетеля. Срочно высылайте группу захвата. Преступник может быть опасен. У него не все в порядке с головой.

– Самодеятельностью занимаешься?! – заорала трубка.

– Я работаю, в отличие от вас. Теперь мне есть чем крыть. Оба свидетеля на месте и готовы дать показание.

– Ну, если ты ошибся…

– Я отвечу.

– По закону ответишь! Я тебе устрою на полную катушку! Диктуй адрес! Кто он, твой подозреваемый?

– Николай Маслов. Консьержка видела, как он выбежал из дома следом за женой. Посмотрите еще раз записи с видеокамер. Маслов был в длинном драповом пальто, в маске и в шляпе. Под пальто он, скорее всего, прятал бейсбольную биту. Мотив – ревность. Подруга Анжелики Масловой, Кристина, которая сидит сейчас рядом со мной, призналась, что за минуту до того, как Анжелике выйти, сказала Маслову по телефону о сделанном недавно женой аборте. Что его и сдернуло.

– Скоро выезжают, – коротко ответил следователь.

– Ну, вот и все. – Стас вздохнул и убрал мобильник. – Одевайся, пойдем полицию встречать.

– Но я на работе!

– Отменяй свои индивидуальные занятия. А на групповых подменят.

– Вы не имеете права!

– Без разговоров. Если не хочешь, чтобы тебе статью припаяли. Это ведь ты спровоцировала убийцу.

Кристина закусила губу и встала. Больше ее уговаривать не пришлось.

…Маслова взяли быстро и без шума. Стас поднялся на десятый этаж и позвонил в знакомую дверь.

– Я у тебя удостоверение забыл, – сказал он, глядя в глазок. И Маслов тут же открыл. После чего в квартиру ввалилась группа захвата. Маслова мигом положила на пол, заломив ему руки.

– Пальто ищите, – отрывисто сказал Стас. – От биты он наверняка избавился.

– С тобой потом, – хмуро сказал старший опергруппы. – Сделал дело – отойди в сторону и не мешай.

Стас не стал спорить. Главное, что дело сделано. Маньяк задержан.

В отделение полиции Стас не поехал. Туда отправились Кристина и перепуганная консьержка. Стас отвел глаза, чтобы не видеть ее укоризненного взгляда: ну я же просила.

– А со мной что? – спросил он у знакомого майора, который покидал квартиру Николая Маслова, где проходил обыск последним.

– Тебя вызовут повесткой. Гуляй пока.

– Надеюсь, с меня-то подозрения сняты?

– По результатам экспертизы.

– Понятно.

Когда все уехали, он хотел было тоже сесть в машину, но потом опомнился. Позвонил Людмиле:

– Привет. Ты дома?

– Где же мне быть?

– Гуляешь, раз на свободу выпустили. По магазинам решилась прошвырнуться.

– Собиралась, но на Дзене зависла.

– Только что взяли твоего маньяка. В соседнем подъезде был кипеж.

– Да ты что?!

– Я сейчас поднимусь, расскажу. Чаю нальешь?

– Запросто!

И он развернулся на сто восемьдесят градусов. Люська заслужила узнать обо всем из первых рук. Ей к тому же Маслова опознавать.

* * *

Впервые за много дней я спал крепко. Первую ночь после убийства своего соседа. Хотя я знал, что менты уже рыщут. Когда я убивал этого огромного мужика, то потерял всякую осторожность. Он разбил мне нос и вырвал клок волос. У него под ногтями остались куски меня. Я, как и все, смотрю детективы. Есть довольно забавные. Про всяких маньяков. Им до зарезу надо совершить какие-то ритуалы. Чушь полная, но смотреть порою интересно.

Я в курсе про анализ ДНК и что экспертам достаточно соскоба для идентификации преступника. Волоска или микрочастички убийцы. А там столько всего осталось! На площадке для выгула собак, где мы отчаянно дрались.

Мне конец, если они на меня выйдут. А сделать это нетрудно, потому что я с перепугу соврал. Я наврал им столько, что… Лучше бы я молчал! Но я растерялся. Я даже подумал, что этот мент пришел надеть на меня наручники. Коротышка, возомнивший себя крутым. Он так смотрел, что я от страха опять соврал. Мне показалось, что он все знает. И про собаку.

Главное – это собака. Она наконец заткнулась. Ведь я убил ее хозяев. Сначала бабу, потом его. Этого наглого засранца, моего соседа. Теперь мне надо затаиться. Потому что менты рыщут. Хорошо, что я работаю онлайн. Сейчас не сезон, продажи встали. Надо ждать весны. Все раскачиваются после рождественских каникул, а босс вообще еще не вернулся из-за границы. Не знаю, где он там шляется в такое непростое время, но богачам законы не писаны. Зато нас, рядовых сотрудников, оставили в покое. Мы не спеша входим в курс дела.

Ха-ха, дело! Купить – продать, и все дела. Москва давно уже огромная перевалочная база, здесь только офисы и мы, офисный планктон.

…Я мечтаю выспаться. О, сколько дней я уже нормально не спал! Слушая ночами этот бесконечный протяжный вой. Только бы его не впустили в наш подъезд, этого пса. Хотя люди у нас сердобольные, и к животным они относятся гораздо лучше, чем к своим соплеменникам. Подумают, что пес потерялся, хотя на нем нет ошейника с запиской. Но он холеный, породистый, сразу видно, что не бродячий. И перед ним откроют дверь, та же консьержка.

– Ах, какая милая собачка.

Он был бы очень хорош, этот пес, если бы не выл. Но с этим покончено.

Я лег и закрыл глаза. О, блаженство! Пока они меня не вычислили, я хотя бы высплюсь…

Когда мне хорошо, я вижу море. Тот песчаный берег, где я был так счастлив. Где у меня было все, включая любимую женщину. И вот я качаюсь на бирюзовой волне, раскинув руки. И смотрю на облака. Я снова малыш, и мне чудятся в этих белоснежных, проплывающих по синему-пресинему небу глыбах верблюды и слоны, черепахи и овцы, туманные драконы и крокодилы… Мне хорошо…