Второе рождение - Ирина Градова

– Но ты же сказала, что Карпухин…

– Так дело обстояло до того, как я поняла, что Наталья с форума «Родуницы» и секретарша «Второго шанса» – один и тот же человек. Против «Второго шанса» и в самом деле не было никаких улик, но теперь Артем Иваныч и с ними разберется. Даже если Кравчук знать не знает Александру, она знает Наталью и сможет предоставить необходимую информацию, чтобы самой не загреметь под фанфары! Да, ты ведь не в курсе: адвокат тетки, которая на Александру в суд подала, нарыла много полезной информации о «Родунице» – в том числе и о мадам Наталье Кужелиной…

– Это та, на которую община зарегистрирована?

– Точно! Так вот, с самой Кужелиной адвокатше встретиться не удалось, так как ей начали угрожать люди Александры. Артем Иваныч тоже знал про Кужелину, но за ней никаких грехов не числилось, и она ни разу ни по какому делу не привлекалась. Адрес, указанный в документах о регистрации, оказался липовым, поэтому Кужелину сразу не нашли. Кстати, это – не преступление, ведь человек всегда может переехать, никому об этом не сообщая… Короче, совершенно ясно одно: Наталья – секретарша Кравчук и Наталья Кужелина – одно и то же лицо!

– Вот это да! – воскликнул Дэн. – Но куда же она подевалась?

– Пока неясно. На работу Наталья не пришла, и сейчас Артем Иваныч должен находиться по адресу, который надыбал для адвокатши частный детектив: теперь к Наталье есть претензии, и он получил право на обыск.

– Если и этот адрес – не липа.

– Все возможно.

– А может, Наталья у мужика своего отсиживается?

– Или уже пересекла границу с Финляндией. Но ты не волнуйся, – похлопав парня по руке, сказала Вика. – Карпухин разберется!

– Адрес «Родуницы» дай.

Вика, тяжело вздохнув, нажала на кнопку и распечатала карту местности. Взяв ярко-оранжевый маркер, она поставила на карте жирный крестик.

– Там рядом поселок Чепцы, – пояснила она, протягивая ее Дэну. – Небольшой, но «Родуница» не совсем в глуши расположена, как видишь! По нашим данным, от нее до поселка километров десять всего, дальше в лес. Андрей Эдуардович хотел сам туда ехать, как только я узнала, где община находится, но тут как раз Агния проявилась.

– Мама объяснила, почему не сразу на связь вышла?

– У Андрея Эдуардовича создалось впечатление, что она была не одна, поэтому не смогла ничего толком рассказать. Зато теперь известно, что она вне опасности!

– Мне вовсе так не кажется, – пробурчал Дэн, засовывая карту в карман джинсов.

– Что ты намерен делать?

– Поеду туда – хоть рядом побуду… А ты, это, Лицкявичусу ничего не говори, ладно?

– То есть как это – не говорить?! – возмутилась Вика.

– Обещаю, что не стану вламываться в «Родуницу» с требованием вернуть маму, но ей может понадобиться страховка.

– Это ты, что ли, «страховка»-то? – недоверчиво изогнула бровь девушка.

– А что?

– Да ничего…

Дэн, разумеется, парень здоровый и спортивный, но у него совершенно нет бойцовских навыков: Вика считала, что он вряд ли смог бы по-настоящему сильно ударить человека. Андрею Эдуардовичу она, конечно, сообщать ничего не станет, но вот кое-кому другому – обязательно.

* * *

Андрей осмотрелся в гостиной, пока Елена Артемьева пошла успокаивать плачущего ребенка. Обстановка обычная, ничем не отличающаяся от той, в которой проживает большая часть питерского населения. Сразу видно, что Артемьевы не шикуют, и деньги им очень нужны.

– Простите, – сказала молодая женщина, входя. – Сами знаете, как тяжело быть матерью такого ребенка!

Она не сказала «инвалида», но это подразумевалось, ведь у маленького Гоши был сломан позвоночник. Несмотря на несколько операций, которые пришлось пережить малышу, пока нет никаких гарантий, что он сможет ходить, когда подрастет.

– Я не совсем поняла по телефону, о чем вы хотели поговорить, но уловила имя человека, который исковеркал нам жизнь! – продолжила молодая мать, убирая со лба прядь выбившихся из тонкого «хвостика» волос. Выглядела она усталой и измученной.

– Александра Шаповалова?

– Она самая, – кивнула Елена. – И как таких земля носит?

– Вы были первой, кто написал на нее жалобу, – отметил Андрей.

– Так все ж боятся! А чего, спрашивается, ведь все самое худшее уже произошло! Гошка вот вряд ли своими ногами ходить будет…

– Почему не удалось привлечь Шаповалову, ведь вас было несколько жалобщиков?

– Да потому, что больнице выгодно, чтобы все шито-крыто было! Ну, прислали проверку из Комитета, поперебирали они бумажки… Сами знаете, что за это время все могли переписать и оформить, как надо! Некоторые женщины, что со мной на письме подписи поставили, впоследствии от претензий отказались.

– Почему?

– Откуда я знаю? Может, денег им дали, а может, и запугали. Короче, я еще и виновата оказалась, что бучу подняла. Но ведь Шаповалову все-таки убрали из больницы: если бы она ни при чем была, разве стали бы это делать?

– Вряд ли, – согласился Андрей.

– Я уж рукой махнула, а муж… Он все никак смириться не может с тем, что нашего ребенка инвалидом сделали, поэтому Илья копать начал.

– В смысле – копать?

– Сходил в юридическую консультацию, и там ему сказали, что можно возбудить иск против Шаповаловой, но для этого потребуются весомые улики. Полиция и пальцем бы не пошевелила без них. Илья даже работу забросил – все пытался сыщика из себя строить, чтобы подноготную этой бабы выяснить.

– И как, успешно?

– Да не особенно, – вздохнула Елена. – А то, что узнал, к делу не пришьешь – так адвокат и сказал.

– И все-таки? – настаивал Андрей.

– Ну, узнал он, что Шаповалова однажды уже привлекалась, но до суда дело так и не дошло…

– Погодите, – перебил Андрей, – как это – Шаповалова привлекалась: мы проводили проверку, и ничего такого не выяснили!

– Так говорю же – до суда дело не дошло, потому, может, и сведения не сохранились… Да, у нее ведь тогда другая фамилия была – вдруг в этом дело? Это она по мужу Шаповалова, а девичья фамилия – Семагина.

– Как? – переспросил Андрей, широко распахнув глаза.

– Семагина… А что?

– Н-нет, ничего, – пробормотал он. – А… за что Шаповалова едва под суд не попала?

– За криминальные аборты. Видимо, в больнице, куда она потом устроилась, этот факт ее биографии остался за кадром. А может, им и наплевать, ведь дела-то не было!

Видя, что Андрей ожидает продолжения, Елена добавила:

– Шаповалова, то есть Семагина, тогда в частной стоматологической клинике работала.