Тайна Розенкрейцеров - Виталий Гладкий

Стах едва в штаны не напустил, когда увидел, куда целится со своей двустволки Тихомиров-младший. Кусты терновника находились совсем рядом от того места, где лежал, сраженный пулей, отец Глеба. Поэтому даже не прицельный выстрел из такой «пушки», да еще двенадцатого калибра, мог побрить Коповского и парней под «ноль».

Он мигом упал в ложбинку рядом с шалашом и закрыл голову руками. Его примеру последовал и Збышек. Лишь Анджей, глупо хлопая ресницами, продолжал наблюдать за действиями Тихомирова-младшего.

Выстрелы не заставили себя долго ждать. К удивлению Стаха, заряды дроби прошли стороной. Интересно, куда он целился? – машинально подумал Коповский, продолжая рыть носом землю.

Ответ пришел спустя минуту или две, и был он нежданный, негаданный. Его спровоцировал все тот же Збых.

Когда отгремели выстрелы из двустволки, он немного полежал, скукожившись на дне ложбинки, а затем ни с того ни с сего взъярился, встал на одно колено, чтобы удобней было стрелять, и прицелился в Глеба, который в это время возился с отцом. Стах не успел даже слова ему сказать, а не то чтобы удержать своего приятеля. Но выстрелить Збых все равно не успел. Откуда-то со стороны по терновнику резанула короткая автоматная очередь, и он как-то неловко завалился на бок, зевая широко разинутым ртом. Пули прошили Збышеку правую сторону груди и размозжили кисть руки. Стаху оказалось достаточно одного взгляда, чтобы определить, что Збых уже не жилец на этом свете. Даже если бы случилось чудо, и они смогли быстро – моментально! – добраться до районной больницы, где было хирургическое отделение, то и в таком случае Збышеку можно было рассчитывать лишь на большое везение и ангела-хранителя.

Первым пришел в себя Анджей.

Он молча взял карабин Збышека, лег и начал палить, не целясь, в сторону, откуда стрелял автомат. В ответ тут же последовал залп из винтовок, пистолетов и автоматов. Стах и Анджей, целые и невредимые, быстро сменили дислокацию – забились в заросли терновника еще глубже, туда, где лежали валуны. Теперь им пули не были страшны, потому как такую каменную баррикаду не в состоянии разрушить даже гранатомет. Пока они меняли позицию, вокруг трех курганов начало твориться что-то вообще невообразимое. Если до этого стреляли с правой стороны от терновника, то теперь ожили и кустарники слева. Но оттуда огонь велся не по Стаху и Анджею, а по тем, кто смертельно ранил Збыха.

Похоже, во второй компании народ собрался еще круче, нежели в первой, потому что справа раздались и взрывы гранат – наверное, стреляли из подствольного гранатомета.

– Слушай, куда мы попали!? – задал Анджей совершенно идиотский вопрос.

До него только сейчас дошло, что он был на волосок от смерти. Похоже, все это время – от момента, когда Збых начал маленькую войнуху до стремительного броска в укрытие – Ендрусь пребывал в состоянии деятельного ступора, когда мозги в отключке, а руки-ноги действуют самостоятельно.

– В дерьмо, – коротко ответил Стах, судорожно сжимая рукоятку пистолета и пытаясь на слух определить, сколько стволов задействовано в перестрелке.

По его подсчетам получалось, что не менее полутора десятков. Это означало, что им нужно сидеть и не высовываться. А еще лучше рвануть отсюда когти. Только вот куда? Пули жужжали над их головами во всех направлениях, и шанс схлопотать девять граммов свинца во время бегства был очень велик. Но и ждать у моря погоды тоже было не лучшим выходом из сложившейся ситуации.

– Н-нужно св-валивать… – заикаясь, сказал испуганный Анджей.

– Ценный совет… Ты лучше карабин перезаряди. Может, придется отмахиваться. Моя игрушка для дальнего боя не годится.

– Так это… патроны остались в карманах у Збышка.

– Мать твою!.. – выругался Стах. – Придется возвращаться к шалашу.

– Я не пойду! – отрезал Анджей.

– Как хочешь, – с виду спокойно сказал Коповский. – Но тогда тебе придется сделать рогатку. Притом в очень короткие сроки. Я не буду прикрывать твою трусливую задницу. Решай.