Ведьмино яблоко раздора - Алина Егорова

Он позвонил Ксюше, дежурно справился, как они там с Дашей, посетовал на необходимость задержаться в командировке на неопределенное время. Врал он легко, без зазрения совести, ибо прибегал ко лжи часто, порой без особой надобности, просто по привычке. Потому что правда иной раз требовала объяснений, а этого делать не хотелось – попросту было лень. В этот раз на то, чтобы солгать жене, у Морозова имелись серьезные причины – не следовало ей знать все подробности его непростой жизни. Ксюша – она же баба, ее дело – на кухне поварешкой махать. Что она может понять, кроме простецкого сюжета телевизионной мелодрамы? Нельзя сказать, что Дима свою жену не любил. Он ее любил, но своеобразной любовью – спокойной и эгоистичной; любил, как любят хорошие удобные вещи. А вот дочь Дима любил иначе. Даша для него – небесное создание, которым можно и нужно любоваться, носить на руках и радовать. Ее кудрявая головка еще не замусорена ни телесериалами, ни всякой бытовой дребеденью; Даша улыбается искренне, смех ее чистый, слюнявые поцелуи – от души. Даже щиплет за щеки и дергает за уши она душевно, хоть порой и оставляет на них красные следы своих маленьких пальчиков. Тяжело лишать себя удовольствия видеть ее лучистые глазенки и трепать мягкие, как пух, кудряшки. Но ничего не поделаешь – пока придется какое-то время пожить вдали от семьи. Слава Богу, его профессия – программист – позволяет не быть привязанным к офису. Дима давно перешел на фриланс, работал в нескольких фирмах, разбросанных по всей стране. Это было очень удобно: захотел – работай дома, захотел – езжай в один из офисов. Дима, конечно, любил поваляться на диване, выспаться всласть, со вкусом позавтракать, читая новости в Интернете, а уж потом не торопясь приступать к делам. Так и было до рождения Даши. Как бы он трепетно ни относился к дочери, но собственный комфорт был ему куда дороже. Не мог он долго находиться в доме, наполненном детским криком, восклицаниями суетящейся жены, которой вечно нужна его помощь. Новости почитать невозможно: то молоко разогрей, то Дашу подержи… Ну его, дом этот, в офисе гораздо спокойней, там никто не шумит и не отвлекает по пустякам.

Морозов в очередной раз поблагодарил тот нелепый случай, из-за которого его выперли из педагогического института. Кем бы он тогда стал, если бы доучился до конца? Учителем географии с копеечной зарплатой, за которую пахал бы как проклятый? Отец его от поступления в пединститут отговаривал, мать подзуживала, а Дима уперся – хочу быть географом, и точка! На самом деле его прельщали легкая студенческая жизнь и окружение прекрасных дев. Он знал, что в педагогическом вузе юноши на вес золота, и поэтому все с ними носятся, как с писаной торбой. Так и вышло. Халява началась со вступительных экзаменов, на которых ему ставили оценки только за его принадлежность к сильной половине человечества. Так она и продолжалась до третьего курса: девушки, благосклонность педагогов – не учеба, а мечта. Еще до начала зимней сессии Дима отправился в ночной клуб праздновать ее окончание. Взяли с ребятами пива, посидели, потолклись на танцполе, познакомились со студентками из экономического университета – все складывалось удачно. Правда, девчонки потом вильнули хвостами и испарились, но этот факт Диму и его компаньонов не особо огорчил. В четвертом часу ночи они сидели на ступеньках перехода закрытого метро и хохотали над уличными фонарями. Дима был равнодушен к марихуане, он не хотел ее курить, но, видя его вялое сопротивление, приятели вручили ему косяк. Не к добру это, думал Морозов, улетая в нирвану. Настроение стало легким, душа – светлой, мир сделался ярким и очень смешным. Смех вызывало буквально все: пузатый мост, опрокинувшийся через Обводный канал, фасады домов, пучеглазые фонари и особенно милицейский патруль, обходивший район. Стражи порядка мгновенно оценили ситуацию и доставили обкурившуюся компанию в отделение. После привода в милицию Морозова с треском отчислили из института, ибо студенту негоже курить траву, а уж будущему педагогу – тем более.

Свое образование Дима продолжил позже – на заочном и после армии. Поступил только с третьей попытки в захудалый областной институт легкой промышленности. Но зато бесплатно. Диплом Диме понадобился для статуса – «чтобы был». Иначе на серьезную работу устроиться проблематично. Легкая промышленность ему и даром была не нужна – Морозов слабо себя представлял в качестве инженера-технолога синтетических материалов. Его привлекал цифровой мир, он давно увлекался компьютерами и всем, что было с ними связано, особенно написанием программ. Постепенно программирование из увлечения превратилось в основную профессию. Став программистом, Дима ощутил твердую почву под ногами. Денег у него не то чтобы куры не клевали, но он знал, что без куска хлеба не останется. Работать ему можно в любой стране, хоть сидя за столом в офисе, хоть лежа дома на диване или под пальмой на побережье.

Не зря народ недолюбливает налоговую инспекцию! Морозов, относившийся раньше к этой службе равнодушно, теперь ее тоже невзлюбил. Еще бы! Если бы не налоги, сейчас он летел бы в солнечный Таиланд, а не шел по серым городским сугробам, обдуваемый всеми ветрами. Дима поймал такси и доехал до центра. Там зашел в кафе, чтобы отогреться горячим кофе, перекусить и найти в Интернете квартиру. Таким же образом он искал предыдущую. Дима выбрал несколько предложений, обзвонил и остановился на одном, наиболее подходящем по цене. Улица вдали от метро, но зато хороший дом. Согрелся, поужинал и отправился на встречу с агентом по недвижимости. Приехал заранее, еле найдя нужный адрес на городской окраине. Темнота, холод, редкие прохожие, торопящиеся по домам, а он как дурак стоит возле подъезда и ждет. Агент сильно опаздывал. Дмитрий набрал его номер, но ему не ответили. Подождав еще немного, позвонил снова. На пятый раз ему нехотя ответили, что квартиру уже сдали – так иногда случается, когда одну и ту же квартиру желают снять несколько постояльцев. Агент приглашает на встречу всех претендентов, и кто первым приедет, того и тапки, то есть квартира. А вдруг человеку жилье не понравится, не терять же агенту другого клиента, который появится позже. Всей этой кухни агент, конечно же, рассказывать не стал, он ограничился пространными объяснениями о том, что хозяин внезапно передумал сдавать жилье. Но эта ложь была настолько очевидной, что Дима разразился в ответ отборной бранью.

Морозов был зол. Никто, совершенно никто в этой стране не хочет нормально работать, ни на кого рассчитывать нельзя!

Вечер клонился к завершению, хотелось уже найти пристанище и принять вертикальное положение, да и холод пробирал до костей – задубели от долгого стояния на месте ноги, а идти некуда.

У Дмитрия был запасной вариант, прибегать к которому он не хотел, но ему ничего более не оставалось. Он набрал номер хозяина той самой квартиры, с которой съехал. Квартира оказалась еще не сданной, и сегодня можно было в нее заселиться – хозяин любезно согласился передать ключи, но в удобном для него месте, ибо ехать на другой конец города на ночь глядя он не пожелал.

Дима не капризничал – прежняя квартира ему очень даже нравилась, но у нее имелся один существенный недостаток – место расположения. Квартира находилась неподалеку от Песчаной улицы – Дима ее специально там снял в прошлый раз, чтобы было удобнее следить за Лакришевыми. И вот теперь получается, что он, как настоящий преступник, возвращается на место преступления – на Песчаную улицу.