Змеи в раю - Леена Лехтолайнен

Запыхавшись, я подходила к двери убийцы. Решительно нажала несколько раз на звонок и прислушалась к шагам внутри дома. Когда мужчина появился на пороге, изобразила на лице дружелюбную улыбку.

— Как здорово, что ты оказался дома. Можно войти?

В доме стояла тишина. Похоже, больше там никого не было. Это меня устраивало. Для этого спектакля не нужны зрители. Мужчина проводил меня на кухню. Присев на край жесткого стула у двери, я незаметно включила в сумке диктофон.

Я понимала, что лежит на весах, и мне было невероятно сложно оставаться спокойной. Но вдруг почувствовала, как во мне закипает гнев. По какому праву этот человек убил двух женщин и перевернул вверх дном жизнь их близких? Я поклялась себе, что сделаю все, чтобы схватить его, понимая при этом, что ни погибшим, ни их родственникам это сильно не поможет. Убийство навсегда оставляет глубокие раны в душах близких людей.

— Кофе будешь?

Я отрицательно покачала головой. Мужчина налил себе полную кружку, затем открыл шкаф и достал оттуда бутылку коньяка и два бокала.

— А коньяк? Есть повод отметить — твой подопечный вышел на свободу.

Он налил добрую половину бокала коньяка и залпом выпил его. Упавший через окно луч солнца благородно посеребрил его волосы.

— Да, спасибо, могу немного выпить.

Я смотрела, как мужчина наливает ароматную жидкость в дорогой хрустальный бокал. Осторожно попробовала: нельзя расслабляться, в любой момент может произойти что угодно.

— Отмечать будем тогда, когда выясним всю правду, — сдержанно ответила я, пристально глядя ему в глаза.

Темные ресницы затрепетали, и он невольно отвел взгляд.

— Думаешь, я могу тебе как-то в этом помочь? — Он пытался говорить шутливым тоном, но я заметила, как у него напряглись руки.

— Сегодня у меня трудный день. Только что передала Маллу Лааксонен в руки врачей «Скорой помощи». Попытка самоубийства. Ну да ничего, — быстро произнесла я, увидев, как он рванулся со стула, — она выживет.

— Но зачем она это сделала? — Он опрокинул в рот остатки коньяка и налил себе новую порцию.

Я рассказала, что было написано в предсмертной записке. Казалось, это его потрясло.

— Она и вправду убила Арми? Зачем ей это было надо?

Я заметила, как руки у него стали постепенно расслабляться.

— Нет, она не убивала. Маллу считала, что кто-то другой сделал это из-за нее. Она хотела защитить своего мужчину. — Я слегка пригубила коньяк, размышляя, как бы половчее накинуть на него сетку, чтобы он уже не мог из нее выпутаться. — Маллу считала, что за рулем той машины, из-за которой у нее случился выкидыш, была Арми.

— И поэтому Арми умерла? — недоверчиво спросил он.

— Нет. За рулем той машины был другой человек. Тот, который потом ее убил. Ведь она прекрасно знала, у кого в тот несчастливый вечер была на шее ее карминно-красная шаль.

Мужчина смотрел на меня со все возрастающим недоверием.

— Вряд ли это серьезный повод убить человека.

— А ее не только из-за этого убили. Она знала про этого человека кое-что еще. Знала, например, что этот мужчина был любовником Санны и убил ее, когда она решила его бросить. Точно не знаю, почему она заговорила об этом: может, из-за решения сестры о разводе? Наверное, она считала, что Санна отчасти сама виновата в том, что так случилось, но Лааксонены уж точно не виноваты в произошедшем.

Глаза мужчины потемнели, как небо перед грозой. Я заметила, как он снова напрягся, хотя голос звучал спокойно.

— Забавная история. С нетерпением жду, чтобы ты уж наконец поведала мне, кто же главный герой.

— А разве ты сам не знаешь, герр доктор? Я сглупила, сразу не догадавшись, что именно ты был любовником Санны.

Я внимательно рассматривала его темную голову с серебристо-седыми висками, большие красивые руки с длинными пальцами. Я вздрогнула, когда мужчина внезапно пошевелился, но он лишь полез в карман за сигаретами. Прошла целая вечность, пока Хельстрем не торопясь закурил. Он заговорил тихим и все таким же спокойным голосом, словно беседовал с пациентом на приеме:

— Освобождение Киммо из тюрьмы — это полностью твоя заслуга. Но расследование лучше оставить на долю полиции, они справятся с этим лучше.

— «Прими, детка, пару таблеток оксепама, тебе станет лучше и спокойнее» — так ты ей говорил? Как же я сразу не сообразила? Разумеется, это ты ее снабжал таблетками. Как же ты мог спать с собственной пациенткой? Я была знакома с Санной и знаю, какой очаровательной девушкой она была, но ты же взрослый, умный мужчина…