Возвращение блудной мумии - Ирина Волкова

— Прекратите сейчас же, — рявкнула я. — И не вздумайте снова драться, иначе я вас обоих бутылкой огрею. Сейчас не до расовых конфликтов. Ник, у меня есть для тебя новость. Плохая новость. Если мы срочно не отыщем мандалу Бесконечного Света, нас обоих убьют.

— Что ж, в этом есть свои преимущества, — философски заметил Ник. — Если атеисты правы насчет того, что загробного мира не существует, s после смерти ты не сможешь причинить мне новые неприятности.

— Совсем мужики измельчали, — укоризненно вздохнула я. — Что за упаднические настроения? Где твой боевой дух испанского легионера? Между прочим, ты обещал Марио позаботиться обо мне. Ты же не можешь обмануть доверие своего боевого друга!

— Попадись мне сейчас этот друг по легиону, я бы собственными руками свернул ему шею, — проворчал Миллендорф. — Господи, как чудесно я жил до тех пор, пока этот Иуда не подослал мне тебя! Ты провела в Южной Африке всего два дня и уже успела угробить Эсмеральду ван Аахен, засадить меня в тюрьму за убийство, заполнить дом, доставшийся мне от деда, вонючими черномазыми, а теперь вдобацок заявляешь, что нас прикончат, если мы не найдем какую-то долбаную восточную безделушку.

Яростно пнув ногой опрокинутый в пылу битвы журнальный столик. Ник плюхнулся в кресло и поморщился, потрогав пальцами ссадину на скуле.

Бонгани, продолжая тереть глаза, устроился на софе.

Похоже, буря миновала.

— Можно подумать, что у тебя одного неприятности! — возмущенно сказала я, обращаясь к Миллендорфу. — Эту ночь, к твоему сведению, я провела в камере с зулусскими проститутками.

— С черными? Тебя правда заперли с черными? — На лице детектива отразился неподдельный ужас. — Ты в порядке? Что они с тобой сделали?

— Ничего. Я и сама притворилась негритянкой, так что мы очень мило провели время.

— Ты? Негритянкой?

— Почему бы и нет?

— Достань из бара бутылку коньяка, — слабым голосом попросил Миллендорф. — Только не вздумай тратить мой коньяк на черномазого.

— Его зовут Бонгани. Бонгани из племени тсонга, — пояснила я.

— Приятно познакомиться, — насмешливо Оскалился негр.

— Ты все еще здесь?

— Бонгани помогает мне отыскать талисман Блаватской, — сказала я. — Он работает на человека, который подставил тебя в деле об убийстве. Избавиться от Бонгани в любом случае не удастся, так что придется временно заключить перемирие, а потом, когда найдем мандалу, можете подраться, если вам так хочется.

— Я убью Марио, — покачал головой Ник. — Сначала Марио, потом черномазого, а потом тебя. Или нет — сначала тебя, потом черномазого, потом Марио.

— Коньяк, — сказала я, протягивая Миллендорфу рюмку. — Расслабься, представитель высшей расы. Убить нас ты всегда успеешь. Давай лучше подумаем о том, где искать этот чертов талисман Блаватской.

* * *

Мозговой штурм на тему поисков мандалы оказался не слишком продуктивным. Перебравший коньяка Ник пребывал в отвратительном настроении, а присутствие Бонгани раздражало его, как застрявшая в пятке колючка.

Негр, наоборот, казалось, получал от происходящего искреннее удовольствие. Ничего удивительного — это ведь нас, а не его собирался прикончить в случае неудачи мистер Гуманность! Будь я на месте Бонгани, я и сама, может, от души повеселилась бы.

Решив, что утро вечера мудренее, я взяла с расовых противников слово, что драться они не будут, и отправилась наверх. Сон, как назло, не шел, и я, терзаясь нехорошими предчувствиями, нервно ворочалась с боку на бок под старинным дедушкиным балдахином. Слишком много вопросов оставалось пока без ответов. Вопросов, от которых зависела моя жизнь.

Кто же все-таки задушил Джейн и украл мандалу? Кто убил Родни? Кто похитил мумию шестиногого поросенка-инопланетянина? Некий неизвестный конкурент Кеннета ван дер Вардена? Очередной любитель теософии, искренне верящий во все эти бредовые аватарно-инопланетные “примочки” и страстно жаждущий доступа к Универсальным Силам, управляющим миром? Таких ненормальных полно. Так где же его искать?

Пожалуй, следует завтра прямо с утра написать Вите Корсакову и попросить его срочно со ставить список сект, обществ и организаций, отпочковавшихся от теософов. Хорошо бы узнать, какие секты и объединения интересуются совершенно ужасной тайной Ренн-ле-Шато. Похититель мандалы, если, конечно, это он украл мумию Лермита, по идее, должен принадлежать к организации, фигурирующей в обоих списках, хотя он может оказаться и одиночкой. Не исключено, что преступник состоял в переписке по электронной почте с Дидье. Эту версию надо будет проработать.

Натянув одеяло до подбородка, я приняла твердое решение перестать думать и уснуть. Снимая возбуждение, я расслабила мускулы и сосредоточилась на медленном равномерном дыхании. Тело, растворяясь в окружающем пространстве, становилось легким и невесомым.

Сознание постепенно отключалось, интенсивный поток мыслей незаметно трансформировался в череду сменяющих друг неопределенно-размытых образов. Какие-то лица, пейзажи, очертания Столовой горы на фоне заката… Отдаваясь их плавному течению, я постепенно погружалась в теплую убаюкивающую темноту.

Неожиданно в ленивое блаженство полусна вплелся назойливый голос, доносящийся, как мне казалось, откуда-то издалека. Он настойчиво повторял мне на ухо фразу, расслышать и понять которую мне почему-то никак не удавалось.

Голос беспокоил меня, и я невольно соcредоточилась на произносимых им звуках. Они становились все отчетливее и громче, пока наконец слова не обрели смысл.

— Теплый платок Блаватской, — с монотонностью испорченной пластинки повторял голос. — Теплый платок Блаватской, теплый платок Блаватской…

Упоминание о Елене Петровне подтолкнуло меня, вырывая из сонного забытья. Я вспомнила, что это была фраза из книги или статьи, которую я читала много лет назад. Затем я увидела контуры человека, сидящего на полу со скрещенными ногами. Человек был полностью, с ног до головы, закутан в огромный платок серого цвета и напоминал гигантский гриб-дождевик, перевернутый вниз головой. Несмотря на то что черты лица было невозможно разглядеть, я была уверена, что под платком скрывается женщина. Неожиданно я поняла, что эта женщина — Блаватская. Теперь я вспомнила, в каком контексте упоминался ее платок.

Кажется, это была статья, в которой речь шла о спиритизме. Автор утверждал, что мадам Блаватская, входя в транс, в котором она общалась с духами и Махатмами, имела обыкновение с ног до головы заворачиваться в платок, как бы изолируя себя таким образом от внешнего мира.

Закутанная в платок фигура плавно трансформировалась в новую картинку. Это было широкоскулое и чернобровое девичье лицо с застывшим на нем напряженно-испуганным выражением. Голову и плечи девушки покрывала широкая шаль светло-серого цвета. Такими шалями, раскладывая их прямо на асфальте, в Барселоне торговали негры и арабы.

Окончательно придя в себя, я поняла, что знаю девушку из видения.