День похищения - Чон Хэён

– Верно. Эта версия была исключена потому, что в комнате было найдено еще одно тело, проткнутое мечом. Поэтому вариант с самоубийством не рассматривался.

– То есть вы хотите сказать, что Со Чжинъю покончила жизнь самоубийством? Но это как-то… – недоверчиво сказал шеф полиции.

– Нет, я этого не утверждал, – ответил Чонрим решительно. – Для суицида это слишком уж изощренно. Хотя место преступления говорит о том, что инсценировать самоубийство здесь все-таки пытались.

Он снова сменил слайд. Схема пропала, а фото с телом жены профессора увеличилось на весь экран: было видно, что оно лежит за шторами.

– Что думаете по этому поводу?

– Положили, чтобы разложение шло быстрее? – нерешительно предположил один из молодых полицейских.

В отчете судмедэкспертов отмечалось, что воздействие прямых солнечных лучей действительно ускорило этот процесс. Но Санъюн нахмурился и с сомнением покачал головой. Нет, положили его туда для другого.

– Пытались спрятать тело?

Лицо профайлера посветлело.

– Именно! Я полагаю, что убийца пытался скрыть тело Со Чжинъю, потому что на месте преступления неожиданно появился кто-то еще.

Он осмотрел полицейских, словно давая возможность им самим найти напрашивающийся ответ. В тяжелой тишине комнаты Санъюн сверлил взглядом экран. «Чхве Чжинтхэ вдруг взял отпуск, чего раньше не делал. Кроме этого, он внезапно предоставил отпуск домработнице, чего тоже раньше не случалось. Он ни с того ни с сего отказался от системы видеонаблюдения в доме. Он несколько раз уточнял, не останется ли запасных копий видео с камеры. Кому могло потребоваться инсценировать самоубийство Со Чжинъю от теплового шока? И кто мог спрятать ее тело за занавеской?»

– Чхве Чжинтхэ.

От догадки Санъюна кто-то охнул, а Чонрим с нажимом произнес:

– Да. Я тоже считаю, что профессор сам убил свою жену.

* * *

Ресторан, в котором Чхольвон забронировал столик, открылся относительно недавно – около года назад. Подавали там сасими из сырого тунца. Как гласит старая пословица, «без хозяйского присмотра собака делает в доме что вздумается». Вот и Чжондо, ничуть не колеблясь, скинул местоположение этого ресторана на телефон своему приятелю. Приложение выдавало ссылку на сайт заведения, где были выложены фотографии меню. Ценник там был негуманный и явно не соответствовал беспечным интонациям приятеля – мол, «перекусим, выпьем по рюмашке». В общем, место было Чхольвону явно не по зарплате, но он заверил, что один раз можно себе позволить нормально проставиться, так что они окончательно решили встретиться там.

После работы техник зашел к себе домой, переоделся и, чтобы не опоздать, сразу поехал в ресторан. На входе он мельком посмотрел на потолок: в углу виднелся кругляш объектива видеокамеры.

– Бронирование на Пак Чхольвона.

Одетая в стилизованное кимоно хостес заученно улыбнулась и проводила его в небольшую секцию-кабинет, рассчитанную как раз на двух человек. Ждать Чхольвону пришлось недолго – чуть погодя пришел и Чжондо.

– Прошу прощения, задержался на операции.

Пациентов Чжондо уже давно не вел и на операции, соответственно, тоже задержаться не мог. Да не так сильно он и опоздал. Но раз уж он сегодня психологически настроился на то, что с ним будут обращаться как с дорогим гостем, то Чхольвон ему, так и быть, подыграет и проявит исключительно деликатные и изысканные манеры… Сегодня можно.

– Ничего страшного, вы же человек занятой. Да я и сам только что пришел… Прошу вас, садитесь.

Чжондо было приятно такое обращение – он с довольным видом сел за столик. Когда к ним подошла официантка, то он даже не стал смотреть список блюд, а просто попросил ее порекомендовать что-то на свой вкус. Девушка немедленно посоветовала взять фирменный сасими-сет. Можно было не сомневаться, что этот вариант был самым дорогим во всем меню, но Чхольвон, не глядя на цену, сделал именно этот заказ. После чего улыбнулся самой теплой и добросердечной улыбкой.

Первые минут десять они вели непременные в таких случаях разговоры о погоде и повседневных делах. Чжондо почему-то начал притворно жаловаться, что сейчас просто не продыхает от внезапно свалившихся дел, Чхольвон, подхватив этот настрой, старательно сочувствовал приятелю. Тут подоспели еда и выпивка. После нескольких рюмок беседа приняла иной характер.

– Я все переживаю, что так подставил вас по глупости. Оно вроде ничего особенного, но у полиции подозрения и на ровном месте могут возникнуть. А тут им такой подарок – что вы сами на обслуживание профессорского дома напросились. Вот ляпнул же, не подумав, – и лишь потом спохватился…

– Ничего страшного, вы же сказали, как есть. Мне это никак навредить не может.

Это было действительно так, и Чжондо с облегчением улыбнулся. Но улыбка его постепенно угасала. Словно опасаясь, что в этой кабинке на двоих его может подслушать кто-то еще, Юн втянул голову в плечи и посмотрел на дверь. Казалось, он хочет что-то сказать. Чхольвон поднял на него вопросительный взгляд, и Чжондо выдал нечто невероятное:

– Я вот что думаю: а не сам ли господин директор свою жену и убил?

– Что?!

Чхольвон не поверил своим ушам. Он сидел с вытаращенными глазами, периодически ими помаргивая. Потом покачал головой с видом: «Вы что, шутите?»

– Не верите? А за что тогда самого Чхве было убивать?

В какой-то момент Чжондо перестал говорить о бывшем начальнике почтительно и называть «господином директором», сократив обращение до одного слога фамилии. Но Чхольвон не стал указывать ему на это.

– Вы так считаете?

– Просто предположение, не более того. – Юн наклонился вперед через столик; похоже, он не закончил. – Я знаю, что он был в ужасных отношениях с супругой, ссорился с ней постоянно…

– Впервые о таком слышу. А из-за чего?

– Ну… он, конечно, не особо откровенничал, но я по общей атмосфере догадался. Уже давно так было: жена звонит, и он с ней на повышенных тонах разговаривает. Хотя о чем конкретно они ругались, я не слышал – он всегда в таких случаях с телефоном выходил. А когда недавно с полицией общался, так в разговоре проскочило, что, оказывается, у Чхве дома своя лаборатория была и он в ней какие-то тайные опыты проводил. Уж не из-за них ли он с женой и ругался? Вы у них чаще бывали – случайно, ничего об этом не слышали?

– Так я же видеокамеры проверять приходил. Личные разговоры со мной кто вести будет? Но все-таки… почему вы думаете, что убийца – это господин директор?

– Ну смотрите: вот он с женой постоянно ссорится, а тут вдруг ни с того ни с сего у меня про ресторан спрашивает, в который я их