Если бы красота убивала - Кейт Уайт

— Чем я, по-твоему, могу помочь?

— Ну, для начала хотя бы скажи, у тебя есть какие-нибудь идеи насчет того, кто мог желать Кэт зла?

— Ни для кого не секрет, что Кэт многим действует на нервы. Но никто конкретный мне на ум не приходит.

— К вам домой никто не звонил с угрозами, ничего подозрительного не было?

— Нет. Во всяком случае, мне об этом неизвестно. Наверное, тебе лучше спросить об этом Карлотту.

Тон Джеффа был недовольным, даже брюзгливым, но я не могла понять, то ли его раздражает мое вторжение, то ли причина в чем-то другом.

— Я на несколько дней уезжала из города, — сказала я, — но слышала, что газеты связали этот случай со смертью Такера Бобба.

Рука Джеффа с бутылкой замерла в воздухе на полпути ко рту, он быстро покосился на меня.

— Кэт сказала, что ты побывала в Пенсильвании и не нашла связи.

— Я не уверена на все сто процентов, — уточнила я. — Но во всяком случае, мне не показалось, что такая связь существует.

Джефф улыбнулся с видом «плохого парня».

— Значит, я снова попадаю в список подозреваемых, не так ли?

— А что, полицейские обращались с тобой как с подозреваемым?

— Нет, во всяком случае, пока нет. Однако на этой неделе они потратили на меня много времени, задавая всякие вопросы. Возможно, мне следовало им сказать, что я единственный, кто знает, что на самом деле Кэт предпочитает «Мезон дю шоколад». По крайней мере я всегда считал, что был единственным.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Так, ничего. Считай, что это была шутка.

— Как по-твоему, у полицейских уже есть какие-то соображения, кто бы мог это сделать?

Снова эта плутовская улыбка.

— Если и есть, они не торопятся делиться своими соображениями со мной. Хотя должен сказать, они не скрывали, что воспринимают меня не столько в качестве хозяина дома, сколько в качестве молодого любовника.

Я решила зайти совсем с другой стороны и посмотреть, что из этого выйдет.

— Надо еще не забывать, что вам с Кэт приходится не только помнить об опасности, грозящей, ей, но и жить с сознанием, что Хайди умерла. Вы, наверное, чувствуете себя ужасно.

Джефф уставился в бутылку.

— Конечно. И еще мы чувствуем себя виноватыми.

— Виноватыми? Потому что Хайди отравилась ядом, который предназначался для Кэт?

— Да, и не только поэтому. Если бы Кэт была дома, как собиралась, Хайди, возможно, было бы к кому обратиться за помощью, когда ей стало плохо.

— «Как собиралась»? Что ты имеешь в виду?

— Знаешь, почему мы с Тайлером уехали за город? Потому что Кэт хотела поработать и ей нужно было, чтобы мы не путались под ногами, — пояснил Джефф. — Не знаю, почему или когда у нее изменились планы, только она позвонила мне уже с Лонг-Айленда. Впрочем, ты не хуже меня знаешь, что за Кэт нелегко угнаться.

Это было сказано с легкой усмешкой, но под ней чувствовался привкус горечи.

Джефф основательно приложился к бутылке и вытер нижнюю губу ребром ладони. Потом он съехал вниз по дивану и вытянул перед собой ноги. Я заметила, что щиколотки у него очень загорелые и что вторые пальцы на обеих ногах длиннее, чем большие. Не помню, где я это читала, может быть, в «Глянце», что это что-то говорит о мужчине. Не то это означает, что он нуждается в контроле, не то свидетельствует о том, что он с легкостью врет. А может, это говорит о том, что у него невероятно длинный пенис.

— Наверное, все это очень страшно, — тихо сказала я.

— Еще бы. Хайди умерла, кто-то оставил в нашем доме коробку отравленных конфет — это, знаешь ли, не шутка. Больше всего в этом деле нас беспокоит Тайлер. Что, если бы он как-нибудь стянул со стола эти конфеты? Вчера мы отвезли его в Массачусетс, к матери Кэт, он останется там до тех пор, пока все не устаканится. Если это вообще когда-нибудь произойдет.

Повисла неловкая пауза. Я придумывала, в какую бы еще сторону повернуть разговор. Пытаясь выиграть время, я стала потягивать пиво. Джефф медленно наклонился в мою сторону и вытянул правую руку. На какое-то пугающее мгновение я подумала, что он собирается привлечь меня к себе и поцеловать, но он оторвал от горлышка моей бутылки болтавшийся кусочек фольги.

— Ты же не хочешь порезать губу, — сказал он, бросая фольгу на пол.

Я не выпила и половины бутылки, но мне стало ясно, что пора заканчивать и сматываться, пока не стало еще хуже.

— Ну что же, я, пожалуй, пойду. — Я встала, — Спасибо, что уделил мне время. Если тебе понадобится моя помощь, позвони, ладно?

Джефф смотрел на меня, не отвечая, потом тоже встал с дивана. Я огляделась, собираясь куда-нибудь поставить бутылку. Он мягко забрал ее из моих рук и посмотрел, сколько в ней осталось.

— Напомни мне, чтобы в следующий раз я предложил тебе минералки.

— Извини, если я пью пиво в середине дня, меня начинает клонить в сон, — сказала я.

— Ну да, мы же не хотим, чтобы ты здесь заснула. Правда?

Джефф проводил меня до двери, открыл ее правой рукой, а левую положил мне на плечо и снова поцеловал меня в щеку. Его шершавые губы снова царапнули мою кожу. Пока мы стояли в дверях, я заметила, что за дверью стоит вешалка и на ней висит бирюзовый плащ, не то нейлоновый, не то из искусственного шелка. Раньше я его как-то не заметила.

— Будешь проходить мимо, заглядывай, — сказал Джефф, закрывая за мной дверь.

Не похоже было, что он говорит это искренне.

В коридоре было очень тихо. У меня снова возникло ощущение, будто кто-то выключил звук. Дожидаясь лифта, я думала о том бирюзовом плаще. Его могла оставить одна из моделей, стилист или даже Кэт. А может, он принадлежал женщине, которая сидела в маленьком кабинете тихо, как мышка, и терпеливо дожидалась, пока я уберусь восвояси?