Совокупный грех - Сергей Зверев

Оказалось, добраться до окошка было нелегко. Когда я по трубам поднялся на газовый котел до уровня окна, до него оставалось еще примерно метра полтора. Я бы, конечно, мог до него допрыгнуть, но окошко было застекленным. Спрыгнул вниз и осмотрелся в поисках чего-нибудь тяжелого. Ничего подходящего не находилось, кроме разве что барашка с вентиля, но он был прикручен. Пошарил по карманам в поисках монеты и нашел пятьдесят копеек. Ребро монеты как раз подходило под шлиц винта на вентиле. Все было новенькое, незаржавевшее, поэтому мне без особого усилия удалось отвернуть винт и снять барашек. Вновь по трубам поднялся на верх котла. Устойчиво встал, прицелился и, размахнувшись, со всей силы бросил барашек в стекло окошка. Раздался звон, и стекло разлетелось. Да уж, вылетело оно неудачно — по всему периметру рамы торчали мелкие осколки. Если оставить все как есть и попытаться пролезть, то будешь похож на пропущенный через лапшерезку кусок теста. Я снял с себя рубашку, обернул ею руки и прыгнул. Мне удалось зацепиться за край рамы с торчащими из нее острыми осколками. Их я чувствовал сквозь материю рубашки. Повис на одной руке, а вторую высвободил из материала и начал выдергивать из рамы куски торчащего острого стекла. Вскоре осколков почти не осталось, а те, что остались, сидели глубоко между рамой и штапиком и не представляли особой опасности. Однако, выполнив эту работу, я устал, теперь у меня просто не было сил подтянуться и влезть в окно. Требовалось немного отдохнуть. Вновь спрыгнул вниз вместе с рубашкой в руках. Оглядел рубашку, чтобы оценить нанесенный ей ущерб. Рубашка была в более-менее приличном состоянии, порезов на ней видно не было, за исключением одного — острое стекло, как оказалось, разрезало не только рубашку, но и мою руку, и кое-где на материале были видны пятна крови. Ладно, заживет, а рубашку купим новую. Тем не менее ею еще можно пользоваться, не ходить же по улице по пояс голым. Я надел рубашку, потом сделал несколько упражнений, разминая тело и отдыхая. Затем опять взгромоздился на котел и прыгнул, на сей раз дело пошло намного быстрее, теперь я уже не висел, держась за раму, а сразу же подтянулся и влез в окошко по грудь. Отдохнув немного, продвинулся вперед, размеры окна позволяли. Страшновато вылезать так вот дальше головой вперед и с прижатыми к туловищу руками — выскользнешь, как эмбрион из… э-э, нет, нехорошее сравнение — полетишь головой вниз, как гимнаст, выполняющий трюк «капля», — и со всего размаху ударишься головой в бетонный пол гаража. Но будем надеяться на лучшее. С богом!

Передохнул, затем продвинулся еще вперед, и когда из окна выскользнула большая часть туловища, центр тяжести пришелся на нее, и я полетел вниз, в последний момент успел зацепиться руками за нижний край рамы, потом очень осторожно вытащил из окна вторую половину тела и аккуратно и мягко спрыгнул вниз. Не зря я все же поддерживаю себя в форме, занимаюсь физическими упражнениями — пригодилось.

Труп Легкова лежал на том же месте, в той же позе и с пистолетом в руке. Решил ничего здесь не трогать, тем более что к трупу не имею никакого отношения — убил Легкова не я, так что пусть лежит в таком же положении до приезда полиции. Сам рассчитывал выйти на улицу и где-нибудь спрятаться поблизости, чтобы посмотреть со стороны, что дальше произойдет. Приедет ли Владислав Олегович назад или не приедет, а если приедет, то с кем — с полицией или без нее?

Уже собрался осуществить задуманное, пошел было к дверям из гаража, что выходили на задний двор, как вдруг меня привлек какой-то шум: то ли вздох, то ли стон. Ничего себе! Неужели Легков жив? Быстро подошел к нему, присел рядом и пощупал сонную артерию. Да нет, пульс не бьется, и холодный Легков, как будто только что из холодильника, — на бетонном полу тело остывает быстро. Померещилось. Поднялся с корточек и более решительно двинулся к двери, но в этот момент уже отчетливо услышал приглушенный крик. Он явно исходил из-под земли. Чертовщина какая-то. Прислушался: крик снова повторился, загробный, протяжный, леденящий в жилах кровь. Сомнений не оставалось: если под моими ногами не преисподняя с кричащими чертями, то под землей был кто-то из людей.

Окинул взглядом пол в гараже, но не увидел ничего, что указывало бы на наличие каких-либо дверей в подпол. Приблизился к двери в дом, открыл ее и переступил порог. Здесь было тихо. Вновь обошел первый этаж, периодически останавливаясь и прислушиваясь. Однако больше не раздавалось ни звука. Почудилось. Вернулся в гараж и тут снова уловил едва различимый шум под полом. Явно источник звука находился именно под полом в гараже. Я тщательно осмотрел гараж, смотровую яму и с левой стороны обнаружил крашенную в синий — под цвет смотровой ямы — дверцу, даже не дверцу, а, скорее всего, лаз. Спрыгнул в яму, опустившись на колени, приложил ухо к двери… Прождал целую минуту, когда наконец явственно услышал голос и даже сумел различить невнятно слышимые из-за толщины стен и, очевидно, мощной шумопоглощающей двери слово «Помогите!». Интересно, кого же здесь в подземелье держал Легков? Ручки на дверце не было, только круглое отверстие для штыревого ключа. Вылез из ямы, отыскал на стеллажах подобие монтировки и снова спрыгнул с нею в яму. Попробовал приладиться так, чтобы загнать сплющенный конец монтировки в щель между косяком и дверью, но щель была настолько узкой, что в нее можно было вставить лишь лезвие ножа, с помощью которого, конечно же, дверцу ни за что не откроешь. И тут мне в голову пришла мысль: «Раз за дверью, по всей видимости, находится подвал, то в доме, скорее всего, в этот подвал есть обычный вход, а не только потайная дверца.

Прихватив монтировку, я вновь вошел в дом и внимательно осмотрел первый этаж. Действительно, неподалеку от парадного входа в дом под лестницей, ведущей на второй этаж, обнаружил в полу вход в подвал. Быстро спустился вниз по лестнице, толкнул расположенную там дверь и вошел в темное помещение. Пошарив рукой по стене, обнаружил выключатель и надавил на него. Подвал оказался просторным, с оштукатуренными стенами, но абсолютно пустым. И что удивительно, та стена, на которой, по моему разумению, должна находиться потайная дверь из гаража, тоже оказалась гладкой. Вот так фокус! Я подошел к этой стене, погладил ее. Хорошая стена, капитальная. Странно, куда же тогда выходит тайный лаз? И тут за стеной раздался глухой потусторонний голос: «По-мо-ги-те!» Поседеть в этом доме ужасов можно. Я стукнул пару раз монтировкой в стену, и спустя некоторое время в ответ тоже раздался еле слышный стук, будто кто-то бросил с той стороны в стену камешек или какой-то иной увесистый предмет. Осмотрел стену и пространство возле нее на полу, но ничего похожего на кнопку, открывающую тайный лаз, не обнаружил. Несколько раз ударил монтировкой в стену, но бесполезно. На штукатурке остались лишь вмятины. Выскочив из подвала, я вновь вернулся в гараж в поисках какого-нибудь подходящего инструмента. В углу в куче хлама обнаружил заржавевшую, покрытую засохшей глиной кирку с расшатавшейся ручкой и кривой лом, очевидно, применявшиеся рабочими при строительстве дома, да уже вышедшими из строя. Сгодится. Прихватив инструмент, вновь отправился в подвал.

Я не строитель, да и в физике полный профан, но считаю, что в стене самое слабое место — это центральная часть, да и не только в стене, а в любой плоскости, потому что, если хочешь сломать дощечку, бьешь ногой в самом ее центре. И там она легче всего ломается. Не знаю, может быть, я и не прав, но бить в стену решил именно посередине. После двух ударов кирки отлетел кусок штукатурки, и за ним обнаружилась кирпичная кладка. Я с облегчением вздохнул: слава богу, не железобетонная плита. Еще несколько раз ударил киркой по стыку между кирпичами, затем взялся за лом и продолжил долбить стену. Вскоре лом, не встретив сопротивления, полностью ушел в стену. К моей радости, кладка оказалась в один кирпич. Крик за стеной раздался отчетливее, но я, не обращая на него внимания, продолжил борьбу со стеной. Вытащив лом, оставил в кладке один лишь его кончик и с силой надавил на другой конец инструмента. Стена поддалась, насколько кирпичей сдвинулись с места. Вытащил лом и поменял его на кирку и несколько раз со всего размаху ударил ею в стену. Пять кирпичей вывалились внутрь. Я с удвоенной энергией принялся бросаться на стену, и вскоре в ней образовалась приличная дыра.