Песчаные замки - Луанн Райс

Хонор молча пошевелила губами, сказав, что он может остаться. Джон легонько кивнул.

— А вы не хотите? — спросил его Питер, кивнув на блюдо с кукурузой.

— Пока нет.

— Ну и зря — очень вкусно. Лучший молочно-сахарный сорт. В Коннектикуте знают толк в кукурузе.

— И я всегда так думал, — подтвердил Джон.

— Там, наверно, скучали по ней.

Агнес тихонько охнула, Сес только насупилась, Хонор словно получила пощечину, сама удивляясь своему стремлению броситься на защиту Джона. А он принял реплику за нечто само собой разумеющееся, обдумал и не счел нужным отреагировать. Тем не менее, хорошо зная мужа, Хонор видела, как на него подействовало замечание, и подметила в глазах опасную искру.

— Питер, — сказал Джон, — каковы твои планы?

— Насчет чего?

— Насчет моей дочери Реджис.

— Я на ней собираюсь жениться, — уверенно заявил юноша.

— Ты ведь учишься в колледже, да?

— Да, — подтвердил Питер. — В Тафте. Ну, закончу учебу… мы оба закончим. Бросать не собираемся.

— Хорошо. А чем зарабатываешь?

— Помогаю иногда на поле для гольфа.

— В летние сезоны. А за квартиру чем будешь платить?

Хонор заметила, как дрогнул взгляд Питера, и почувствовала в нем враждебность. По ее спине побежали мурашки.

— За квартиру? — переспросил Питер. — Ее будут оплачивать наши родители. — Он хотел рассмеяться, но, видя абсолютно серьезную реакцию Джона, сдержался.

— Вот как?

— Ну, мои меня долго пилили, а потом смирились. Я думал, вы с миссис Салливан тоже нам согласитесь помочь…

— В моей родной семье, — сказал Джон, — было принято просить руки девушки, только когда ты достаточно взрослый, ответственный, чтобы обеспечить будущую семью. Это одно из доказательств силы твоей любви.

— М-м-м, — промычал Питер, как бы уже оценив отношение Джона к любви и признав глупым. Вытер губы салфеткой, посмотрел на часы, а потом в коридор в сторону комнаты Реджис.

— Вы куда-то собрались нынче вечером? — поинтересовалась Хонор.

— Фактически, да. Хотим пойти в кино на пляж. Скоро надо ехать, темнеть начинает.

— Ну, по-моему, тебе не повезло, — объявила Агнес. — По-моему, сегодня Реджис никуда не пойдет.

— Наверняка пойдет, — возразил Питер, отодвинув стул, глядя на Хонор, но не на Джона. — Скажите ей, что я здесь.

— Она знает, — ответила Хонор.

— Я ее позову, — вызвалась Сес, но Агнес уже направилась к их общей комнате.

— Обожду на улице, — буркнул Питер.

Пока он в ожидании стоял за дверью, Хонор с Джоном остались наедине. В его взгляде по-прежнему сквозило огорчение.

— Если бы ты с ним разговаривал в присутствии Реджис, — почти прошептала она, — так легко не отделался бы.

— Я это хорошо понимаю, — кивнул Джон. — Как она?

— Переживает.

Он встал, прошел к другому концу стола, сел с ней рядом на тот стул, где раньше сидела Реджис.

— Знаю… Что я могу сделать?

— Очень расстроена тем, что мы с тобой «не вместе» в том смысле, в каком ей хотелось бы.

— Мне уйти?

Хонор отрицательно покачала головой, видя, как тяжело он воспринимает все это.

— Прости, — вымолвила она.

— Тебе не за что просить прощения. — Джон взял ее за руку. Хонор позволила, боясь посмотреть ему в лицо, опасаясь, что он увидит в ее глазах то, чего нельзя выдавать.

— Джон…

— Я схожу с ума. Снова быть в этом доме, с тобой, с девочками, и все-таки не вместе. Я их отец, а мне сейчас кажется, что я их едва знаю. Они выросли в мое отсутствие!

— Понимаю, — спокойно и горько сказала она.

— Невозможно сидеть здесь с тобой… Если бы ты только знала… Мне каждую ночь снилось… Казалось, стоит только взглянуть тебе в глаза, взять за руку… Боже мой, Хонор, я думал, что наша любовь не погибла!

Она просто сидела, глядя на их сомкнутые руки. Хотелось прильнуть к нему, хотелось оттолкнуть его.

— Давай пока это оставим. Я хотела устроить праздничный вечер для девочек… и для тебя.

— Клянусь, не знаю, смогу ли дождаться твоего решения, — выпалил он. — Но оно будет принято.

— Какое решение? — прошептала она, чувствуя, как он стискивает ее пальцы.

— Желание Реджис исполнится. Мы будем вместе.

— Джон… — Хонор попыталась выдернуть руку, но он крепко держал ее, и она, посмотрев на него, увидела горящие глаза.

— Обещаю тебе, Хонор, будем.

Она не сумела ответить. Не знала, на что надеялась. Сердце разрывалось от страшной усталости и ликования.

— Я, действительно, рад, что увидел его, — понизил Джон голос. — Знаю теперь, с чем мы боремся. Почему ты мне не сказала, что это настоящий осел?

— Она влюблена…

— Да ведь он же полный… — начал Джон, но тут мимо пролетела Реджис, выскочила в дверь и бросилась в объятия Питера. Перестав плакать, прижалась к нему; так они и стояли, покачиваясь. Он что-то шептал ей на ухо, вызывающе поглядывая на Джона поверх ее головы сквозь планки дверных жалюзи.

— Пожалуй, сегодня не пойду, — послышался голос Реджис. — В другой раз обязательно.

— Пойдешь, — отчетливо произнес Питер. — Тебе лучше убраться отсюда.

Кровь у Хонор вскипела, но она видела, что Джон сидит спокойно — если и не совсем безмятежно, то и не взрывоопасно. Видела в его глазах жар, как всегда. Если знать, куда смотреть, ему никогда не удастся скрыть гнев, ярость, печаль, радость, страсть. Но Реджис с Питером, вновь войдя в дом, увидели только улыбку на его лице.

— Значит, вы познакомились, — заключила Реджис, переводя взгляд с Питера на отца.

— В полной мере, — подтвердил Джон.

— Я очень рад, — сказал Питер.

— Я тоже.

Питер пристально уставился на него, держа Реджис за руку.

— Знаете, я должен был просить у вас ее руки, если бы вы были где-то поблизости.

— Питер! — воскликнула Реджис.

— Никогда не поздно, — заметил Джон.

— Ну, я уже спрашивал миссис Салливан. И она нас благословила.

— Тогда будем считать дело конченым, — сказал Джон.

— Спасибо, папа! — Реджис бросилась отцу на шею, а Хонор, глядя ему в глаза, видела в них тот самый бунтарский дух, который всегда больше всего любила, угасший в тюрьме и теперь снова зажженный Питером. — Пожалуй, все-таки, пойду с Питером в пляжный кинотеатр.