Город изгнанников - Наталья Беглова

Занятия были организованы так, чтобы все участники смогли получше познакомиться друг с другом, узнать, откуда они приехали, как оказались в Женеве и почему большинство из них сегодня со страхом ожидали окончания работы в комиссии.

Проблема трудоустройства в случае потери работы стояла прежде всего перед техническим персоналом комиссии. На технических должностях работали в основном выходцы из развивающихся стран. А в последнее время и из бывших социалистических стран. Поскольку и для них было обязательным хорошее знание английского языка, а желательно еще и французского или какого-либо другого языка, то, как правило, это были люди, получившие отличное образование у себя на родине. Но здесь, в Женеве, если им удавалось пристроиться в международные организации, то чаще всего работа на их долю выпадала далеко не самая интересная. И далеко не все переносили это безболезненно.

С некоторыми Арина была уже знакома. Она неплохо знала Салема, когда-то бывшего главным редактором крупной газеты в Сирии, и Жиля, преподававшего историю в университете в Буэнос-Айресе. Был среди технического персонала и бывший советник-посланник, представлявший много лет интересы Югославии в Женеве.

Многие сотрудники комиссии согласились участвовать в семинаре без всякого энтузиазма. Мало кто верил, что он может реально помочь им справиться с проблемами. Арине даже пришлось уговорить начальство тоже участвовать в семинаре, чтобы подать пример. Ей удалось убедить всех, кроме Гилмора и Кирани, уехавших в командировку в Бангладеш.

Розмари и Тимоти, специалисты, проводившие вместе с Ариной семинар, не пытались преуменьшить сложности, с которыми предстояло столкнуться людям в случае потери работы. Это было бы по меньшей мере неумно. Трудности будут, но не следует заранее опускать руки и говорить себе, что все потеряно. Человеку всегда страшно менять свою жизнь. Вот он и топчется на месте, ничего не предпринимая. А это самое страшное. Доказано, что именно бездействие перед лицом сложной или опасной ситуации приводит к самым тяжелым психологическим последствиям.

В качестве иллюстрации Розмари привела интересную историю, происшедшую во время теракта 11 сентября. Молодая женщина работала во второй башне, подвергшейся нападению террористов. Когда она увидела, что самолет врезался в соседний небоскреб, она бросилась бежать из здания, несмотря на призывы, передаваемые по радио, соблюдать спокойствие и оставаться на своих местах. Она неслась бегом по лестнице и успела выскочить на улицу до того, как здание обрушилось. Ее родители наблюдали все происходящее по телевизору, находясь в другом городе. Несмотря на пережитый стресс, женщина полностью сохранила психическое здоровье. Она была в действии. А вот ее родители, которые лишь смотрели телевизор, долго потом лечились от посттравматического стрессового расстройства.

Есть удивительные примеры того, как в самых, казалось бы, безысходных ситуациях человек не только выживает, но и эволюционирует в каком-то новом для себя направлении, добиваясь в итоге удивительных результатов.

Тимоти также рассказал случай из жизни одного известного футболиста. В зените славы он получил настолько серьезную травму, что ему ампутировали ногу. Казалось бы, все, конец. Но вместо того, чтобы впасть в депрессию, он стал думать над тем, как он может использовать те знания, которыми он обладает? Придумал новую спортивную обувь для футболистов. Этим футболистом был основатель фирмы «Адидас».

Не прошло и нескольких часов после начала занятий, как Арина с радостью констатировала, что почти все активно включились в работу. Порой казалось, они просто играли в какие-то странные игры, придуманные для них Розмари и Тимоти. Однажды, после какого-то сложного задания, Розмари вдруг предложила: «А сейчас давайте немного просто позабавимся! Я буду задавать вам вопросы, а вы по очереди будете на них отвечать. Главное – быстрота ответа. Не ищите сложностей, постарайтесь ответить первое, что придет вам в голову. Договорились? Итак, начали!» На столах перед каждым участником стояли таблички с их именами. Розмари начала с Селима Атвана.

– Селим, кем бы вы хотели стать? Быстро, не задумывайтесь!

– Укротителем шакалов!

В комнате раздался дружный смех.

– Почему именно шакалов?

– Не знаю… Хотя, наверное, потому, что в Сирии, там, где я жил в детстве, водились шакалы. Я их боялся. Да и все их боятся. Очень даже неплохо научиться их укрощать. Если уж я их не буду бояться, то никакая потеря работы меня не испугает. – Теперь засмеялся уже сам Селим и, довольный, сел на свое место.

– Мистер Кун Сяолинь, быстро ответьте нам: кто самый великий человек на свете?

– Лао-цзы, – выпалил начальник юридического отделения. Не ограничившись этим, он тут же изрек очередную цитату уже поднадоевшего всем в комиссии китайского философа.

– Очень даже интересно, вы обязательно еще расскажете нам о нем. Я выделю для этого время. А сейчас продолжаем разминку. Мистер Чоудхури, вопрос вам. Кем вы больше всего восхищались в молодости?

– Муджибуром Рахманом, – не задумываясь ответил тот.

– А это кто, тоже философ? – спросила Розмари.

– Это был один из крупнейших политических деятелей Южной Азии, – пояснил Чоудхури.

– Понятно, спасибо.

Арина, услышав ответ Чоудхури, хотела было что-то добавить, но не успела, Розмари уже обращалась к Кондратовичу.

– Где бы вы больше всего не хотели сейчас оказаться?

– В России! – выпалил Геннадий.

– А я думал, что белорусы не так враждебно относятся к русским, как выходцы из некоторых других бывших республик Советского Союза. – Тимоти удивленно посмотрел на Кондратовича.

– Я не отношусь враждебно, но я не хочу, чтобы Белоруссия стала частью России, – объяснил Геннадий.

– Так, продолжим. Вопрос к вам, миссис Казанцева. Где бы вы сейчас, наоборот, больше всего хотели очутиться?

– В Москве!

– Вот, хоть один сотрудник мечтает вернуться на родину! – Голос Розмари был полон энтузиазма.

Когда начался обеденный перерыв, Арина подошла к Людмиле и предложила пообедать не в столовой, а в кафе «Брокар», находившемся неподалеку. Она видела, что Казанцева вышла из класса задумчивая и даже немного подавленная.

В кафе в этот час было много народу, но они нашли свободный столик в саду, позади кафе. Когда они сели, Казанцева с удивлением посмотрела на тарелку Арины – там лежали два круассана с ветчиной.

– Не похоже на вас. Я думала, вы вегетарианка. В столовой ООН у вас всегда одни овощи на тарелке.

– Нет, я не вегетарианка, но вы правы, это не моя обычная еда. Что поделать, обожаю круассаны в этом кафе. – Арина поймала себя на том, что говорит извиняющимся голосом. – Видите, этот с маком, а вот этот посыпан кунжутными семечками. Раз в месяц обязательно сюда приезжаю завтракать. В обед их обычно уже не бывает. Но раз так повезло и остались, не могу отказать себе в этом удовольствии.