Шоколадное пугало - Дарья Донцова

Не стоит описывать скандал, который разгорелся в доме Гореловых, когда Игорь объяснил:

– В столичном театре полно своих звезд, мне главных ролей в ближайшие годы не дадут, я буду просто получать зарплату. Уеду домой. В Гольяновске я звезда, на меня публика идет, я держу весь репертуар. Хочу играть, а не ждать, когда разрешат произнести: «Карета подана!» Москва – это престижно. Но я не собираюсь годами одну реплику выпрашивать.

В ответ на его тираду Аглая заорала так, что Лариса выскочила из гостиной и кинулась в свою комнату, по дороге ей стало дурно, она вбежала в зал, где располагалось Королевство Шоколадного Пугала, потому что там был санузел.

Ларису стошнило, она выползла из туалета и рухнула в кресло около стола Аглаи. Мать мастерила очередную куклу, на рабочей поверхности лежали разные инструменты, лоскуты ткани, искусственные волосы. Младшая Горелова попыталась успокоиться, и тут дверь открылась, появился Игорь и живо спросил:

– Ты как?

Любовница не успела ответить, с воплем:

– Нет, ты сделаешь по-моему! – в комнату влетела Аглая.

Сестра напала на Игоря с кулаками, ударила его в лицо, из носа у него потекла кровь. У Ларисы потемнело в глазах, она схватила со стола первое, что ей попалось под руку, вскочила, подбежала к матери и…

Лариса прервала рассказ и посмотрела на Аглаю.

– Дорогая, не надо, – тихо сказала та, – остановись. Я люблю тебя.

– Но я люблю тебя сильнее, – заявила Лариса, – поэтому скажу правду. Я воткнула прямо в глаз Аглае отвертку. Она упала! Инструмент был невелик, размером чуть длиннее моего среднего пальца, крохотная рукоятка, все остальное – лезвие. Или как там называется железная часть отвертки?

Стало тихо, потом Коробков пробормотал:

– Стержень, он заканчивается лопаткой.

– Аглая упала на спину, – продолжала Лариса, – ударилась головой о железную… не знаю, как правильно сказать…

– Подставку, – подала голос мать, – на ней лежала всякая ерунда. Такая не очень высокая штука, типа штыря, на него тарелки нанизаны. Вверху он заострен, как пика! Ковер оросился кровью.

Лариса закрыла лицо руками и прошептала:

– Она умерла. То ли из-за отвертки, которая ей в глаз почти вся вонзилась, то ли из-за падения на эту штуку… с тарелками. Не знаю. Я не хотела ее смерти. Я просто ее ударила.

– Аглая скончалась? – уточнил Ершов и показал на пожилую даму в кресле. – А кто тогда тут сидит?

– Игорь, – ответила я. – Или я ошибаюсь?

– Нет, – ответила «Аглая».

– Я тоже это понял, – протянул Михаил Юрьевич, – просто уточнил. Могу лишь посоветовать никогда не цитировать пьес Шекспира, в которых вы играли. Некоторое время назад вы сказали фразу лорда Стенли из «Ричарда Третьего».

Лариса положила руки на стол и уткнулась в них лицом.

– Мы с Ларой замерли, – продолжал Игорь, – не знали что делать. Просто стояли. Потом появился Сиракузов.

– Владимир? – уточнил Димон.

– Да, – простонала Лариса, не поднимая головы, – он каждый день к матери приезжал, массаж ей делал.

– Опытный специалист, – уточнил Игорь, – тихий парень. Один раз он от Аглаи уходил, посмотрел на меня и сказал: «У вас, наверное, под лопаткой болит?» Я удивился: «Это заметно?» Он улыбнулся: «Мне – да. Хотите покажу простое упражнение? Старая, добрая советская ЛФК. Сейчас она не в почете, а зря».

Парамонов сложил руки на груди.

– Владимир вошел в Королевство Шоколадного Пугала, начал: «Я ищу Аглаю Борисовну, она сказала, как приеду, сразу сюда идти, она делает новую…» – и осекся. А я кинулся к сестре, выдернул из ее глаза инструмент. В тот же миг появился Николай. Вы, наверное, уже поняли, что произошло дальше?

– Горелов потратил много денег и справился с проблемой, – произнесла я, – Аглаю Борисовну похоронили под вашим именем. Вы стали играть роль своей сестры. Наверное, трудно с утра до ночи ломать комедию?

– Нет, – ответил любовник Ларисы, – я профессионал. Аглая внешне напоминала мужчину, крупная, широкая в кости, черты лица топорные. Если сестру коротко постричь, получился бы парень. Но она гордилась копной своих кудряшек. Даже с возрастом не сделала стрижки, только закрашивала седину.

Игорь дернул одну из своих прядей.

– И у меня то же самое на голове. Когда я стригся под бокс, волосы казались прямыми, а чуть отрастали, сразу вились.

– Это не наша идея, – прошептала Лариса, – папина. Он один в тот день голову не потерял, вошел в Королевство Шоколадного Пугала, вмиг все понял и скомандовал: «Игорь, ступайте с Ларой в ее спальню. Володя, иди в комнату Аглаи. Не выходите без моего разрешения».

Мы долго вдвоем с Ларисой сидели, только слышали шаги, шорохи…

– Папа в конце концов к нам пришел, – зашептала Лариса, – свой план изложил.

– Сначала он сказал, – перебил Лару Игорь: – «Знаю, что вы любовники. Откуда? Мне на днях Юля звонила, грозила правду о вас всем рассказать, если я денег ей не дам на переезд в Москву и покупку квартиры. Я ответил: увижу свидетельство о разводе, и ты все получишь. Вас я не осуждаю, сам когда-то без ума в Аги влюбился, но потом она из меня все светлое чувство по капле выдавила. Мы с ней легко поженились, а вам жить вместе нельзя. Вопросы люди задавать начнут: почему дядя с племянницей всегда рядом? Есть только один выход, когда ваша близость никого не смутит, изображать мать и дочь. Поэтому я похороню Аглаю под именем Игоря. Ясно?»

– И вы согласились, – подвел черту Коробков.

– Оцените наше состояние, я вообще голову потерял, – пробормотал артист. – Николай все устроил. Меня положили в клинику, якобы Аглая от стресса заболела. Люди театра умеют гримироваться, тон наложить, ресницы наклеить, я это легко проделываю. Первое время я носил парик, потом свои лохмы отросли. Покрасить их нетрудно, сам справляюсь, сейчас для женщин есть все в продаже. Владимиру Коля денег дал на открытие массажного салона. А с прислугой нам повезло, старую Горелов уволил, нанял новых. Как настоящая Аглая выглядела, никто из дворни не знал.