Три проблемы для Золушки - Джанет Иванович

Машину мотнуло из стороны в сторону, тело отскочило от капота, слегка подпрыгнуло и приземлилось в стороне от дороги лицом вверх. Лула нажала со всей силы на тормоз и, скользя, остановилась на обочине. Мгновение мы сидели, приложив к сердцам руки и не в силах заговорить. Потом обернулись и посмотрели в заднее окошко.

- Черт, - воскликнула Лула.

Я подумала, что это конец всему.

Мы посмотрели друг на друга и одновременно состроили гримасы. Лула развернула и бережно подала немного назад «файерберд», намереваясь встать на обочине подальше от потока транспорта. Потом остановилась в паре футов от мертвеца. Затем мы вышли из машины и подкрались поближе.

- По крайней мере, он одет, - заметила Лула.

- Это Гарп?

- Можно только гадать. Трудно сказать, когда у него вместо носа такая огромная дыра.

Мелкий дождик перешел в ливень. Я убрала с глаз мокрые пряди волос и воззрилась на Лулу.

– Нам нужно позвонить в полицию.

- Ага, - согласилась Лула. – Хорошая мысль. Ты звони в полицию, а я прикрою покойника. У меня на заднем сиденье есть одеяло.

Я бегом вернулась в машину и достала сумку. Порывшись в ней немного, нашла сотовый, открыла со щелчком и нажала на кнопку. Тусклая лампочка, вспыхнув, просигналила, что села батарея, и погасла.

- Кончилась зарядка, - сообщила я Луле. – Всю прошлую ночь телефона у меня с собой не было. Нам придется голосовать на дороге.

Обдавая нас водой, дюжина машин пронеслась мимо.

- Еще есть план? – спросила Лула.

- Доехать до ближайшего пункта и вызвать полицию.

- Ты собираешься предоставить покойника самому себе?

- Думаю, кому-нибудь из нас придется остаться.

- Тогда оставайся ты, - предложила Лула.

Мимо проревел восемнадцатиколесный грузовик и чуть не смел нас.

- Отсиживаться в канаве придется, - сказала я ей.

Лула снова бросила взгляд на Гарпа.

– Мы можем взять его с собой. Можно запихнуть его в багажник. А потом отвезти в похоронное бюро или еще куда-нибудь. Ну, ты знаешь, подвезти куда-нибудь.

- Тогда это будет искажением места преступления.

- Искажение, черт возьми. Этот долбаный покойник свалился с неба на капот моей машины. И как бы то ни было, если он останется здесь, его может переехать какой-нибудь тяжеловоз.

Она была права. Эллиот Гарп так и так проезжал транзитом, когда упал на «файерберд». Следы от шин грузовика на его груди не прибавят ему привлекательности.

- Ладно, - смирилась я. – Возьмем его с собой.

Мы посмотрели вниз на Эллиота. Потом обе с трудом сглотнули.

- Думаю, в багажник его будешь укладывать ты, - произнесла Лула.

- Я?

- Ты же не ждешь, что я буду это делать, верно? Я не прикасаюсь к трупам. Меня все еще берет оторопь при воспоминании о Лерое Уоткинсе.

- Он тяжелый. Я не смогу его затащить в багажник одна.

- Меня от этого всего снова потянуло на горшок, - поделилась Лула. – Я за то, чтобы мы сделали вид, что этого не было, и убрали отсюда свои задницы подальше.

- Было бы неплохо, - поддержала я ее, предпринимая усилия убедить и себя в том же. – Как насчет твоего одеяла? Нужно завернуть его в одеяло. Тогда можно будет упаковать его, не прикасаясь к телу.

- Думаю, так будет вернее, - согласилась Лула. – Можно попытаться.

Я расстелила одеяло на земле рядом с Эллиотом, сделала глубокий вздох, подсунула пальцы под его ремень и перекатила тело на одеяло. Потом отпрыгнула, зажмурила глаза и выдохнула. Неважно, сколько я видела насильственных смертей, к этому я никогда не привыкну.

- Мне определенно нужно в туалет, - сказала Лула. – Чувствую, что моя диарея уже на подходе.

- Забудь о диарее и помоги с покойником!

Лула схватилась за одеяло со стороны головы, я взялась за другой конец. Гарп совсем окоченел и не сгибался, поэтому мы сунули его в багажник головой вперед, ногами наружу. Потом бережно опустили крышку на колени Гарпа и закрепили ее куском веревки, который у Лулы имелся в багажнике.

- Погоди-ка, - сказала Лула, вытаскивая красный цветастый шарфик из кармана плаща и привязывая его к ноге Гарпа наподобие флажка. – Не хочу заработать штраф. Слышала, полиция сильно придирается, если из багажника что-нибудь торчит.

Особенно мертвые парни.

Мы влились в транспорт и проехали примерно полмили, высматривая место, где развернуться, а я все переживала насчет Гарпа. Меня терзали сомнения, какое впечатление мы произведем на трентонскую полицию, если приедем в участок с мертвым наркодилером, торчащим из багажника Лулы. Они ведь могут не понять процесс принятия решения, приведший к тому, что его увезли с обочины дороги.

Лула сбросила скорость на Роут 1 и остановилась на светофоре.

– Куда поедем? – осведомилась она.

- В Бург. Мне нужно поговорить с Эдди Газаррой.

Газарра был в первую очередь другом, а уж потом копом. Газарре можно было доверять, он даст мне честный совет, как наилучшим способом передать мертвое тело официальным лицам.

Сзади к нам на светофоре подъехала машина. Почти немедленно машина развернулась и дала деру на полной скорости. Мы с Лулой, стоя на светофоре, понаблюдали за этой картиной в зеркальце заднего вида и обменялись взглядами.

- Может быть, стоило получше обернуть одеяло вокруг ног Эллиота, - заметила Лула.

Светофор переключился, и Лула взяла курс на южное направление в сторону Роут 1. Она срезала по Мастерс Стрит, предпочтя проехать несколько кварталов в стороне от дороги, чем пересекать центр города с Эллиотом на виду. К тому времени, когда мы достигли Гамильтон Авеню, за облачным покровом небо потемнело, и зажглись уличные фонари.

Эдди Газарра жил в загородном доме с тремя спальнями на окраине Бурга. Дом этот был построен в шестидесятых. Красный кирпич, обшитый снаружи алюминием. Огороженный дворик размером с почтовую марку. На задворках в деревянной клетке жил кролик по кличке Чокнутый, которого выдворили туда из дома после того, как он перегрыз телевизионный кабель.

Лула припарковалась перед домом, и мы уставились в молчании на темные окна.

- Не похоже, чтобы кто-нибудь был дома, - заметила Лула.

Я согласилась, но все-таки пошла к двери. Потом нажала на дверной звонок и подождала несколько секунд. Нажала звонок снова. Перебралась через азалии, приложила ладони к окну гостиной и посмотрела внутрь. Дома никого.

Сосед Эдди, Гас Балог, высунул голову из входной двери.

– Что происходит? Это ты, Стефани Плам?