Я охочусь на тебя - Mazurenko

— Если что это что?

Не ответив, Сэм лишь азартно сверкнул глазами, хищно улыбаясь. Пока менеджер занимался оформлением покупки, Агата в задумчивости глядела в окно. Круглое солнце осторожно пробовало горизонт города на вкус.

— Сэм, может быть, поедем и опробуем машину?

— Я боялся, что ты не предложишь.

Извилистые дороги Стокгольма остались позади. Они мчались по безлюдному и широкому шоссе, наслаждаясь бесцельностью поездки. Тачка летела мимо высоких равнин, гор и озëр.

— Знаешь, я же очень давно не ехала куда-либо просто так… Бегаю, как заведëнный зайчик дюрасел, решаю проблемы, выкручиваюсь… — Агата ощущала на щеке взор Сэма — тяжëлый и проницательный.

— Ты устала, да?

— Я…устала, ага. Только я не могу себе этого разрешить, так ведь?..

Ладонь японца ласково коснулась пальцев девушки на руле:

— Совсем чуть-чуть. Во всяком случае, со мной.

Благодарно улыбнувшись, Агата старательно игнорила защипавшие в носу слезливые иглы. Тишина в звукоизолированном салоне убаюкивала.

— Агата… не желаешь пошалить?

Смешно сплющив губы, она сделала идиотское лицо уточкой:

— Зависит от того, что ты имеешь ввиду под этим.

— Ты когда-либо пробовала дрифтовать?

Пальцы девушки покрепче вцепились в руль, а сердце жадно забилось об рëбра.

— Но дрифтовать… небезопасно.

— Так и есть. Дрифтовать небезопасно и страшно. Однако может пригодиться в погоне.

На миг Агата оторвала взгляд от шоссе и поглядела в его глаза. Отражая огни несущихся мимо фонарей, они пылали фанатичным огнëм. Откуда-то из глубины в девушке поднялась волна бесстрашного веселья…

— А давай. Что мне делать?

— Останови тачку.

Послушно припарковавшись на обочине, она повернулась, готовая слушать.

— Первое — ты разогоняешься. Потом резко, только недолго тормозишь. Отпускаешь тормоз, быстро поворачиваешь руль и жмëшь педаль газа. Не давай оборотам двигателя опускаться очень низко, иначе тачка остановится. И не перестарайся с оборотами, иначе машину развернëт. Когда станешь выходить — не бросай газ, иначе можешь выйти в неконтролируемый занос. Всё запомнила?

— Я… запомнила. Поехали.

Широкая, немного безумная улыбка на лице парня была ей ответом. Сэм протянул руку, нажал пару кнопок на приборе, что-то отключая, а что-то — включая.

— Давай, девочка. Сделай это.

Вжав педаль газа, она разогналась по пустому шоссе.

— Сейчас! Начинай!

Агата резко затормозила.

— Супер! Теперь уходи в занос!

Одним быстрым движением Агата вывернула руль в сторону.

— Умница! Давай газу!

Агата изо всех сил выжала педаль газа, и авто рванулось из-под неë вперëд и вбок.

— Чересчур много оборотов! Сейчас развернëт!

Агата вцепилась в руль и приспустила газ.

Выровнявшись, авто плавно заскользило, делая широкий круг полубоком. Еле заметными поворотами руля она контролировала ширину круга. Сердца стучало как подстреленная птица, а ступни заметно тряслись на педали. Адреналин пульсировал в крови, сжигал вены, заливал глаза паутиной капилляров.

“Страшно! До чего же страшно! Однако потрясающе! ”

Сбоку от неë в восторге засмеялся японец.

Сзади и по бокам взвился горький дым от горящих шин.

— У тебя вышло! Плавно отпускай газ и выравнивай авто.

Величественный седан послушно и мягко возвратился на свою сторону шоссе. Японец и Агата тяжело дышали и прислушивались к мерному гулу мотора.

— И как тебе мой первый дрифтинг?

— Ты была великолепна. Просто… прирождённый талант! Я пока ни разу не видел, чтобы кто-то настолько шустро осваивал занос.

Щëки девушки немного заалели, но она гордо вскинула нос вверх.

— Ага, я такая. Я умница.

— Умница — недостаточно хвалебное слово для тебя, гений.

Они остановились на обочине. Двигатель неохотно затих. С края неба на них с любопытством смотрело закатное солнце.

— Знаешь, что я хочу? — спросил Сэм.

— Что?

— Кофе. И посидеть где-то около воды.

— Думаю, это классная идея.

— Сейчас, я отыщу лишь какое-либо живописное место поблизости… — Уткнувшись носом в смартфон, Сэм открыл карту.

Хмыкнув, Агата завела двигатель. Где-то там по шоссе должны быть заправочные станции…

Они облокотились на капот, безмятежно и расслабленно попивая кофе. Волны озера Меларен нежно лизали опоры пирса.

— Видели всë на свете… Мои глаза — и возвратились… К вам, белые хризантемы.

Удивлëнно выгнув брови, Агата остановила стаканчик на полпути к губам.

— А?

— А ты ценишь романтику, я погляжу. Бери печенье. — Сэм вынул из коробки огромное, усыпанное шоколадной крошкой печенье.

— Что-то подсказывает мне, что ты сейчас тонко надо мной издеваешься. — Сердито взяв печенье, Агата стала его грызть, поглядывая на парня.

Сэм захохотал и мягко провëл рукой по горячему капоту.

— Когда-то я любил читать хокку девушкам. Они находили это очень романтичным.

— А теперь?

Сэм помедлил, смотря на неë поверх своего стаканчика:

— А теперь это нахожу романтичным уже не я.

Под внимательным взором японца руки Агаты покрылись россыпью мурашек.

Отвернувшись к озеру, она раздосадованно куснула печенье.

“Я понятия не имею, как реагировать на Сэма, когда он так себя ведёт…”

Довольно решительно, парень вдруг снял со своих ног ботинки.

— Ты что?

— Ты глянь, какая здесь красотища! — Усевшись на край пирса, Сэм с удовольствием опустил ступни в воду. — Разве можно просто глядеть на озеро и не хотеть погрузиться? Давай, присоединяйся.

Нерешительно подойдя ближе, Агата посмотрела вниз, на воду.

— Либо ты сама снимаешь туфли, либо я стаскиваю их с твоих ног и выкидываю в озеро.

— Эй-эй! Мои туфли стоят много денег, между прочим.

— Вот и я о том же.

Под насмешливым взором парня Агата фыркнула, аккуратно сняла туфли и поставила их около кофе. Вода озера лизнула еë ступни и кольнула прохладными иглами.

— Бр-р-р! Да вода ледяная!

Протянув руку, японец предложил прижаться к его тëплому боку. Подумав, Агата нырнула в подмышку парня и устроилась там, пригреваясь. Робкие сверчки пели в их спины, а озеро лениво плескалось возле ног.

— Знаешь, я бы хотел сделать что-то для тебя. Что-то, что облегчит тебе жизнь. — Сэм ласково перебирал пальцами пряди еë волос, которые упали ему в ладонь. — Что я могу сделать для тебя, Агата?

Агата задумалась, прислушиваясь к налитой звуками тишине ночи.

— Ты можешь… поцеловать меня.

Голова японца качнулась в сторону девушки, наклоняясь ближе. Агата подставила губы, но парень не торопился прикасаться к ним.

Носом он зарылся ей в волосы, глубоко вдохнул и потëрся щекой о них. Сместился ниже, практически к шее, и опять остановился. Потом прижался губами к еë виску, прикрыл глаза, пальцами лаская ей шею. Откинув голову назад, Агата подставила парню горло, и Сэм бережно огладил и его. Аромат одеколона японца окутал девушку с каждой стороны, впутался в волосы, безнадёжно застряв в них…

Парень