Их было девять… - Настасья Викторовна Лис

– Сказали, что продержат несколько дней, так как гвоздь попался ржавый, поэтому надо проколоть антибиотики. А так, вроде, всё благополучно. Я даже не знаю, как мне Вас благодарить! Если бы не Вы, долго нам пришлось бы добираться до больницы. – Не стоит! Я поступил как нормальный советский гражданин. Скажи, вот, разве бы ты оставил человека в такой беде, если бы у тебя была возможность ему помочь? – спросил, вдруг, дед, сверля меня своим блуждающим взглядом.

– Нет, конечно, я бы обязательно помог! – честно признался я, и водитель одарил меня еле заметной, но довольной улыбкой. Потом он протянул мне руку и крепко пожал мою, видимо, давая понять, что разделяет мою точку зрения. Да, это и так было понятно, раз он не проехал мимо и без вопросов согласился отвезти нас с Олей в больницу.

– Ну, давай, садись. Отвезу тебя к товарищам. А то, небось, заждались уже, испереживались? – снова улыбчиво проговорил дед, и я не без радости согласился на его предложение. Солнышко теперь светило еще ярче, чем когда мы вышли из дома и отправились на объект. Я развалился на сидении, рядом с водителем и понял, что дико устал, причём, наверное, больше от переживаний за Олю, чем от проделанной работы. Больница находилась немного в стороне от основной дороги, поэтому пока мы выезжали на нее, ветви деревьев, поскрипывая, царапали стекло, словно напрашиваясь внутрь автомобиля. Звук получался немного странный и потусторонний, словно, кто-то скрёбся о крышку гроба с обратной стороны. Это непонятное и жуткое сравнение как-то само по себе и, вдруг, возникло в моей голове. Осознав данную мысль и проанализировав ее, я забеспокоился, так как обычно такие вещи происходили со мной накануне каких-то страшных или неприятных событий. Конечно, я боялся сейчас за Олю, за ее здоровье и очень надеялся, что она скоро поправится, и я смогу ее забрать из больницы. Я постарался внутренне уговорить себя и настроить на хорошую волну, мол, что с Олей обязательно всё будет в порядке, что она в безопасности и находится под присмотром хороших врачей. Но поганая интуиция и мерзкое чувство тревоги по-прежнему не отступали. По-видимому, совсем не хотели оставить меня в покое. В моей голове всплывали картинки о проведённых счастливых днях с Олей. Сначала я вспоминал первые дни, когда я разглядывал ее и только начинал влюбляться, а она по уши была увлечена Пашкой. Потом вспомнился вечер, в который я, наконец, признался ей в своих чувствах, а Ленка стояла и смотрела на наши одурманенные любовью лица. Но ярче всего пришла картинка, связанная с нашей ссорой, которая состоялась буквально с утра. Хотя почему-то мне казалось, что с того момента уже прошло несколько дней. Я, находившийся под грузом своих воспоминаний, даже не заметил, как мы добрались до места нашей стройки. Поблагодарив еще раз седого и доброжелательного водителя, я закрыл за собой дверцу и направился к остальным ребятам, которые, наверняка, ждали меня с последними новостями. К своему удивлению, во дворе школы я никого не обнаружил. Тогда я обошёл ее с обратной стороны, и только потом увидел за деревьями чью-то спину. Пригляделся, и мне показалось, что это Марина.

– Марина! – позвал я ее и в ожидании, что она обратит на меня своё внимание, остановился. Девушка почти сразу обернулась, и даже издалека на ее лице я уловил нотки беспокойства. Она через секунду бросилась мне навстречу, и я понял, что случилось еще какое-то неприятное событие.

– Миш! Как Оля? – всё-таки начала Маринка, хотя я видел, что она торопится перейти к другому разговору.

– В порядке. Пробудет в больнице несколько дней. Я завтра к ней пойду, – кратко ответил я и вытаращил на девушку обеспокоенные глаза. – Что случилось? – не выдержал я, даже боясь представить, что мне может ответить на это Марина.

– Лена пропала…, – несколько помявшись, тихо сказала она.

– Как пропала? Она до сих пор не вернулась? – спрашивал я, даже, кажется, не понимая смысла слов.

– Так и не вернулась. Сначала мы просто ждали. Потом Пашка пошёл за ней, к дому фельдшера. Но дама сказала, что никакая девушка к ней не приходила. Он обошёл всё вокруг на тот случай, если Лена запуталась и ушла немного в другую сторону. Но ничего. На обратном пути он наткнулся на ее куртку, которая так же, как и куртка Лёни, просто валялась рядом с деревом. Теперь мы разбрелись по территории и пытаемся ее найти. Но, наверное, это бесполезно уже. Бедный Пашка! Я даже боюсь ему на глаза попадаться! Он бегает, кричит, зовёт ее, чуть ли не плачет…, – закончила Марина и, выслушав ее, я с шумом бросился на землю. Сел. Чувство тревоги, отчаянья и вины за то, что позволил Лене одной уйти за помощью для Оли, поглотило меня. Мне самому в тот момент захотелось рыдать, стонать, кричать, что уж там говорить о Пашке!

– Командир был? – уточнил я, надеясь услышать положительный ответ.

– Недавно пришёл, вместе с бригадиром. Они тоже подключились к поискам, – тихо ответила девушка.

– А Иван где? Почему он тебя одну-то оставил? Здесь, по-видимому, опасность на каждом шагу, – недовольно подчеркнул я, действительно, поразившись его опрометчивому поступку. – Нет, мы вместе с ним искали Лену. Он рядом был. Просто я к тебе вышла, а он там остался, чтобы время не терять, – ответила Маринка.

– А-а, понятно, – протянул я и постыдился своих мыслей по поводу недальновидности Ивана. – Так, а остальные где ищут? Куда мне пойти? – поинтересовался я, хотя знал наперед, что Лену нам уже не увидеть. И от этого становилось противно до горечи во рту. Ведь всё шло по одному и тому же сценарию, конец которого, увы, был жестоким и трагическим. – Давай с нами? – предложила Марина. – Парни разошлись в разных направлениях. Командир подключил еще кого-то из местных. Так что, народу достаточно. В основном, все ищут там, где Пашка наткнулся на Ленину куртку. Нам он приказал держаться вместе и только на территории школы, чтобы не упустить из виду.

– Хорошо, – согласился я, поднялся и направился вслед за Маринкой, которая шагнула в густые заросли деревьев, росших прямо у школы. Я подумал, почему лес не выкорчевали полностью рядом с объектом прежде, чем начинать строительство? Ведь изначально это сделать гораздо проще. А оставлять так, мне кажется, совсем небезопасно. Сюда, ведь, будут ходить дети, и совсем малыши, и те, что постарше. Странно. Через пару минут мы наткнулись