Живее всех живых - Марина Серова

– Верно мыслишь. Ты видел, чтобы она испугалась? Я – нет. Отвечала четко и спокойно, не ошибалась в ответах, по крайней мере, на лжи я ее не поймала.

– А может быть, она так уверена в своей безнаказанности. Или она очень хладнокровная женщина.

– Меня убедило другое. Знаешь, я привыкла доверять фактам, в моей работе это очень важно. Но есть еще и другой аспект – интуиция. За годы работы она у меня очень натренировалась, и я привыкла ей доверять. У этой женщины есть стройная жизненная философия, такую за пять минут не придумаешь. Она действительно, как актриса, играет с жизнью. Ее сцена – это ваш Халантай. А убивать старого врага семьи, имя которого хранится в преданиях, – это шизофрения. Я ожидала увидеть эдакую упивающуюся своим колдовством настоящую ведьму с горящими полубезумными глазами. А вместо нее кого мы видим? Знахарку, у которой спокойствия больше, чем у нас всех!

– Хорошо ты рассуждаешь, Женя. И я тебе скажу – звучит это убедительно!

Уже полностью стемнело, когда мы вернулись обратно домой. В большой гостиной мы застали Вику и Дениса, пьющих дымящийся чай из больших жестяных кружек.

– Ну слава богу, помирились! – с облегчением произнес Алексей. – Смотрю, вы какой-то ароматный чай пьете.

– Да, – с придыханием ответила Вика, – Денис где-то тут в закромах нашел мешочек с каким-то чаем. Такой вкусный! Хотите, вам тоже заварим?

– Нет, спасибо, – отмахнулся Алексей и направился к лестнице.

– Леха, я хотел спросить: мы еще долго тут будем? – окликнул его Денис.

Алексей притормозил у лестницы, призадумался, затем вопросительно глянул на меня и лишь пожал плечами.

– Если вам нужно уехать, то езжайте.

– Да нет… просто хотя бы приблизительно понимать, сколько мы еще тут будем. Или ты хочешь на девять дней тут тоже остаться?

– Я не знаю, – ответил Алексей, уже поднимаясь по лестнице. – Давайте завтра об этом поговорим.

– Скоро придет Клавдия Ивановна и будем ужинать, – оповестила Вика.

– Отлично, позовете нас.

В комнате Алексей свалился на кровать прямо в одежде, раскинув руки в стороны.

– Женя, что нам делать дальше? Мне бы тоже уже надо понимать, сколько нам тут еще быть.

– Тебе решать. Мы можем уехать хоть завтра, – ответила я, снимая с себя теплую кофту.

– Но мне бы хотелось разобраться во всей этой темной истории до конца.

– Тогда предлагаю остаться тут еще хотя бы на пару дней, – предложила я. – У меня уже есть кое-какие догадки.

– Да? И какие же? – Мой клиент аж приподнялся на локтях и с интересом посмотрел на меня.

– Давай поговорим об этом завтра, как ты сам сейчас выразился, – отмахнулась я, ибо не хотела пока посвящать подопечного в свои дальнейшие планы. – Голова идет кругом. И ты тоже, смотрю, устал. Спокойно поужинаем, потом все вместе посмотрим какой-нибудь фильм, а завтра уже обо всем поговорим.

– Согласен, – кивнул Алексей и стал стягивать с себя уличную одежду. – Женя, я прям чувствую, что ты что-то задумала.

Я лишь слегка улыбнулась, но ничего не ответила. Да, я задумала на завтра одно мероприятие. В конце концов, это расследование слегка затянулось, мы топчемся на месте вот уже несколько дней, строя всякие догадки и предположения, но все наши версии оказывались ложными. Поэтому пора бы уже расшевелить этот тихий омут, в котором притаилось зло. А чтобы это сделать, нужна провокация. И именно этим я и собиралась завтра заняться. С самого утра.

Дул холодный промозглый ветер, срывающий с корявых, похожих на черные скелеты деревьев последние жалкие листья. По правую сторону стоял, нахмурившись, темный еловый лес. Слева виднелась гладь озера, которое уже начало покрываться тонким слоем льда, особенно ближе к берегу. По другую сторону леса остались злачные болота. Небо было такое серое и хмурое, что, несмотря на начало нового дня, было ощущение надвигающихся сумерек. Это была глушь – настоящая, дикая северная глушь, от которой хотелось спрятаться в теплом доме у камина с чашкой горячего кофе или закутаться в одеяло и продолжить свой сладкий сон.

Я аккуратно и тихо бежала, наступая на заиндевелую землю с пожухлой травой. Моя плотная короткая куртка с накинутым на голову капюшоном спасала от ветра. А свободные штаны в стиле милитари и универсальные кожаные ботинки не стесняли моих движений. Через правое плечо было перекинуто охотничье гладкоствольное ружье, в правой руке зажат между пальцами сюрикен.

Я слегка притормозила, внимательно огляделась, принюхалась, словно ищейка, и продолжила легкий бег вдоль елового леса. Мой чуткий нос улавливал легкий запах солярки, который исходил от подошв моих ботинок.

«Ветер сегодня мне на руку, – подумала я. – Где же ты, страшный темный зверь? Я готова с тобой встретиться!»

На улице было совсем темно, когда я вышла из дома. Весь поселок еще спал, ни в одном доме не было видно света. И даже такая ранняя пташка, как Клавдия Ивановна, еще не пришла кормить кур и кроликов, видимо, продолжая нежиться в своей теплой кровати.

Пропитав подошвы своих кроссовок и низ штанов соляркой, я открыла ворота и оказалась на улице.

«Использовался какой-то раздражитель…» – вспомнила я слова ведьмы Раисы.

Да и Семен Копытин тоже намекал на что-то подобное. Я же вспомнила момент, когда Виталий показал нам рубашку их отца, изодранную волчьими зубами. Еще тогда я обратила внимание на жирные пятна и уловила легкий запах то ли керосина, то ли солярки. Но в тот момент я не придала этому значения. Потом подобный запах привлек мое внимание, когда мы с Алексеем пошли в лес, куда нас так настоятельно заманивали. Только потом я поняла, что ботинки моего клиента были пропитаны соляркой не случайно.

Кто-то намеренно это сделал.

Это и было тем самым раздражителем, на который реагировал наш зверь. Возможно, сам по себе этот волк не опасен, его нужно было именно спровоцировать. И именно этим я сейчас и занималась.

– Одолжите мне немного солярки, – тихо попросила я вчера вечером после ужина у Николая Петровича. На