Обвинение - Дениз Мина

– Финдлей Коэн…

Фин попытался улыбнуться.

– Гектор, – начала я, – за нами кое-кто следит. И хочет нам навредить. Крупный такой мужчина. Мы напуганы.

Лицо у Гектора потемнело.

– Здесь вам нечего бояться. Если кто-нибудь придет сюда вам навредить, я… – он взял со стола нож для писем и изобразил, как заколет невидимого нарушителя в самое сердце.

Мы оба вдруг осознали, что оказались в тесной комнатушке с незнакомцем, для которого Фин представляет собой несоизмеримую ценность. Спокойнее от этого не стало.

– Ну, – Фин опустил кинжальчик за острие, – в таких вещах нет никакой необходимости. Очень мило с вашей стороны, конечно. А можно от вас вызвать такси до аэропорта?

Гектор понял, что зашел слишком далеко, приложил руку к животу и постарался совладать со своими эмоциями.

– Конечно. Конечно! Вы присаживайтесь, а такси я закажу. Прошу, присаживайтесь.

Мы сели на кресла напротив стола. Гектор взял трубку и рявкнул кому-то, чтобы вызвали машину и пригнали к черному ходу. После чего он сел за стол и воззрился на Фина.

– Ваша музыка… – сказал он, – очень много для меня значит. У меня на свадьбе, моя жена… ваша песня «Больше никогда».

– У вас на свадьбе? – Фин поежился на стуле.

– У нас на свадьбе. Это было что-то трансцендентное. Встретить вас – огромная честь, радость всей моей жизни. Когда узнал, что вы тут, в Сен-Мартене, я своим ушам не поверил… Прямо не верилось…

Он жестом показал, будто ему начисто снесло лобную долю. Фин учуял лазейку.

– Гектор, вы знаете, зачем мы приехали?

Гектор кивнул.

– Oui.

– Виолетта ведь у вас гостила?

– Oui.

– И тогда была ваша смена?

– Oui.

– Вы с ней встречались?

– Oui.

– Какой она вам показалась?

– Симпатичная, молоденькая, очень радовалась, как заехала в отель. Очень обрадовалась при виде ванной и гостиной, а еще – что много шампуней, корзинки с фруктами везде и все такое.

Отвечая на вопросы, Гектор округлившимися глазами неотрывно смотрел на Фина. Как будто пытался уместить в своем мозгу как можно больше Фина. Фину было так неловко, что у него лицо перекосило. Улыбка изогнулась хмурыми складками и переродилась в ярость, а на губах его билась в конвульсиях бесплодная улыбка.

– Она сняла номер люкс?

– Oui. «Вашингтон». Лучший из лучших. Лучший номер был ей не к лицу. Делала вид, что это не так, но девушка была явно из бедных.

Я улыбнулась мыслям о неудачливой коллеге по подлогу и спросила:

– Как вы догадались?

– Дешевая одежда. К тому же она так радовалась, как заехала в номер. Люди состоятельные принимают это как должное или брюзжат. А номер просто великолепный.

Фин спросил:

– Вы потом отправили все ее личные вещи домой?

– Oui.

– А не осталось адреса, по которому вы их отсылали?

Гектор щелчком открыл ноутбук и, на секунду отведя глаза, ввел пароль. Фин ухватился за возможность перевести дух. Гектор нашел нужный файл и развернул ноутбук экраном к Фину. Я сфотографировала адрес в Венеции.

Телефон на столе продребезжал трижды, прежде чем Гектор взял трубку.

– Oui.

И ту же бросил трубку. Поднялся со слезами на глазах и сказал:

– Месье Коэн, наша встреча подошла к концу.

Фин обошел стол кругом, и Гектор весьма церемонно расцеловал его в обе щеки. Возможно, чтобы Гектор перестал так на него глазеть, Фин распахнул объятия и стиснул его. Гектор был настолько тронут, что тихонько вскрикнул.

Наконец он сокрушенно оторвался от Фина и вывел нас с черного хода во внутренний дворик. Такси уже дожидалось. Гектор наклонился к окошку водителя, дал ему указания, и мы уселись на заднее сиденье.

Водитель поздоровался и тронул машину. Я сползла пониже на сиденье и затаилась, высматривая в краешек окна мужчину с багровым лицом, как будто он вот-вот выпрыгнет перед машиной, как-то нас перехватит. Но мы выбрались из города и выехали на главную трассу, рассекавшую остров вплоть до моста.

Мы выезжали из города, но за нами никого, просто ехали себе и ехали. Нам помог Гектор, помогла и женщина из модного бутика, а все из-за подкаста, все из-за того, что Фин – знаменитость и у нас есть аудитория. Мы как будто в сказку попали, кого ни встречаешь – все добрые, не считая злодеев. Совсем не то что в настоящей жизни. Это лишь всплеск доброжелательности, пока мы всем в новинку, но а вдруг, раз интерес еще не угас, нам удастся с помощью подкаста разоблачить Гретхен Тайглер.

От проблеска надежды у меня аж волосы встали дыбом, я наклонилась к Фину и сказала:

– Я думаю, нам стоит съездить встретиться лицом к лицу с Гретхен Тайглер.

– Анна, можешь мне честно сказать: ты сидишь на чем-то?

37

– Ни на чем я не сижу.

– Типа, на психотропах?

– Я еще не спятила, Фин.

– Я и не говорил, что ты спятила.

– Ты просто мягко выразился, суть вопроса от этого не меняется.

Мы мчали по обсаженной деревьями дороге, приближаясь к какому-то плоскому городишке и раскинувшемуся рядом палаточному лагерю. Деревья постепенно расступились, и по мере приближения к мосту впереди замаячил горизонт. Земля раскрывала объятия морю, и мост на главный остров плавно взмывал в синее небо, обвешанный цветными парящими в воздухе змеями.

Фин выглядел уставшим.

– Мне можешь рассказать.

– Я видела какого-то мужчину.

– Софи-Анна, ты мне нравишься, правда, и я понимаю, что ты за все платишь, но это выматывает.

– В чем дело-то вообще – ты про мужчину? Думаешь, он мне привиделся?

– Я не говорю, что никого не было, просто… может, ты поспешила с выводами.

– Фин, как ты думаешь, куда бы меня повезли в Скибо? Что они, по-твоему, хотели?

Он пожал плечами.

– Поговорить с тобой?

– Ну да, и нож он взял на переговоры. Ты не понимаешь: тут своя предыстория. Они считают, что я снова буду говорить об изнасиловании. Для клуба это просто ужасно, на кону стоят миллиарды. Наша жизнь под угрозой.

Он недоверчиво вздернул бровь.

– Моей жизни ничего не угрожает.

– Фин, ты переехал его на машине. Ты видел своими глазами, что они меня тогда увели. Ты теперь представляешь для них угрозу.

– Ладно. Спасибо, – он прикрыл глаза руками и так и остался сидеть. – Черт, как же рядом с тобой тяжело.

– Да неужели?

– В смысле в Скибо очевидно что-то случилось. Может, он хотел тебя арестовать? Тут я уже не знаю.