Искатель, 1998 №7 - Даниэль Мусеевич Клугер

пять дней в Турцию, в Марморис. Есть туристическая фирма, «Бест-тур», у них очень приличные туры. Розенфельд заключил с ними контракт на постоянное обслуживание наших сотрудников и их семей. Получается недорого и очень здорово. Масса впечатлений. А в тот раз — вообще за счет компании. Жаль, сам Ари тогда не поехал… — Она слегка нахмурилась, снова оглянулась на фотографии. — Ну вот, это мы фотографировались там. Это отель «Элеганс», единственный пятизвездочный отель в городе. Кстати, городок маленький, живет только туристами.

— А как отель? — спросил Розовски. — Действительно приличный отель?

— Очень приличный, — ответила Яновски. — А внизу в отеле — казино, — она указала на второй снимок. — Кстати, вывеска его видна из любой точки города.

— И как? — с интересом спросил Натаниэль. — Играли?

— Нет, я не азартный человек, — ответила Яновски. — Некоторые играли. Знаете, — она засмеялась, — со мной там произошел очень смешной случай. Я вошла в зал казино и вдруг обнаружила, что прекрасно понимаю турецкий. А оказалось — зал был полон наших соотечественников. И все, естественно, говорили на иврите.

Розовски улыбнулся.

— Это уже случалось с Портосом, в «Двадцать лет спустя», помните? — сказал он. — Он проснулся в трактире и обнаружил, что знает английский. Но оказалось, что рядом просто говорят по-испански. Да, бывает…

— Итак? — повторила Яновски. — Кстати, если курите — курите, не стесняйтесь, — она пододвинула детективу хрустальную пепельницу. — Может быть, выпьете что-нибудь?

— Да, колу, если можно, — пробормотал Розовски, выуживая сигарету из полупустой пачки.

Яновски неторопливо поднялась со своего места и направилась к маленькому холодильнику в углу кабинета. Вернувшись с изящным подносом, на котором стояла запотевшая бутылочка и высокий стакан, она поставила все это перед Натаниэлем, сама отошла в сторону и присела на небольшой диванчик.

— Что это вы курите? — с любопытством спросила она, глядя на ярко-красную пачку.

— «Соверен», — ответил Розовски. — Английские, с минимальным содержанием солей свинца.

— Интересно!

— И потому — наименее вредные для окружающих, — он поднес язычок зажигалки к сигарете.

— Вы так много думаете о пользе для окружающих? — Яновски с неподдельным интересом смотрела на сыщика, и Натаниэль почувствовал легкое неудобство. Умение вести светскую беседу — о погоде, сигаретах и охране окружающей среды — не относилось к числу его достоинств, о чем он не раз уже жалел.

— Собственно, у меня всего несколько вопросов, — сказал Розовски. — И не очень значительных, но все-таки.

— Сколько угодно, — Белла развела руками. — Но, прошу вас, поторопитесь. Сегодня я улетаю в командировку, в Москву.

— Вот как? Скоро?

Яновски взглянула на часы.

— Ну, не прямо с работы, — она вновь улыбнулась, — но сегодня. Самолет в двадцать один тридцать. А я еще не все собрала. Я вообще человек безалаберный.

Розовски с откровенным недоверием окинул ее безукоризненный наряд и тщательно уложенные золотистые волосы.

— Да-да, — сказала Яновски. — Поверьте, я массу вещей откладываю на последний момент.

— Хорошо, — сказал он. — В таком случае, я постараюсь быть кратким. Скажите, вы были знакомы с Ари Розенфельдом до приезда в Израиль?

— Да, мы были знакомы еще по Москве. И с Галочкой — тоже. Мы с ней одно время были подругами. Потом, правда, немного отошли друг от друга. Просто жизнь так сложилась. У каждой была своя семья, дети. Свой круг общения.

— Ас Шмуэлем Бройдером вы познакомились уже в Израиле?

— С Шмуэлем Бройдером? — Она чуть нахмурилась, отрицательно качнула головой. — Нет, по-моему, я не знаю такого. Имя знакомое, видимо, где-то слышала, но лично… Нет, — сказала она решительно. — С ним я незнакома.

Натаниэль вычеркнул в блокноте одну строку.

— Скажите, Белла, кто из руководства вашей компании принимал участие в создании и работе компании «Ари»? — спросил он.

— Компания «Ари» создавалась по личной инициативе Розенфельда, — ответила Яновски. — Так мне кажется, во всяком случае. Не могу ответить, кто именно этим занимался. Думаю, все понемногу. И Ари, и Моше. Кое-что делала я.

— Что именно?

— Чисто техническую работу — готовила проекты документов. Уставных, лицензионных. Я все-таки юрист по образованию.

— Простите мне мою дремучесть, — сказал Натаниэль, — но я не могу понять, что означает «финансовая компания»? И чем она отличается от просто банка?

— Во-первых, объемом уставного капитала, — ответила Яновски.

— В большую или меньшую сторону?

— В меньшую, разумеется. Очень трудно создать частный банк, особенно в нынешней России и особенно — с иностранным участием. Рынок давно поделен разными наследниками прежних государственных банков. Трудно влезть.

— А во-вторых?

— А во-вторых — более мягким уставом. Так сказать, не только финансовые операции. Если говорить точнее, мы заключили целый ряд договоров о поставках с некоторыми российскими фирмами. Имея компанию «Ари», мы получали возможность существенно облегчить расчеты с ними. Но — увы! По-моему, она лопнула раньше, чем мы оценили преимущества этого обстоятельства. Вот — вкратце. Честное слово, — она извиняюще улыбнулась, — вам лучше поговорить об этом с Левински.

— Поговорю, поговорю, Белла, непременно, но скажите, вам известны причины ее закрытия?

— Нет. У меня есть только личные догадки, не более.

— Поделитесь ими со мной, — попросил Розовски.

— Ничего особенного, из России часто сообщают о подобных историях. Знаете, внезапно открывшаяся возможность оперировать большими денежными массами заставляет некоторых людей терять головы и совершать ошибки. Вкладывать деньги в заведомо нереальные проекты. В действия, находящиеся на грани афер. — Она замолчала.

— Вы имеете в виду Ари Розенфельда? — с интересом спросил Натаниэль.

— Нет, что вы. Тамошних представителей. Наших партнеров. Они ринулись в приватизационную компанию, и… Словом, — она развела руками, — компания закрылась, где находятся ее активы — неизвестно, где находятся директора — тоже. К счастью, мы вложили не так много денег. Хотя, безусловно, этот проект тяжело отразился и на нашем финансовом положении. Это все, что я могу вам рассказать, — Белла улыбнулась и отпила колу из своей бутылочки. Когда она ее поднимала, казалось — принцесса пьет волшебный напиток из хрустального кубка.

Натаниэль моргнул, видение исчезло. Просто красивая женщина, с трудом удерживающаяся от легкой зевоты в присутствии осточертевшего зануды. Но он вынужден был продолжать занудствовать:

— Вы могли бы сообщить мне, кто именно выступал учредителями компании «Ари» с российской стороны?

— К сожалению, не сейчас. Обратитесь к Моше. Когда он вернется.

— Хотя бы примерно — частные лица? Фирмы?

Белла немного подумала.

— Думаю, среди учредителей был по меньшей мере один российский банк. Возможно, и не один.

— Какой именно?

— Не знаю. Но, поскольку мы не обращались к Центральному банку за лицензией на проведение банковских операций, видимо, компания собиралась пользоваться уже существующей. А это могла быть только лицензия одного из соучредителей. Подробности — увы! — мне неизвестны.

Розовски вздохнул и поднялся.

— Вы уже уходите? — удивление Яновски при этом было