Дом на берегу ночи - Анна Данилова

Мне стало интересно, почему вас интересует его окружение, его образ жизни, адреса и так далее. Ясно же было, что вы собираетесь с ним встретиться, но к этой встрече вы тщательно готовитесь. Ваш внезапный отъезд пять лет назад, отсутствие какой-либо информации о вашей сестре… Кстати, мне пришлось предпринять кое-какие действия, чтобы выяснить, не появлялась ли она за эти годы в Калине, не звонила ли друзьям, одноклассникам, не инопланетянка же она, были же у нее друзья, подруги… Человек, который занимался добыванием этой информации, должен был действовать очень осторожно и ни в коем случае не засветиться в качестве опера, понимаете? Он действовал через своих знакомых девушек… И так получается, что о вашей сестре никто ничего не слышал. И тогда я сопоставил пропажу Лики с личностью Власова. Версия его связи с вашей сестрой казалась мне поначалу несостоятельной, уж слишком дерзкая и неправдоподобная, учитывая положение Власова (все-таки он был мэром!), да и школьный возраст вашей сестры. Если такая связь имела место, подумал я, то скрыть ее абсолютно, чтобы никто ничего не знал, — просто нереально. Конечно, с его положением, с его возможностями, на какое-то время безопасность обеспечить себе можно. Но в том политическом контексте, я имею в виду, накануне выборов в мэрию, надо быть полным идиотом, чтобы позволить себе определенные отношения с несовершеннолетней! Вот почему я прекратил расследование в этом направлении. У меня появилась новая версия. Что, если Лика — внебрачная дочь Власова. И ее исчезновение связано с желанием его ближайших родственников, в смысле, прямых наследников, избавиться от нее, тем более что законных, рожденных в браке детей у них с Оксаной Дмитриевной нет!

Оля слушала его с полными слез глазами.

— Довольно! — с трудом выговорила она, давясь от слез. — Чего уж там… Да, Лика жила с Власовым. А потом что-то случилось, возможно, моя маленькая глупая сестра повела себя неправильно. Вы сами сказали — дело было накануне выборов. Возможно, она пригрозила Власову, что расскажет об их романе его сопернику на выборах, сегодняшнему мэру — Гарину! Вы поймите, это всего лишь мои предположения… Дмитрий, Макс, — она посмотрела на Максима Григорьевича, у которого тоже повлажнели глаза, — ее убили, понимаете?

И она рассказала о том, как подверглась нападению, как ей приказали убраться из города.

— Оля, почему ты не пришла ко мне и ничего не рассказала? У меня большие связи, я бы помог вам с Ликой! — воскликнул Макс.

— Мне стыдно и больно рассказывать все это, но я испугалась… Я поняла, что Лики уже нет в живых, иначе зачем было им паниковать…

— Постой, но как ты узнала, что твоя сестра встречается с Власовым?

— Мы с ней как-то ужинали, я достала коньяк… Мне тогда было очень плохо, уход Виктора, его предательство сломали меня, и Лика меня выхаживала, отвозила меня в какой-то санаторий, оплачивала мое лечение… Короче, мы с ней выпили однажды, и она мне во всем призналась. А я что могла ей сказать? Что? Я-то была вообще дурой, которая взяла и отдала Ликины деньги Виктору! После этого я имела право указывать ей, как жить?

— Постой, но если ты знала, вернее подозревала, что с твоей сестрой… что ее нет в живых, и знала, кто тебе угрожал, ведь этот человек был от Власова, то почему не обратилась в прокуратуру?! Или, опять же, ко мне? — недоумевал Макс.

— Говорю же, я испугалась… Мне же чуть горло не перерезали! Вы поймите, ставка была слишком велика, я имею в виду выборы и все, что с ними было связано у Власова. Уж если они не пожалели Лику, то что говорить обо мне?

Она переводила взгляд с Дмитрия на Макса, понимая, чего они ждут от нее.

— Да… Я была у него. Все пять лет план вынашивала. Яд достала. Можете меня посадить.

— Он что-нибудь сказал? Признался?

— В том-то и дело, что нет. Сказал, что это не он. И вот как теперь с этим жить?

— А кто тогда?

— Не знаю… Хоть бы узнать, куда они Лику дели, где закопали… — И Ольга разрыдалась.

— В Абрамово, — тихо произнес Борисов. — Нашли ее… сегодня утром…