Солярий для Снежной королевы - Дарья Калинина

– Пока что мы точно знаем лишь одну вещь: Валерий Снетков – преступник. Он заманил в этот дом Андрея, после чего напал на него. Наверное, он счел Андрея мертвым, потому и не стал добивать. Ну а нас он связал и перетащил в подвал в полной уверенности, что туда никто не сунется и что он сумел спрятать все концы в воду.

– Подвал звукоизолирован, – подтвердил Юра. – Кричи не кричи, из дома или снаружи ничего не слышно. Если бы я не подошел совсем близко, то ничего бы и не услышал.

– А как же ты все-таки решил спуститься вниз? – спросила у парня Кира, которой не давала покоя мысль о столь своевременном появлении Юры на пороге их камеры. – Почему?

Но если она ожидала услышать, что Юра признается ей в том, что его привел некий голос, противиться которому он был не в силах, то ее ожидало горькое разочарование. Юру заставило спуститься вниз нечто совсем иное.

– Любопытно мне стало, – признался он Кире. – Вспомнил, как мама однажды рассказывала своей знакомой о том, что ее первый муж держал в этом подвале своих пленников. Вот и решил взглянуть на это место. Нервы хотел себе пощекотать. Спускаюсь, вдруг слышу – стучат. Чуть в штаны не наделал. Сначала решил, что это призраки тех мертвецов, что мамин муж тут замучил, меня дурачат.

– А чего же не убежал?

– Не знаю. Интересно было. Решил посмотреть, кто за дверью стучится.

– А ты лихой парень, – произнесла Кира с одобрением, которое не считала нужным скрывать.

Теперь она считала, что может доверять Юре почти как самой себе. И это вызвало на ее лице широкую улыбку. Рот Юры расплылся в ответной улыбке.

– Есть немного. Отец этого не одобряет, считает, что у меня в башке ветер гуляет.

– Ты спас нам жизнь. И ты спас жизнь своего брата. Твой отец, если только он не полный чурбан, должен будет это одобрить.

К этому времени солнце уже село за горизонт. И хотя по-прежнему было светло, подруги понимали: пора уже дать о себе знать своим близким. Вот только Андрей был категорически против их решения:

– Нет, пусть все вокруг думают, что вы обе куда-то пропали!

– Зачем?

– Чтобы преступник не запаниковал и не причинил Пашке вред.

Но подруги с ним не согласились:

– Это не тот метод.

– Мы должны действовать, а не прятаться!

Кира взглянула на свой телефон и обнаружила в нем четыре сообщения.

– Следователь звонил мне все это время!

В глухое подземелье не проходил ни один сигнал. А сумки подруг и прочие их вещи Снетков любезно отволок вместе с телами подруг в подвал. Так что телефоны находились вне зоны действия сети, и только сейчас им стали поступать сообщения о непринятых вызовах. Но если им стали приходить сообщения, то информация о том, что они вновь появились в сети, отобразилась у следователя.

И его звонок не заставил долго себя ждать. Как раз в этот момент и раздалась мелодия вызова.

– Не бери! – вскинулся Андрей.

– Глупо. Нам нужна помощь. К тому же следователь уже знает, что мы опять на связи.

Она поднесла трубку к уху и услышала:

– Рад, что вы нашлись.

– Да, спасибо, что волновались. Спешу сказать, что с нами уже все в порядке.

Следователь крякнул.

– Я вообще-то не потому звоню.

Вот и думай после этого о людях хорошее!

– А зачем же звоните? – разочарованно спросила у следователя Кира.

– Хочу сказать, что ваши подозрения насчет Юрия Перепелицы были небеспочвенны. И что мне очень бы хотелось задать этому молодому человеку несколько вопросов.

Интересное кино! Когда следователь считал Юру непричастным к совершенному преступлению, подруги были полны подозрений в отношении Юры. А когда подруги стали считать его скорее жертвой, чем преступником, у следователя появились какие-то основания для задержания Юры.

– А почему вы передумали? – поинтересовалась Кира. – Вы же не хотели его подозревать?

Следователь помялся, но потом все же признался:

– Сегодня днем мать юноши изменила свои показания.

– В смысле?

– Будучи вызванной для дачи показаний, она сказала, что провела все утро не со своим сыном, а совсем с другим человеком.

– С каким это другим человеком?

– Ну, с другим… со своим любовником, так вам будет яснее!

Куда уж яснее!

– А как имя любовника? Кто он такой? С ним вы уже поговорили?

– Не все так быстро, – отозвался следователь. – Скажите, вам что-нибудь удалось узнать насчет Юры? Где он находится сейчас?

Подруги могли бы пролить свет на этот вопрос, но они сомневались, что стоит открывать карты.

И Кира настойчиво переспросила следователя:

– Скажите, а с чего вдруг мать Юры изменила свои показания?

– Видимо, сын показался ей менее ценным кадром, нежели любовник. Как только мы намекнули, что хотели бы поговорить с ним о том, как он провел злополучное утро, когда был убит господин Снетков, и, вообще, первую половину дня, как она мигом забыла о сыне и кинулась спасать любовника.

– Да как его имя? Вы это можете нам сказать?

Следователь молчал. Он явно тоже не собирался раскрывать перед подругами свои карты.

И тогда Кира по наитию спросила:

– А это не Валерий ли Снетков, случайно? Младший брат жертвы?

Ответом ей было недовольное кряканье.

А затем следователь пробормотал:

– И как это вы всюду умудряетесь быть на пару шагов впереди меня? Откуда вы про Снеткова-то узнали?

«Ох», – сказала бы ему Кира, да только рядом маячил Андрей с умоляющим выражением лица.

– Пашка! – шептали его губы. – Не погубите сына!

Но следователь не видел этой беззвучной пантомимы, поэтому воспринял молчание Киры по-своему – как нежелание сотрудничать – и холодно сказал:

– В общем, теперь мы вынуждены заняться личностью сына задержанного, так как алиби у него отсутствует.

– А… ну, займитесь, конечно, если должны.

– Но Юры нигде нет!

Однако Киру больше озаботил другой вопрос:

– Скажите, а вот вы сейчас со мной разговариваете, а там рядом случайно этого Снеткова нет?

– Я еще не сошел с ума, чтобы вести беседы о поисках одного подозреваемого в присутствии другого. Господин Снетков нами сегодня был допрошен на предмет алиби, но после того как госпожа Снежана ценой собственной репутации подтвердила его алиби, он был отпущен восвояси.

– Зря вы его отпустили.

Отпущенный Снетков использовал полученную свободу отнюдь не для добрых дел – он пытался убить подруг.