Перстень Александра Пушкина - Анна Князева

– Сам Пархатский куда-нибудь отлучался? – спросил Филиппов.

– Бывало такое. В бронированном автомобиле из подземного гаража – сразу в аэропорт. Там – на свой самолет. Так же – обратно.

– Ты, конечно, был в числе самых доверенных?

Трифонов безразлично пожал плечами.

– Это не помешает ему достать меня за решеткой.

– Мы договорились, – напомнил Дуло. – Обещаю, если дашь на него показания, мы арестуем Пархатского.

– Руки коротки, – сказал Трифонов.

– Руки какие надо! – одернул его Филиппов. – Это он приказал взорвать бомбу?

Трифонов опустил голову, потом чуть заметно кивнул.

– Он. Костя сделал, я доставил в вагон. Там поменял чемоданы. Все, как планировали.

– Кого хотели взорвать? – спросил Иван Макарович.

Трифонов кивнул на Сергея:

– Его.

– Зачем?

– Ему предлагали передать дело другому, подконтрольному следователю. Он отказался. И денег не взял.

– Что значит, подконтрольному?

– Купленному.

– И много у вас таких? – осведомился Сергей Дуло.

– Есть…

Филиппов обратился к Сергею:

– К этому вопросу вернемся. Разговор отдельный. Пусть лучше расскажет, почему не отменили взрыв после того, как ты не поехал в Питер.

Трифонов сказал:

– Потому что он поехал бы за телом жены. Кто ж знал, что не срастется?

Дуло едва сдержал себя, чтобы не двинуть Трифонова по физиономии.

– Теперь про девушек, – произнес он.

– Проституток? – Трифонов усмехнулся. – Иногда, по вечерам, Глеб просил привезти ему проститутку. Скучал, видать, без женского тела… Мы с ребятами-охранниками по Интернету их выбирали. Пархатский любит худых. Таких и возили. Назначим встречу где-нибудь возле кафешки, посадим в такси…

– И девушек не смущало, что вас несколько мужиков? – Иван Макарович покачал головой.

– Почему несколько? Всегда был один. Васильев или еще кто-нибудь. Вывезет за город, у какого-нибудь дома отпустит такси, а тут я на «Мерседесе». Короче, двух или трех ему привезли – все прошло гладко. Денег на такси дали – и до свидания. Пока не попалась одна…

– Ну, – поторопил Дуло. – Рассказывай.

– Короче, узнала она Глебушку. Он ее вызывал к себе еще до своей «смерти». После первой пластической операции он незначительно изменился. Нос чуть-чуть покороче, немного глаза… Узнать было можно.

– Узнала его девушка, и что дальше?

– Глеб приказал убить ее и где-нибудь выбросить. Так мы и сделали. С нее все началось. Потом убивали всех, кто к нему приезжал.

– Сколько их было?

– Три. По самой первой погибшей был один свидетель. Ты с ним говорил, и он тебе дал информацию, на которую ты, возможно, не обратил никакого внимания. Но сам Пархатский был абсолютно уверен: если не убрать тебя с дела, рано или поздно ты до него доберешься. Решение по твоему устранению было принято еще до того, как появился второй труп.

Сергей усмехнулся:

– Как узнали, что последняя девушка, Вика Любимова, сделала сэлфи?

– В ванной установлена камера наблюдения. Охранник прошляпил. Заметил только, когда она уже фотографию отослала. Ну а как заметил, поднял тревогу. Телефон у нее забрали, отдали айтишникам. Те начали проверять. Нашли ее профиль в социальных сетях, уничтожили. Потом определили номер подруги, нашли адрес…

В дверь громко постучали.

– Кто там? – недовольно спросил Дуло.

В комнату заглянул Петя Сикорский.

– Сергей Васильевич, вы мне нужны.

– Что-то срочное?

– Нет. – Петя улыбнулся и перевел взгляд на Трифонова. – Рабочий вопрос.

– Рабочий подождет.

– Зайду позже, – согласился Сикорский и вышел.

– На чем мы остановились? – Дуло потер висок. – Ах да! Нашли адрес Карягиной! Кто пошел ее убивать?

Трифонов опустил глаза.

– Этого я не могу сказать.

– Не можешь или не знаешь? – спросил Филиппов.

– Не знаю.

– Сдается мне, все ты знаешь, только сказать боишься.

Трифонов помотал головой и, глядя в пол, произнес:

– Правда, не знаю.

В дверь снова постучали. На этот раз пришла Курочка.

– Сергей Васильевич, можно вас?

– По рабочему вопросу? – спросил он.

– По рабочему.

– Позже, – сказал Сергей и отвернулся.

– По очень-очень рабочему! – с нажимом повторила Нина Витальевна, и Дуло вышел за дверь.

Оглядевшись, Курочка прошептала:

– Мне сейчас принесли детализацию счета…

– Какого?

– Не какого, а чьего, – уточнила она. – Это расшифровка, куда тратились и уходили деньги Трифонова.

– И что?

– Там есть несколько отправлений…

– Больших?

– Мне – лет десять работать.

– Ну? – Сергею хотелось поскорее вернуться к допросу.

– Я позвонила подруге, не буду говорить, где она работает. Продиктовала номер счета, и она сказала мне имя его хозяина.

– Кто? – жестко спросил Дуло.

Курочка огляделась, потом прошептала:

– Петя Сикорский…

Он опустил глаза, сунул руки в карманы и одновременно с тем, как начали ходить желваки на его скулах, стал перекатываться с пятки на носок и обратно.

– Что будем делать? – спросила Нина Витальевна.

– Иди к нему и, как ни в чем не бывало, скажи, что я освободился и жду его в комнате для допросов. Пусть придет минут через десять. Не раньше.

– Сделаю, – прошептала она и стремглав унеслась прочь.

Сергей вернулся в кабинет и присоединился к Трифонову и Филиппову.

– Продолжим.

– Я тут без тебя выяснил кое-какие подробности относительно организации и исполнения взрыва, – сказал Филиппов. – Если хочешь, можно все повторить.

– Не сейчас. – Дуло взглянул на дверь.

Как раз в этот момент в нее постучали, и в комнату вошел Петя Сикорский.

– Вызывали, Сергей Васильевич?

– Да, Петя. У нас перерыв. Что там у тебя?

– Нужно подписать документы. – Сикорский протянул пару листов и ручку.

Дуло уселся за стол.

– Сначала прочитаю.

– Пожалуйста-пожалуйста. – Петя встал за спиной Трифонова, и у того беспокойно забегали глаза.