Одноклассники - Хельга Графф

Сама я больше всего боюсь даже не своего ухода, а ухода самых близких мне людей. При мысли о том, что уже никогда в жизни не смогу с ними встретиться, поговорить, сказать им, как они мне дороги и как люблю их, мне становится просто до ужаса страшно и я не могу себе представить, если это вдруг произойдет, как смогу пережить эту боль. Молюсь только об одном, чтобы этого не случилось как можно дольше, хотя время, к сожалению, остановить невозможно.

Фима поддерживал меня, как мог. Он звонил, писал фактически ежедневно, приезжал ко мне два-три раза в месяц и всегда оказывал финансовую помощь, хотя я в ней не нуждалась, но была благодарна ему за такое внимание и содействие. Алексею на его письмо не ответила, и он тоже больше на связь не выходил.

…Мужа не стало через полгода. Моя первая большая потеря… Никогда не думала, что будет настолько тяжело. Еще целый год я не могла прийти в себя и обрести душевное равновесие. Его незримое присутствие чувствовала везде. Левина душа, как будто не в силах расстаться со мной, обитала рядом, оберегая меня от любых жизненных неприятностей. Тоска по нему была великая, ведь вместе мы прошли самые сложные этапы нашей жизни: огонь, воду и медные трубы, а чувство чудовищной вины перед ним за мою тайную от него личную жизнь – еще больше. Я просила у него прощения за то, что, кроме него, в моей жизни были мужчины.

Чтобы хоть немного заглушить эту боль, мне даже пришлось обратиться к медиуму, который, проведя определенные ритуалы, внес наконец относительное спокойствие в мою душу и сердце. А я дала себе обещание, что, если мы соединимся с Фимой, никогда в моей жизни больше не будет других мужчин, и не сомневалась, что слово свое сдержу.

Постепенно жизнь моя стала налаживаться. Душевная боль и тоска по мужу стали затихать. Если бы не поддержка Фимы, даже не знаю, как бы всё это пережила. Алексей ничего не знал о переменах в моей жизни, так как Левины страницы в соцсетях я закрывать не стала. С Ефимом Лешка тоже не общался уже долгое время, но я чувствовала, что рано или поздно он появится на горизонте.

На смену Леве пришла моя внучка – новая жизнь и наша всеобщая радость. Надо же, дожила до внуков! Было радостно и грустно одновременно. В очередной приезд после ужина (а в последнее время Фима всегда останавливался в моем доме) он обнял меня и сказал:

– Олечка, родная моя, выходи за меня замуж, – затем вынул из кармана бархатную коробочку, щелкнул замочком, и перед моим взором предстали два изумительных обручальных кольца прекрасной работы. Внутри витиеватая гравировка «Вместе навсегда».

От переизбытка чувств я заплакала. Шаг за шагом мы шли друг к другу и наконец встретились. Об этом мечтали почти с самой первой нашей встречи, и вот долгожданное событие уже стояло на пороге нашей жизни. Конечно же, я сказала «да», потому что роднее и ближе мужчины для меня теперь не было. Я любила его по-настоящему, каждой клеточкой своей души, ежедневно благодаря бога, что наши пути пересеклись. Свадьбу решили провести скромно, в кругу самых близких немногочисленных родных и друзей, а затем дней на десять рвануть в Париж – наверное, самый романтичный город на Земле. Обожаю Париж! Это что-то особенное и неповторимое!

Я не стала заниматься ерундой в своем почти пенсионном возрасте и наряжаться в наряд невесты (белое подвенечное платье с фатой, как это делают некоторые наши престарелые тетеньки). Боже, как же это нелепо выглядит, когда белое платье – символ чистоты и невинности – сидит на бабушке лет семидесяти, раз пять побывавшей замужем, имеющей детей, внуков, а иногда и правнуков, или «девушке» на сносях. Несмотря на то, что выглядела я молодо, не хотела быть посмешищем в глазах друзей и знакомых, поэтому остановила свой выбор на красивом ажурном костюме нежно-бежевого оттенка. Фима выбрал экипировку в тон моему наряду.

До назначенной даты бракосочетания мы побывали у моих родителей в Петербурге. Фима попросил у них моей руки и нашел с их стороны полное взаимопонимание. Впервые в жизни мои старички одобрили выбор великовозрастной дочери и были счастливы, что моя личная жизнь, хотя бы и на шестом десятке, начинает налаживаться. Несмотря на почтенный возраст, обещали приехать на свадьбу. Торжество решили отмечать у Фимы. С его стороны друзей все-таки больше, а с моей – только родители и Элька с мужем (они оставили свою шестимесячную доченьку на несколько дней у своей немецкой родни).