Имитация - Нора Робертс

Отступив назад, Ева принялась рассматривать полученную картину.

Из всех игроков Сима и Фелисити произвели на нее впечатление самых наивных и ранимых, хотя Сима все-таки чуть поопытней. С другой стороны, мало кто из тех, кому перевалило за четыре года, может сравняться в наивности с подружкой Копли.

Но Еву сейчас заинтриговало другое. Интересно, что Зиглер и Копли – жертва и потенциальный убийца – оба отдавали предпочтение наивным и доверчивым. Копли сам оплачивал расходы на жилье (точнее, его жена, не подозревая о том, оплачивает его сторонние расходы). Зиглер использовал потребность Симы в пылком любовнике, так что большая часть расходов лежала на ее плечах.

Но оба они манипулировали женщинами, чтобы получить желаемое.

Зиглер даже превратил это в привычку, размышляла Ева, в задумчивости шагая по комнате.

А как насчет Копли?

Пожалуй, стоит еще разок присмотреться к его финансам. Но на это у нее сейчас просто нет времени.

А вот на документы Зиглера грех не взглянуть.

Вызвав на экран таблицу доходов, она принялась выискивать инициалы Копли.

Выделив их, Ева перенесла в досье точные суммы и даты поступления.

Суммы весьма разнообразные, но последовательность выплат приходится лишь на последние шесть недель, что совпадает с появлением нового замка на рабочем шкафчике жертвы.

Ева еще раз проверила суммы, поступавшие от лиц с инициалами НК (Наташа Квигли), МК (Мартелла Квигли) и КР (Кира Роббинс). Все они соответствуют заявлениям этих женщин. Эти данные она тоже перенесла в досье.

На самом деле документ Зиглера пестрел всевозможными инициалами и соответствующими доходами. Часть этих сумм вымогалась с помощью шантажа, другую часть ему добровольно выплачивали за сексуальные услуги.

Секс и деньги – два главных мотива для убийства. Причем и тот и другой без труда можно было приписать Копли. Добавим сюда страх разоблачения, подумала Ева. Для Копли это означало развод и потерю денег.

Но стала бы Наташа подавать на развод?

Сама она утверждает, что пытается всеми силами спасти свой брак. Квигли буквально умоляла Еву не рассказывать мужу о ее связи с Зиглером.

Желая освежить память, Ева стала перечитывать свои записи.

Узнай муж о ее сексуальных отношениях с тренером, говорила Наташа, и их брак уже не спасти. Копли точно подаст на развод.

Но что, если ей стало известно о подружке мужа? Она вполне могла использовать это знание, чтобы принудить его к возвращению в лоно семьи. В противном случае ему грозил развод, связанный с утратой денег, особняка и статуса в обществе.

Итак, Наташа выдвигает Копли ультиматум. Тот решает, что Зиглер ведет с ним двойную игру, и убивает его. Убивает в пылу гнева, после чего пишет свою записку. С Рождеством, ублюдок.

После этого спешит домой на вечеринку и заявляет жене, что расстался со своей пассией. Предлагает Наташе совместное путешествие, призванное укрепить их брак. В свою очередь, Фелисити он заявляет, что срочные дела вынуждают его уехать из города.

Копли понимает, что должен расстаться с Фелисити. Или убедить жену, что расстался. Теперь, когда Зиглера нет в живых, Копли проще сохранить привычное для него положение дел. При условии, конечно, что ему удастся сыграть роль кающегося мужа.

Пора еще разок поговорить с Квигли, решила Ева. Обронить невзначай имя Фелисити и посмотреть на реакцию. Браку этой парочки наверняка придет конец, но он и без того построен на лжи и предательстве. А у нее появится шанс поймать убийцу.

«Но не сейчас, черт возьми. Не сейчас».

Взглянув на часы, Ева выключила компьютер и поспешила к двери.

В следующее мгновение она вновь кинулась к столу, на ходу снимая с себя оружие. Сунув его в ящик, она щелкнула замком, после чего для надежности заперла и дверь кабинета. Путь ее лежал в сторону главного зала, откуда уже доносилась музыка.

* * *

Это и правда война. Такая же шумная, лихорадочная и хаотичная, как настоящая.

Кто-то выкрикивал приказы, кто-то отдавал распоряжения, в то время как простые солдаты тянули, тащили и устанавливали. Некоторые взгромоздились на лестницы, от одного вида которых у Евы закружилась голова.

По огромному залу кружили люди всех форм, цветов и размеров. Они сновали с террасы и на террасу, где столпотворение было еще сильнее.

В каждом углу стояло по елке. Часть из них уже успели нарядить, тогда как остальные только украшали гирляндами, золотыми бусами, алыми ягодами и сосульками из кристаллов. Под одним деревом высилась гора подарков: алые коробочки, перевязанные золотистыми лентами, и золотые коробочки с алыми бантами. Сложено все с предельной аккуратностью, вроде ящиков со взрывчаткой.

В глаза Еве бросились целые мили крохотных белых огоньков, акры зеленых растений, бессчетное количество елочных игрушек и горы кристаллов, способные своим блеском посрамить солнце.

У нее возникло нестерпимое желание сбежать. Лучше вытерпеть праведный гнев Саммерсета, чем погибнуть в этой неразберихе.

Она даже сделала робкий шаг назад.

– Миссис Рорк!

Сквозь толпу к ней устремилась женщина с планшетом. Из хаотичной прически ее торчало нечто, похожее на два обломка копья.

«Держись, – приказала себе Ева. – Отступать уже стыдно».

– Даллас. Лейтенант Даллас.

– Да-да, конечно. Простите, я немного не в себе от этой суеты. Ха. Ха. Ха.

Она так и рассмеялась – с тремя отчетливыми «ха».

– Мы уже работали с вами раньше, – она наградила Еву мощным рукопожатием. – Я – Омега.

– Это что, имя?

– Ха-ха-ха. Разумеется. Я – ведущий дизайнер. У нас с вами не было возможности обговорить все заранее, но Рорк успел одобрить мой план.

– Чудесно.

– На месте, конечно, возникают разные нестыковки, особенно в тех случаях, когда приходится координировать свои действия с другими поставщиками. И хотя наш главный флорист проделала замечательную работу…

Повернувшись, она бросила взгляд в сторону женщины, которая подавала знаки рабочим, тащившим гигантскую золотую вазу с алыми и белыми цветами. Взгляд этот был далек от восхищения.

– Замечательную работу, – продолжила Омега. – Тем не менее нам надо кое-что подкорректировать.

– Прекрасно.

– Я просто хотела обговорить с вами парочку вопросов. Все мы, конечно же, хотим превратить сегодняшний прием в нечто по-настоящему феерическое.

– Прекрасно, – Ева внутренне напряглась, готовясь отвечать на ее вопросы, – я слушаю.

* * *

Уже через десять минут пришлось признать, что Рорк был прав, когда советовал ей оставить оружие у себя в кабинете.