Пропавшие - Эдвин Хилл

Вскоре Эстер уже стояла на пирсе, к которому причалил и привязывал лодку Воун. Минди носилась по настилу, перепрыгивая с палубы на пирс и обратно.

– Если съедите скон, вас не стошнит? – спросила Эстер, протягивая Воуну белый пакетик. – Или у вас еще похмелье после вчерашнего?

Воун со стоном прикрыл лицо ладонью.

– Разрешите подняться на борт? – спросила Эстер.

– Добро, – ответил Воун, насмешливо отдавая честь. – Прошу прощения за все, что бы я ни наговорил. По ходу дела, вчерашние дурные вести сказались на мне тяжелее, чем я думал.

Или же эти плохие новости не принесли ему желаемого.

– Хороший денек для морской прогулки? – спросила Эстер.

– Норму выполнил, лучше не бывает.

Эстер подозвала собаку, почесала ей уши, и она вжалась ей в бедро всем телом.

– Слышал, вчера объявился ваш муженек, – сказал Воун. – Примчался на катере с Крисом Эбботом.

– Тут у вас посрать нельзя втайне, все сразу узнают, – пожаловалась Эстер.

Воун поднял бровь, но не ответил. Эстер прошлась по палубе к противоположному борту и посмотрела на воду: вчерашние штормовые волнения прошли, и серая поверхность была спокойна, как озерная гладь.

– Морган уехал в Портленд. Вы ведь там жили, да? Дафну знали? Ну, Энни.

– Я ее только позавчера первый раз встретил.

– И как она в море?

– Командам подчинялась, – сказал Воун. – От помощника большего и ждать не надо. Теперь вот выяснилось, что она многое скрывала. Сразу видно, в этом деле она дока. Энни говорила, что выросла в Бостоне. Это, надо думать, правда?

Минди лизнула Эстер руку.

– Это – правда, – сказала Эстер. – Я за нее переживала. Очень переживала.

– Я бы тоже переживал, – сказал Воун, который первым на этом острове подтвердил опасения Эстер.

– В Портленде у вас осталась жена? Дафна ее не знала?

– Софи с вашей подругой точно не пересекались, – заверил Эстер Воун. – Софи даже не знает, что такие люди, как Энни, существуют. Но как бы там ни было, вот моя история: я женился сразу после колледжа. У моей жены уйма денег, и ей надоело жить с ловцом омаров, а меня достало поддерживать разговоры про ценные бумаги в яхт-клубе. Вот так, все просто. В конце концов Софи захотела, чтобы я выполнил все пункты брачного контракта, который ее папаня составил, еще когда мы были без ума от любви друг к другу. Я был только рад подчиниться. Правда, к тому времени у меня уже не хватало денег на юриста, на чем нашего брата и ловят. Теперь Софи любезно сдает мне эту лодку в аренду. Однако если ваш парень станет там задавать вопросы, то меня ждет геморрой. – Он помолчал. – Вы с Лидией сегодня уже говорили?

– Только что. Наконец она вернулась.

– Не знаете, где она пропадала?

Выходит, не с Воуном.

– Я не спрашивала, – призналась Эстер.

Воун стянул с рук желтые перчатки. Бросил их на палубу и на шаг приблизился к Эстер.

– Я тут свое расследование провел, – сказал он. – Вы любите лезть не в свое дело. Ищете неприятности на свою голову. Берегитесь. Смотрите, не вляпайтесь еще во что-нибудь.

– Не люблю, когда мне угрожают.

– Я вам не угрожаю. Просто говорю: будьте осторожны, раз уж шатаетесь по острову и вынюхиваете. Вдруг вам не тот человек встретится?

– Спасибо за предупреждение.

Она перепрыгнула с палубы на причал, а поднимаясь по рампе, спиной ощущала на себе недовольный взгляд Воуна. Эстер проверила, ловит ли телефон, и написала Анджеле Уайт про Софи Робертс. Первые два раза сообщение отправить не удалось, зато ближе к универмагу оно все-таки ушло адресату.

Вскоре и Воун покинул борт лодки и направился в лес. Эстер не удержалась. Пошла за ним следом.

Когда дело доходило до поисков пропавших людей, от Моргана толку было ноль. В отличие от Эстер, его бесстрашной возлюбленной, он либо задавал не те вопросы, либо не задавал их вообще, боясь заговорить с незнакомцем. Там, где Эстер бросалась в омут с головой, пробуя и снимая слои покровов с тайны, Морган ретировался, считая, что лучше не лезть не в свое дело. Приехав в Портленд, они с Кейт успели перекусить картошкой фри, жаренной в утином жире, и заесть это дело мороженым. Купили оливковое масло, обсудили, хотелось бы им жить на острове (Кейт была за, Морган против), и вот теперь стояли в очереди к кассе магазина пончиков, так и не спросив ни у кого про Дафну.

– Только тете Эстер не говори, – попросил Морган Кейт.

– Только тете Эстей не говойи, – передала она наказ Вафле. – Дяде Мойгану не говойи.

– Уж больно ты умная, – заметил Морган.

– Мамоська пинимала окси? – спросила Кейт; слова скользнули с языка гладко, как каменный «блинчик» по воде. – Мама Итана по ноздье гоняет.

– Где ты это услышала? – спросил Морган.

– Мне Оливей сказал. А сто такое «по ноздье гоняет»?

– Гонять по ноздре – это как сморкаться, – пояснил Морган, глядя, как Кейт пытается уложить новое знание в голове.

– А окси это сто? – почти сразу же спросила она.

– Таблетки.

– Мама Итана смойкается таблетками?

Кейт расхохоталась, вообразив, наверное, эту картину, а Морган испытывал муки выбора, не зная, что сказать: пойти по пути наименьшего сопротивления – и пусть Кейт верит в то, что сама придумала, или поправить ее и страдать от последствий? Но что бы он ей ни сказал, Кейт завтра вернется наконец в садик – пойдет туда впервые за несколько недель, – и разболтает остальным ребятишкам про то, что такое «гонять по ноздре». Из затруднительного положения его выручила Анджела Уайт. Она остановила рядом свой песочного цвета минивэн и велела:

– Забирайтесь внутрь. Детское автокресло сзади.

Как только они тронулись, Морган признался, что не продвинулся в своих поисках.

– Не важно, – ответила Анджела. – Выкладывай, что знаешь. Все выкладывай.

Возможно, дело было в том, что Анджела коп и что она была добра, оставшись с Морганом, которого тогда едва знала, в самый его нелегкий час, но отчего-то Моргану сразу захотелось излить ей душу. Он рассказал, как, злой, вчера ехал к океану посреди ночи. Рассказал, как готовился встретиться наконец с сестрой и ждал, что она будет зла на него, а он спросил бы, где ее носило, а она велела бы ему не совать нос не в свое дело, и все бы стало снова как в детстве, когда они ссорились по любому поводу, но при этом дома и в школе стояли друг за дружку горой против всего мира.

– Как дела-то? – спросила Анджела. – Понятно, что наша девочка Эстер облажалась по полной программе, но ты-то сам как?

Еще никто – с тех пор как пропала Дафна, как прошлой зимой похитили Эстер, – не задавал Моргану этого вопроса.