Призрак пера - Аличе Бассо

– А Фруттеро и Лучентини?^[40] Как же Фруттеро и Лучентини? – эхом откликаюсь я.

Энрико стонет, уже доведенный до крайности, и мы решаем, что, пожалуй, хватит.

– Так или иначе, вернемся к нашему делу, – приходит в себя Берганца с тихим вздохом, будто ему приходится отказаться от прекрасной речи в защиту литературы, потому что Энрико все равно не смог бы ее оценить. – Госпожа Сарка вытащила из шляпы лингвистические повторы, прямо как в детективе, и указала нам верный путь. Превосходная работа. Гениальная и действительно неоценимая идея. – Не хватает только записи аплодисментов на заднем плане.

На этих словах не только Энрико уже готов взорваться гейзером желчи, но и Риккардо нервно отворачивается к окну, чтобы исключить меня из своего поля зрения. С улицы, наверное, кто-то может и испугаться, заметив в окне особняка совершенно зеленое лицо. Берганца может быть доволен, и я тоже.

– Да, но я не понимаю… Я указала вам путь, а что дальше? Почему вы искали меня, чтобы сказать об этом, а не бросились выкуривать из норы владельца компьютера с тем IP?

– Я искал вас, не чтобы сказать об этом, – возражает Берганца. – Я искал вас потому, что сейчас вы едете со мной.

– Что?! – восклицает Энрико. – Вы хотите притащить к преступнику гражданское лицо? – Он будто хочет защитить меня от комиссара – так могло бы показаться, если бы он только что не угрожал мне и не уволил.

Риккардо же не просто так резко обернулся, пронзая моего бывшего начальника злым взглядом – бедный Энрико, это уже второй меньше чем за минуту.

– Так вы поедете? – спрашивает меня Берганца.

Я мысленно все взвешиваю.

– Даже не знаю, теперь я безработная, и у меня в самом деле куча свободного времени. Если подумать, вместо того, чтобы наблюдать за строителями на стройплощадке… Но скажите, это опять ради того балагана из серии «залезть в голову преступника»? – иронизирую я. Хотя на самом деле я не так и против, учитывая, каким успехом закончился прошлый раз.

– Нет, в этот раз все серьезно, – фыркает комиссар. – Дело в том, что вы вдоль и поперек знаете книги Бьянки, ее… как вы это называете? Ее посыл, метод общения с последователями и так далее. Мои люди – нет. И если сегодня мне предстоит с пристрастием допрашивать похитителя, чтобы он признался, куда засунул жертву, именно такие навыки мне и нужны. Вы единственная из тех, кого я знаю, кто сможет определить, на какие точки давить. Знаю, что это риск, и, конечно же, насколько это в моих силах, предлагаю вам свою защиту, но вы должны понимать, что даже я не представляю, где мы окажемся, и вряд ли место будет похоже на Диснейленд. Но, разумеется, если вы согласитесь, я найду способ обеспечить вам компенсацию и маленькую премию от полиции Италии. Не могу обещать большую сумму, но… – Он фыркает снова, в этот раз громче. Похоже, запас дипломатии израсходован. – Послушайте, давайте вы просто решите, и все, потому что я вообще-то спешу.

– Синьор Фуски тоже знаком с книгами Бьянки, возьмите его с собой, – щебечу я, наблюдая, как бледнеет Энрико. – Ах. Шучу. Конечно же, еду. – Тут я поворачиваюсь к Энрико и Риккардо: – Господа, с удовольствием задержалась бы еще, обсудить, кто из нас глубже оказался в плодородном гумусе, но, как видите, долг зовет. Было очень приятно, до нескорой встречи. – И иду к Берганце, который уже почти вышел в коридор. Но до этого успеваю, дотянувшись, схватить «ХХ Поколение» со стола Энрико. – А далеко ехать до дома похитителя, комиссар? Если путь предстоит долгий и скучный, можем почитать журналы.

За рулем сидит некий Маккьо, второй полицейский, которого я видела в тот вечер с сюрпризом в Квиксэнде: коренастый, волосатый и серьезный – отчасти из-за явного благоговения, которое испытывает перед комиссаром. Я никогда прежде не оказывалась в полицейской машине. Что ж, правдоподобно. Сиденья потертые и, по какой-то слишком непонятной причине, воняют мокрой псиной.

– Ситуация такая, – просвещает меня тем временем Берганца, пристегивая ремень безопасности. – IP указало нам на квартиру Джероламо Ла Манты: сорок семь лет, безработный, последнее известное место службы – преподаватель в частной средней школе Санта-Тереза-дель-Бамбин-Джезу-ди-Джавено, в тридцати километрах к западу от Турина и в четырех – от дома синьоры Кантавиллы. Судя по всему, живет один, у нас есть номер его машины, «Фиат Пунто» 2009 года, но не хватает данных экономического характера: есть ли у него непогашенные кредиты, долги, ипотека, платит ли он пунктуально или с задержкой, в таком плане. Мы даже не знаем, сколько у него сбережений, сколько ему платили на прежнем месте, получал ли он наследство – ничего. И очень жаль, потому что именно такая информация говорит многое о мотивах человека, к которому мы едем. С другой стороны, мы не можем просто сидеть и ждать, зная, что он насильно удерживает у себя женщину.

Будто приняв это на свой счет, Маккьо сильнее нажимает на газ.

– Дом находится в Коацце, не знаю, слышали ли вы: городишко в сорока километрах от Турина, прямо над Джавено, ближе к горе. Дома в тех краях стоят либо дешево из-за неудобного расположения по отношению к городу, снегу и всему прочему, либо весьма изрядно, потому что там устраивают загородные виллы или пансионаты для состоятельных туринцев, среднего не дано. Поэтому даже эта информация ничего о нашем подозреваемом не говорит. Но, думаю, мы в любом случае поймем его социальное окружение, когда приедем.

Я слушаю только краем уха, потому что увлеченно копаюсь в интернете.

Берганца недовольно вздыхает.

– Вы меня поняли? Если соглашаетесь помочь, то должны быть в курсе, с чем предстоит работать.

– Я в курсе, – откликаюсь я, продолжая листать странички в смартфоне.

Комиссар замолкает, потом хмыкает.

– Молодежь, – ворчит он. – Когда нужно им позвонить – так телефон выключен, а в самый неподходящий момент из рук его выпустить не могут.

Ему прекрасно подошла бы шляпа, которую он мог бы надвинуть на глаза.

Глава 23. Хуже места для заложника и не придумаешь

– Вот, – говорит Маккьо.

Это третий или четвертый слог, который он произнес с начала путешествия. Нельзя сказать, что у нас получился какой-то диалог. Надеюсь, во время мероприятия, которое нам предстоит, понимать друг друга на лету не придется.

Он указывает на небольшое здание и едет дальше, только через два дома припарковавшись в непросматриваемом месте.

Домик любопытный. То есть безликий, и именно поэтому определенно любопытный. Четырехэтажное здание примерно семидесятых годов, в облезлой штукатурке, между дверью и калиткой – полоска садика с двумя молоденькими деревцами. Бо́льшая часть окон открыта – знак того, что здесь живут постоянно. Дом находится на главной улице Коацце, и движение здесь вполне оживленное. Хотя в большинстве своем это гуляющие пожилые люди, что вызывает забавное ощущение, будто смотришь видео нормальной прогулки, но в замедленном действии. Две дамы с завитыми прическами нежно-голубого оттенка с любопытством наблюдают за нашей машиной, воспользовавшись случаем остановиться и перевести дух, потому что улица слегка под наклоном, а они идут в горку.