Молочная даль - Александр Малов

асфальтированной дорожкой и стойлами виднелся желоб, куда должен был сгребаться весь навоз, оставленный после животных. По началу показалось, что желоб был заполнен не полностью, а падающая тень, создавала ощущение, будто он заполнен некой темной жидкостью. Но приглядевшись получше, вдовец вдруг резко вдохнул в себя как можно больше воздуха и испугавшись задержал дыхание, пытаясь убедить себя, что-то, что он видит, не более, чем плод его воображения. Однако спустя некоторое время он понял, что все было именно тем, чем оно было в действительности.

Желоб до краев был заполнен кровью.

Постепенно кровавя жидкость начала понемногу выливаться из желоба. Она была черная и густая. К горлу Михаила подступил ком тошноты. Сердце, казалось, вырвется из груди. Он ощутил, как по нему струится холодный пот, хотя сейчас вдовец существовал вне своего тела. Михаилу казалось, что его сейчас снова вырвет, и должно быть, если бы он находился в своем собственном теле, все случилось именно так. Но оболочка продолжала смотреть на эту алую жидкость с абсолютным спокойствием, как смотрел бы ребенок на стакан, наполненный свежевыжатым апельсиновым соком. Словно имея дело с кровью каждый божий день, оболочка даже не пыталась отвести свой взгляд от этой мерзкой картины.

И тут внезапно раздался звук.

4

Михаил был готов поклясться, что от этого звука у него душа ушла в пятки. Сам звук напоминал нечто похожее на работающую строительную дрель. Звук исчез так же быстро, как и возник, однако это испугало его еще больше. Источник нарастающего страха раздался где-то позади, и не имея возможности контролировать тело, в которое вдовец был заточен, приходилось только догадываться кто или что находилось и издавало этот звук позади него. Внутри оболочки дыхание Михаила учащалось все сильнее и сильнее. Если бы он мог, то заполнял бы эту оболочку воздухом до тех пор, пока та не лопнула с оглушающем хлопком, что позволило бы ему выбраться наружу. Выбраться и помчаться прочь.

Пот лил с лица Михаила градом. По крайней мере ему так казалось, а мысль о том, чтобы резко податься вперед и выбежать из этого кошмарного места все больше привлекала его. Но тело оболочки не сдвинулось с места ни на один шаг. Однако что-то все же пришло в движение. Словно будучи механической, голова начала медленно поворачиваться в сторону пугающих до дрожи звуков. Звуков, заставляющий вдовца кричать.

Звуков, заставляющий медленно сходить с ума.

«Это они – судорожно размышлял Михаил, отдаваясь панике все сильнее – это они пришли за мной. Как за очередным куском мяса, которое можно бить плетью. Или делать что похуже. Гораздо хуже…»

С каждой секундой дрожь овладевала мужчиной все сильнее. Еще немного и он вправду закричит. Закричит, словно маленькая девочка, потерявшая своих маму и папу посреди огромного супермаркета. Внезапно Михаил подумал о Ксюше, ее лейкемии… От нарастающего страха он попытался закрыть свои глаза. Конечно же, в глубине души он понимал, что это ему не поможет. Контроля над телом оболочки он не имел. Ни в одном из своих кошмаров. Ни сейчас, ни после. Никогда.

То, что сейчас Михаил по-настоящему не мог контролировать, так это страх. Он овладевает твоим разумом. Он перебирает каждую частичку души в поисках самых глубоких и устрашающих воспоминаний, которые когда-либо приходилось переживать. Он убивает тебя изнутри и заставляет страдать снова и снова. И снова, и снова. Михаил чувствовал это. Чувствовал, как внутри него что-то умирает. Искалеченный разум успел создать все самый страшные картины всего лишь за несколько секунд, которые понадобились оболочке, чтобы полностью повернуть свою голову назад.

А потом…

Перед мужчиной стоял телец. Не бык и не корова. И даже не теленок. Это было самое настоящее воплощение второго знака зодиака – телец. По началу вдовец не поверил своим глазам, но отрицать этот факт было бессмысленным. Это был телец, почти такой же, что везла в подарок Ирина, его последняя пассажирка, и он никак не походил на устрашающее чудовище. Рот тельца не был переполнен острыми, как лезвие зубами. Копыта не превращались в огромные когти. Не пылала адским огнем и его кожа. Во внешности этого животного не было изъянов, которые говорили бы о том, что под личиной безобидного тельца таится свирепый монстр. Страхи Михаила начали постепенно угасать, но из-за пережитого стресса в глазах начинало двоиться. И все же вдовец ощущал что-то странное.

Для того чтобы до конца убедиться в том, что животное не представляет угрозы, Михаил попытался мысленно привести себя в порядок. Посчитав про себя до десяти, он еще раз взглянул на животное напротив себя. В этот момент оболочка наконец решила, что будет гораздо удобнее, если она повернется в сторону животного всем своим телом.

Первое, что насторожило вдовца была неподвижность животного. Телец выглядел так, будто все его тело разом парализовали. Михаилу приходилось видеть тельцов лишь на картинках и в передачах про астрологию, но даже он понимал, что тельцы так себя вести не должны. Подобно манекену, одинокое животное было обращено своим телом в сторону оболочки. Его неподвижность казалась чем-то невообразимым. Даже хвост, и тот напрочь отказывался болтаться из стороны в сторону. Животное было полностью чем-то поглощено. Оно словно чего-то выжидало. В этот момент Михаил заметил, что сам по себе телец выглядел довольно крупным. Даже слишком крупным, для воображаемого животного. Страх мужчины вновь начал нарастать и потому он не заметил, как оболочка начала медленно отступать.

И тут вдовец впервые взглянул тельцу в глаза. Они казались ему слишком мутными и создавалось ощущение, что животное и вовсе было ослеплено. Теперь, когда Михаил заметил это, животное больше не казалось ему таким уж безобидным. Вдовец вдруг понял, что такое животное вполне способно растоптать тебя в пух и прах, если того потребует ситуация. И в этот самый момент душераздирающий звук, похожий на шум дрели, раздался снова. От неожиданности все «тело» мужчины словно бы перекосило. При этом оболочка сохраняла свое хладнокровие, по крайней мере так казалось со стороны.

Этот звук… Михаил точно знал, что он раздался где-то из глубин странного животного. Точнее из его таинственных недр. Но телец