Форс-мажор - Дмитрий Новоселов

- Не думаю, что эти люди глобально занимаются наркотой, - пояснил полковник. - Скорее всего, это инициатива этого дуба, рядового солдата, но нам это на руку. Такая засветка этим типам ни к чему. В половине пятого я привезу тебе пакетик, передашь амбалу. И сразу свалишь. Я подготовлю ОБНОН и группу захвата. Мы еще поторгуемся!

- Вы с Симохой разговаривали? - спросил я и рассказал полковнику о том, как уделали сегодня утром мою машину.

- Это не Симоха, - уверенно сказал он. - Я с ним говорил. Он, конечно, какой-то план мести вынашивал, но ничего предпринять не успел, а теперь и не рыпнется.

- А кто тогда?

- Да мало ли идиотов! Может этот наркоман. И друга твоего с моста никто не кидал, сам упал по пьяни.

- Хотелось бы верить.

- Я тут с утра поработал, - сменил тему полковник. - Вот посмотри сюда, - он достал два листа бумаги, на каждом из которых было несколько ксерокопий фотографий снятых с паспортов. - Никого не узнаешь?

На фотографиях были запечатлены молодые женщины, примерно одного возраста и одной комплекции. Номера и серии паспортов под фотографиями были предусмотрительно зачеркнуты. На втором листе я узнал Иволгу.

- Вот подружка Игоря, - указал я на нее.

Полковник изменился в лице.

- Это очень плохо, - сказал он поникшим голосом.

- Почему?

- Это жена моего шефа.

Я обалдел.

- Я же их сам и познакомил, придурок, - продолжил он.

- Кого?

- Шефа с женой и Игорешку с Нелькой. Когда они успели снюхаться?

Спарыкин прикурил вторую сигарету от первой.

- Самое интересное, что шеф меня сегодня вызвал и приказал, чтобы я через двадцать дней ехал в Чечню командиром группы. Он там одному полевому командиру крышу кроет, и если это шеф убрал Игоря, то я оттуда живым не вернусь.

Я пристально посмотрел в лицо Спарыкину, но испуга не увидел, скорее - досаду.

- Какой же Игорь все-таки осел! - в сердцах воскликнул он. - Нашел, куда пипку свою пихать! С каждым днем я все больше в нем разочаровываюсь. Да и она не лучше - блядина! Вот так вот, один мудак под старость лет женится на бляди, другой ее выпихает, а из-за этого люди гибнут!

- Может, и не из-за этого, - возразил я. - Я думаю, что все-таки из-за денег.

- Ладно, если так. Чтобы выяснить этот вопрос, у меня есть двадцать дней, - он опять закашлялся. - Что-нибудь еще?

- Я все-таки очень беспокоюсь на счет моих баксов, - робко сказал я.

- Не боись, будешь хорошо себя вести, скоро получишь их обратно.

- А как скоро?

- Давай с нашими делами разберемся.… Да и нет их у меня. Они все еще в райотделе.

- А вы точно их вернете?

- Достал, - он выкинул окурок. - Ты это…. Забудь наш разговор, и про бабу эту забудь. Это в твоих интересах.

- Про какую бабу? - прикинулся я дурачком.

- Во-во. Давай, будь, - он развернулся на каблуках, как при команде «кругом» и отбыл в неизвестном направлении.

На мой сотовый позвонил Тигран. Он просил денег. Как тут быть? Если рассчитаться с армянами, то не хватит денег для братьев Пивоваровых, а если не давать армянам, то строительство заморозится. Может, повесить этот вопрос на Спарыкина? Раз он наша крыша, пусть доказывает армянам, что все будет - тип-топ. Серега наверняка бы что-нибудь придумал. Ощущение краха приобретало новые оттенки. За последние десять дней столько плохих известий, сколько иногда за целый год не наберется.

И вот что интересно, чем больше времени проходит со дня смерти Игоря, тем лучше я о нем думаю, а Спарыкин, наоборот меняет свое мнение в худшую сторону. Я хотел поразмышлять на эту тему, но у меня опять сильно разболелась голова. Если прав бородатый, что в черепе спрятано обыкновенное вычислительное устройство, то в нем явно сели батарейки.

Мной овладела апатия. Я упал на скамейку и тупо смотрел на прохожих, на липы и голубей. В принципе, все эти неприятности временные. Когда- то все это кончится, или так, или эдак. А ведь тоска у меня не от этого, а от одиночества. Мать мне тут не опора, Серега мог бы его скрасить, так он - в больнице. Дурак я, дурак! Только сейчас я понял, что нужно мне было, пока Игореха был жив, приткнуться к нему носом и поскулить по-собачьи. Он бы мне помог. Да поздно все это.

Бабу мне надо. Все жду чего-то, ищу, а найти не могу, или не хочу, или боюсь. Искатель хренов. Запел Стинг. Это была Галя.

- Через два часа у меня последняя лекция заканчивается, - сказала она. - И после этого я свободна. Две пары и лабораторное занятие отменили из-за болезни препода. Ты как?

Если бы она знала, как я обрадовался ее звонку!

- Запросто! - заорал я в трубку. Потом вспомнил про стрелку и предложил перенести встречу на вечер.

Мы договорились, что я заеду к ней домой.

- Если я опоздаю чуток, подожди, - попросил я. - У меня с машиной неполадки. Попробую наладить «десятку», если не успею, примчусь на «москвиче».

Я поехал к своему дому. Марсель уже успел поставить колеса на машину, но фары все еще были разбиты. При дневном свете повреждения выглядели еще ужаснее, и у меня опять испортилось настроение. Минут пятнадцать я ходил вокруг своей тачки, оценивая, во сколько выльется кузовной ремонт. На заднем сидении я заметил фары, лампочки и стекла. Видимо Марсель успел купить запасные части, но из-за нехватки времени перенес монтаж на более поздний час.

Я поднялся в квартиру, съел бутерброд с колбасой, взял запасной ключ от «десятки», переоделся в рабочую одежду и опять спустился на улицу. Поменять фары и поставить стекла - много ума не надо.

Когда приехал Марсель, я уже почти закончил, сидел в салоне, жег бензин и грелся, он был слегка этим обескуражен, видимо, хотел подзаработать, но не сказал ни слова. Минут десять, пока я отогревал руки, он рассказывал анекдоты. Веселый хороший парень. При этом компанейский. У него постоянно звонил телефон. И он всем что-то веселое говорил и ласковое. Мне Марсель всегда нравился.

Когда мы завершили работу, часы показывали без двадцати четыре. Я сел в машину переключать рычаги и нажимать педали, а Марсель проверял работу габаритных огней, стоп-сигналов, сигналов поворота, а так же ближний и дальний свет, стоя на улице.

Дело уже подходило к концу, когда зазвонил его сотовый, который он забыл в салоне на переднем сиденье.

Я взял трубу, и по инерции посмотрел на дисплей. Там высветилась маленькая фотография звонившего и определился номер. И лицо, и номер показались мне знакомыми. Я открыл окно и протянул Марселю телефон. Он почему-то разозлился, грубо буркнул, что перезвонит и велел опять включить габариты.

Все работало. Я заплатил ему триста рублей. На двух машинах мы доехали до стоянки, я припарковал «москвич», после чего Марсель подбросил меня до дома.