Форс-мажор - Дмитрий Новоселов

Я рассмеялся. Возможно, он меня проверяет, возможно, подставляет, а может быть на самом деле круглый дурак, если думает, что такое может сойти с рук.

- Нет.

- Почему?

- Нам бошки открутят. Да и не порядочно это, - объяснил я. - Ты еще молодой. Прояви себя здесь, настанет время, тебе сами предложат долю. Разве твоя должность в этой фирме тебя не устраивает?

- Я запросто могу быть тут директором, - с вызовом сказал он и густо покраснел.

- Я тоже так думаю, - сказал я и поднялся наверх.

Заиграл смартфон, это Оля интересовалась, почему я не заехал за ключами от гаража. У меня начались проблемы с памятью. Совсем забыл о том, что мне нужно развести по точкам воду. Я сказал Ольге, что скоро буду. Аркадий принес мне лист бумаги, на котором в виде таблицы были указаны суммы кредитов, которые мы брали в банке, а так же даты, когда мы их получали и когда отдавали. Пока я изучал документ, на меня набросилась Алла, она что-то тараторила, но я не слушал. Мне пришла в голову одна мысль.

- Послушайте, - обратился я ко всем, когда в зале не осталось посетителей. - Каждый из вас имеет на плечах голову. Каждый из вас кем-то хочет быть.

- Я - космонавтом, - язвительно сказала Вероника.

- Если кто-то из вас считает, что способен на большее, напишите это на бумаге. Может, кто-то думает, что он находится не на своем месте. Подумайте, на каком участке вы можете принести большую пользу. Завтра передадите мне бумажки.

- А зачем это? - спросила Лариса.

- Есть у меня одна идея. Завтра узнаете.

Перед тем, как уйти, я пересказал Аркадию разговор с начальницей торгового отдела и передал список предприятий, на которые нам нужно надавить.

До встречи со Спарыкиным у меня оставалось два часа. Мне нужно было немного поработать на розницу. Работа привычная. Мотайся себе по городу, загрузил - выгрузил, и делов-то. Когда заняты только руки, мозги остаются предоставленными сами себе, в такие минуты думаешь о всяких пустяках, а чаще всего мечтаешь. Не сказать, чтобы мои мечты были какими-то особенными или возвышенными: свой магазинчик, свечной заводик - ничего особенного. Но все-таки приятно, мечты - есть мечты, это - как мороженое, или секс, не оторваться.

Сегодня мне не мечталось.

Я думал об убийце Игоря. Если, например, его убийство - дело рук конкурентов, а самые главные конкуренты у «Дисконта» - «Спецторг», то тогда получается полная нелепица. Зачем им убивать своего же шефа? Если это - темная лошадка, новый игрок на рынке, то за прошедшие дни он бы всяко проявил себя. По крайней мере, залез бы во все конкурсы и Нырко обязательно его идентифицировал.

Если Игоря убили из-за миллиона, который он вытащил из оборота, и предположительно кому-то дал в займы, причем под проценты, иначе, зачем ему этот факт всячески скрывать, то это его хороший знакомый. Всех знакомых я знаю. Или нет? Я подумал, что было бы неплохо сесть с Нелей и написать список из более или менее близких Игорю людей. Глядишь, что-нибудь и наклюнется.

Потом я стал думать о предателе. Почему-то больше всего мне хотелось, чтобы это оказался Аркашка. Я понимал, что Аркадий в настоящий момент - ключевая фигура в офисе, но что поделаешь - антипатия.

На подъезде к первому киоску меня неожиданно осенило на счет пароля. Я решил, что это может быть слово «водка», прижался к обочине и попробовал. Неверно. Попытался вставить - столичная, зубровка и рябина на коньяке. Бесполезно.

Я развез по точкам воду, уже без пятнадцати час подъехал к зданию УБОПа и позвонил Спарыкину.

- Подожди меня в сквере, - сказал он без приветствия. - Через пять минут спущусь.

В сквере под липами стояли скамейки. Их еще не успели отмыть от снежной грязи, но людям уже хотелось насладиться теплом и понежиться на солнышке, поэтому они стелили газеты или разорванные пополам полиэтиленовые пакеты, усаживались помечтать о лете. Я тоже присел на белую картонку, рядом с двумя пацанами. Ребята лет тринадцати разглядывали порнографический журнал. Когда я сел, они ничуть не стушевались, наоборот слегка придвинулись ко мне, как бы приглашая присоединиться. Минуты три я смотрел фотографии и слушал их комментарии.

- Завидую вам, пацаны, - искренне сказал я. - В ваши годы мне приходилось дрочить на журнал «Работница».

Этих слов ребята почему-то застеснялись, наглое выражение с их лиц исчезло, они обиделись и ушли.

Через три минуты появился Спарпыкин. Я встал. Он поздоровался со мной за руку и хотел было что-то сказать, как у него зазвонил сотовый. Около минуты он слушал то, что ему говорили в трубку, а потом начал орать:

- Звонок был через «ноль два»? … Нет, ты не можешь! … Отдай его заявление ОБЭПовцам. Пусть он сначала докажет, что купил этот щит, а если купил, то на какие деньги! … Понял? … Догони!

- Вот ты мне скажи, - обратился он ко мне в возмущении. - Кому нафиг нужен рекламный щит? Украли у коммерсанта рекламный щит, он звонит «ноль два», оттуда звонок переправляют в райотдел милиции, а там мой двоюродный брат дежурит. Я его недавно из района в город перетащил, поставил заместителем начальника. Он молодой еще, ни уха, ни рыла, но сообразил, что висяк на свою шею заработал, начальник по головке не погладит. Что делать в таких случаях не знает, сразу ко мне звонит. Заколебал. По любому пустяку. А тут последнему кретину понятно, что нужно на коммерсанта ОБЭПовцев насылать, они его прижмут, тот и напишет, что щит нашелся, ошибочка вышла. А как иначе? Иначе никак. Если звонок через «ноль два», тут замять не удастся, обязательно бумага должна быть. Или мы нашли, или сам нашелся, или - висяк.

Закончив тираду, он облизал губы, достал сигарету, прикурил и сказал:

- Давай, что принес.

Я достал бумаги и диск:

- Здесь запись стрелки и кроме моего вопроса, вся кредитная история предприятия за прошлый год. Пояснить?

- Разберусь, - остановил меня полковник. - Я уже кое-какие справки навел про твоих братьев, похоже, там фээсбэшники балуются, а это тебе - не менты, они догола раздевают, и еще по голой жопе пинка дают. Против них можно через прокуратуру попробовать действовать. Там у меня связи покруче ихнего будут. Попридержим мы их подставного директора в КПЗ подольше, он и запоет. Какой у нас запас времени?

- Полторы недели.

- За полторы недели решим. Что-то, конечно, заплатим, но уже значительно меньше.

Я огорошил полковника рассказом о том, как мне угрожали по наркотикам и что защищают Пивоваровых и торгуют наркотиками одни и те же люди. Я показал свои снимки на дисплее смартфона и заверил, что они есть на диске.

Факт вымогательства Спарыкина обрадовал:

- Когда, говоришь, они тебе назначили?

- В пять. Около моего подъезда.

- Сколько там грамм было?

- Я не взвешивал. Может быть, сто, сто пятьдесят, - я показал Спарыкину сколько места занял бы пакет, если бы лежал на ладони.