Пассажир из Франкфурта - Агата Кристи

– Потому что потерпел неудачу?

– Никакой неудачи у нас не было. Я работала с ним над этимпроектом… Он отложил его по определенным причинам, но успеха мы добились.Профессор был на верном пути, он разработал и провел массу лабораторныхэкспериментов, и все получилось. – Она вновь обернулась к профессору Шорхэму,стала что-то объяснять ему на пальцах, то и дело касаясь губ, уха и рта, –словом, передала ему некое закодированное послание.

– Я спрашиваю, хочет ли он, чтобы я объяснила вам, какдействует «Бенво».

– Мы очень этого хотим!

– А он хочет знать, откуда вам стало об этом известно.

– Мы узнали об этом от вашего старого друга, профессорШорхэм. Не от адмирала Бланта, он почти ничего не смог вспомнить, но от другогочеловека, с которым вы когда-то об этом говорили. От леди Матильды Клекхитон.

Мисс Ньюман снова повернулась к нему, наблюдая за движениемгуб. Она слегка улыбнулась:

– Ему казалось, что Матильда давным-давно умерла.

– Она еще очень даже жива. Именно она хотела, чтобы мыузнали об этом открытии профессора Шорхэма.

– Профессор Шорхэм вкратце расскажет вам о том, что васинтересует. Хотя он должен вас предупредить, что эти сведения будут для васбесполезны. Все бумаги, формулы, расчеты и доказательства уничтожены. Нопоскольку единственный способ ответить на ваши вопросы – это объяснить смыслпроекта «Бенво», я могу вам довольно внятно объяснить, в чем он заключается. Вызнаете, для чего и зачем нужен газ, который использует полиция для разгонабеснующихся толп, бурных демонстраций и так далее? Он вызывает приступ рыданий,жгучие слезы и воспаление гайморовых пазух.

– И это что-то в том же роде?

– Нет, ни в коем случае, но цель может быть той же самой.Ученым пришло в голову, что можно изменить не только основные человеческиереакции и чувства, но и свойства интеллекта. Можно изменить характер человека.Давно известны свойства афродизиаков: они вызывают сексуальное желание. Естьразные лекарства, газы, операции на железах, и они могут воздействовать наинтеллект, усилить энергию, как после операции на щитовидной железе, ипрофессор Шорхэм хочет вам сказать, что существует возможность и существуетспособ изменить взгляды человека и, соответственно, его реакцию на людей и нажизнь в целом. Он может быть одержим жаждой насилия, быть патологическизлобным, но под влиянием «Бенво» превратится совсем в другого человека. Онстановится – для этого, по-моему, есть только одно слово, которое и заключено вназвании проекта, – благожелательным. Он хочет приносить людям пользу. Онизлучает доброту. Он ужасно боится причинить боль или страдания другим людям.«Бенво» может охватить большую территорию, воздействовать на сотни, тысячилюдей, если его изготовить в достаточно больших количествах и разумнораспределить.

– Как долго он действует? – поинтересовался полковникМанроу. – Сутки или дольше?

– Вы не понимаете, – ответила мисс Ньюман. – Он действуетпостоянно.

– Постоянно? То есть вы изменяете нрав человека, изменяетекакой-то компонент, физический, конечно, компонент его существа, что приводит ккоренному изменению его характера. Так эта перемена необратима? Вы не можетевернуть человека в прежнее состояние?

– Да. Вначале это открытие представляло скорее медицинскийинтерес, но профессор Шорхэм решил, что его можно использовать во время войны,массовых выступлений, мятежей, революций и анархии. Он не думал о нем как очисто научном изобретении. Само по себе это средство не делает человекасчастливым, а лишь порождает в нем огромное желание, чтобы другие былисчастливы. Это ощущение, он говорит, испытывает в своей жизни каждый: страстноежелание сделать кого-то, одного или многих, довольными, счастливыми издоровыми. А поскольку люди способны испытывать и испытывают такое желание,значит, как мы оба думаем, в организме человека существует какой-то компонент,который за это желание «отвечает», и, если однажды «включить» этот компонент,он будет работать всегда.

– Поразительно, – произнес мистер Робинсон скорее задумчиво,чем восторженно. – Поразительно. Надо же, какое открытие… Какое средство можнозапустить в действие, если… Но зачем?

Голова, покоящаяся на спинке кресла, медленно повернулась кмистеру Робинсону. Мисс Ньюман сказала:

– Он говорит, что вы поняли раньше остальных.

– Но ведь это же решает проблему, – сказал Джеймс Клик. –Это то, что нужно! Просто чудесно.

Его лицо выражало восторг.

Мисс Ньюман покачала головой:

– Проект «Бенво» не продается и не дарится. Он закрыт.

– Так вы говорите нам «нет»? – недоверчиво спросил полковникМанроу.

– Да. Профессор Шорхэм говорит «нет». Он решил, что этотпроект против…

Она замолчала и обернулась к человеку в кресле. Он сделалстранные движения головой и рукой и издал несколько гортанных звуков. Подождав,она продолжила:

– Он говорит, что испугался, памятуя об открытиях, которыенаука даровала миру в эпоху ее триумфа. Чудо-лекарства, которые не всегдаоказывались чудотворными; пенициллин, спасавший жизни и уносивший их; пересадкасердец, развеявшая иллюзии… Он жил во времена расщепления атомного ядра,появления нового смертоносного оружия. Он помнит трагедии радиоактивногозаражения, загрязнение природы в результате новых промышленных открытий. Онбоится того, что может натворить наука, если ее использовать в неблаговидныхцелях.

– Но в данном случае это же полезное средство! Оно полезновсем! – вскричал Манроу.

– Так было и с многими другими открытиями, которые всегдаприветствовались как великое благо для человечества, как великое чудо. А потомвыявлялись побочные эффекты и, что еще хуже, выяснялось, что иногда этисредства приносят не пользу, а несчастье. Поэтому он решил отказаться отзавершения проекта. Он говорит… – Она стала читать по губам, а он кивнул в знакодобрения. – «Я удовлетворен проделанной работой, тем, что я совершил этооткрытие. Но я решил не доводить проект до практического использования. Его необходимоуничтожить. Поэтому он уничтожен. Так что мой ответ вам – „нет“. Не существуетблагожелательности, готовой к употреблению. Когда-то она имела шанс появиться,но теперь все формулы, все ноу-хау, мои записи и расчеты необходимых процедурпогибли, превратились в пепел: я уничтожил дитя своего разума».

Роберт Шорхэм с трудом прохрипел:

– Я уничтожил дитя своего разума, и никто в мире не знает,как я пришел к своему открытию. Мне помогал один человек, но он умер оттуберкулеза через год после того, как мы добились успеха. Вам придется уйти нис чем. Я не могу вам помочь.