Обезьяний рефлекс - Михаил Март

— Что ты еще о ней знаешь?

— Пока все. Хочешь узнать больше, работай. Райская живет в «Золотых ключах». Могу написать тебе ее точный адрес. Но если я не ошибаюсь, то мне придется найти другой подход к Некрасову. Под колпак Василисы попадать опасно. Конечно, она будет обо мне знать, но чтобы втиснуться между кандидатками на трон, придется действовать самостоятельно.

— И попасть в немилость к его жене? Она же тебя тут же сметет с дороги.

— А ты на что? Подстрахуешь. Или капитан юстиции не сладит с опереточной примадонной? Ты должна помнить главное: я нужна тебе живой. В моих руках ключи от нашего будущего.

Помолчав, Ольга добавила:

— Пока в моих.

12

На свою конспиративную квартиру Ольга ездила с большой осторожностью. Она не сомневалась в том, что Рита установила за ней наблюдение. Может, и не так, но береженого Бог бережет.

Небольшая однокомнатная каморка в старой хрущевке была завалена папками. Год работы не прошел даром. Самые ценные, по ее мнению, документы скопированы и разложены в нужном порядке. Оставалось лишь правильно ими воспользоваться.

Ольга положила этюдник на стол и достала из него последнюю партию компромата.

В какую-то секунду она застыла, и по телу пробежал холодок. Ольга закрыла глаза, вновь открыла, но ничего не изменилось.

Ксерокса в этюднике не оказалось. Прошла неделя после ее последнего визита в бункер. Возвращаясь в Москву, она оставляла этюдник в ячейке камеры хранения и забирала его по пути в Измайлово. В своей квартире на Полянке Ольга ничего не держала. У Риты были свои ключи, и она приходила к ней, когда заблагорассудится.

Что же делать? Оставить все как есть? Нельзя. Если Некрасов приезжал на дачу в этот отрезок времени, он все понял. Конечно, он понятия не имеет, кто копался в его бумагах, а значит, устроил ловушку возле дома. Возвращаться назад слишком рискованно, но и оставлять ксерокс в подвале, тоже не вариант. Стоит ему узнать, что кто-то прикасался к его бумагам, он перепугается до смерти, и дальнейшие его действия будут непредсказуемыми. Он может удрать из страны, и ищи ветра в поле. Тогда все ее планы летят коту под хвост. Год кропотливой работы, и все впустую.

Ольга решила рискнуть. В саду ее никто не заметит, если поехать поздно вечером. Местность она знает, как свои пять пальцев, и сможет обнаружить внешнюю ловушку. Ей нужно уложиться в пять-семь минут, чтобы забрать ксерокс из подвала. В эти мгновения она не сможет осуществлять контроль за участком. Если ее кто-то поджидает, то она угодит в капкан. Запасных выходов из бункера нет. Одна маленькая, пустяковая промашка может стоить ей жизни.

На место она приехала к одиннадцати вечера. К дому заходила со стороны леса, куда упирался забор. Мертвая тишина. Включать фонарь Ольга не стала. Через низкий штакетник перемахнула в один прыжок и залегла в траве. У страха глаза велики. Кто-то может сидеть в засаде целыми днями и ждать у моря погоды. Вряд ли Некрасов доверит свою тайну охранникам и телохранителям. О таком архиве должен знать только один человек.

Не поднимаясь с земли, Ольга поползла к дому. Подобравшись к окну, она прислушалась. Слабый теплый ветерок шелестел листьями яблонь.

Она встала и приподняла оконную раму. Та легко поддалась. Подтянувшись, девушка змеей проползла в приоткрытую щель и упала на пол.

И опять пауза. Передвигаясь на четвереньках, она добралась до подвала. Только закрыв за собой люк, Ольга включила фонарь. Тут ее осенило. Пробки! Она вкрутила пробки однажды, как только появилась здесь, и больше их не выкручивала, забыв о них. Код железной двери не сработает без питания. Если Некрасов приходил сюда и принес новые папки, те, что она видела в последний раз, то он не мог не заметить вкрученных пробок. Однако он их не выкрутил, уходя из дома. Она же попала в бункер в прошлый раз, значит, питание не отключалось. Или он попросту не подумал об этом? Сам забыл?

Электронный замок сработал. Ольга вошла в бункер. Все оставалось на своих местах, ксерокс стоял на полу за столом. Она испугалась подозрительного шума в прошлый раз и забыла аппарат, не успев положить его в этюдник. Ольга взяла миниатюрный чемоданчик. Стоит ли тащить его в Москву? Он ей больше не понадобится. Лучше выбросить его в реку.

Кажется, пронесло. Ольга вернулась к окну и уже подняла раму, чтобы вынырнуть в сад, как увидела яркий пучок света. Она тут же пригнулась, едва не выронив аппарат из рук. Крышка! Ее повязали!

Обливаясь холодным потом, она ждала развязки. Если они подойдут к двери, она успеет выпрыгнуть в окно, и если ее там не поймают, то, с ее опытом ухода от ментов, можно надеяться на удачу. В лесу без собак беглянку не догонят, а петлять она умеет.

Ольга ждала развязки, но ничего не происходило. Она приподнялась и выглянула в окно. Два луча от фонарей беспорядочно гуляли по траве, словно кто-то выронил ключи в темноте и пытается найти их. Два черных силуэта никого ей не напоминали. Слишком далеко. Их разделяло метров десять плюс деревья и кусты шиповника. Парочка никуда не двигалась, топчась на одном месте поблизости от забора, рядом с тем местом, где она перелезала через ограду. Значит, они тоже пришли лесом.

Любопытство победило страх. К тому же, находясь в доме, Ольга чувствовала себя как в мышеловке. Надо выбираться.

Ползком, волоча за собой ксерокс, она приблизилась на самое короткое расстояние, которое возможно, и залегла за кустарником. Дальше шел открытый газон.

Мужчина копал землю. Фонарь освещал его руки, ноги, но не лицо. Кто-то ему подсвечивал. Свой фонарь он положил на землю, и его луч едва касался ног в черных брюках и какого-то свертка. Резкие контрасты света и тени не позволяли в точности определить формы предметов, а силуэты искажались, делаясь зловещими.

Мужчина наклонился, отложив лопату, и начал снимать пласты дерна. Тут она увидела его лицо. Пять-шесть коротких кадров — и она узнала этого человека. Он! Тот самый, что был на ее свадьбе и похоронах ее мужа, тот, кто снился ей в эротических снах. Что он здесь делает? Кто он? Подручный Некрасова? Но его напарник не был похож на Некрасова. Тот высокий, массивный, а тут мальчишка.

Наконец яма была выкопана. Фонари положили на землю и склонились над тюком. Вот тут в зону света попало второе лицо. Ольга не поверила своим глазам. Это была женщина с длинными черными волосами. Она ее узнала. Раиса Райская, любовница Василисы. Невероятное открытие. Райская знает о существовании дачи. Значит, и жена Некрасова о ней знает.

Они подняли сверток. Нет, не сверток. Это был человек, замотанный в темную ткань, и нетрудно догадаться, что он уже не дышал. Покойника положили в неглубокую яму, присыпали землей и заложили дерном. Притоптав могилу, они забрали лопаты, перелезли через забор и скрылись в темноте. Спустя минуту на черном фоне леса вспыхнули две фары. Машина поехала по опушке и скрылась в лесу. Там проходила дорога, которой пользовались только летом. Весной и осенью она затапливалась, зимой лежала под снегом. По этой дороге можно добраться до шоссе, но о ней мало кто знал и редко кто пользовался. На легковушке и летом не проедешь, нужен внедорожник. Похоже, эта парочка хорошо знакома со здешними местами.