Цвет боли. Шелк - Эва Хансен

— Магнус… прости, вы часто занимались сексом с Бритт? Просто я боюсь показаться маньячкой.

Он хмыкнул, освобождая ее от бюстгальтера:

— Нет, нечасто, во всяком случае, ей казалось, что редко.

— Почему?

— Фрида, почему я делаю это с тобой? Потому, что, когда тебя вижу, немедленно возникают два желания: раздеть и оказаться в тебе.

— Магнус…

— Ты хотела откровенности? Получила ее. Теперь плати. — Его руки уже расстегивали молнию ее брюк. — Давай, давай, нечего отлынивать. У тебя такая сексуальная попка…

Фрида, уже стоявшая раком на диване, заерзала и тут же получила ощутимый шлепок:

— Не крутись, я хочу посмотреть.

Достал лубрикант, смазал отверстие, вошел плавным, но сильным движением. Ей показалось, что проник безумно далеко, даже ахнула, но когда Магнус начала выводить член, невольно потянулась следом.

— Какая ты тесная и вкусная!

Снова, как тогда в бассейне, было больно и сладко одновременно. Тело просило: «Еще! Еще!» Магнус крепко держал ее за бедра, насаживая на себя.

Чем это отличалось от секса с Густавом? Чем-то отличалось, но Фрида не сравнивала, она уже забыла и самого Густава, и секс с ним. Дыхание сбилось, и когда Магнус, сильно прижавшись, отпустил бедро и нырнул пальцами к клитору, тот отозвался мгновенно, Фриду тоже затопила волшебная волна. Последнее его резкое движение вперед, Магнус замер, изливаясь и ощущая, как содрогается тело Фриды в оргазме.

Некоторое время он стоял, не выходя. Оба не могли отдышаться. А потом просто лежали без сил — она на диване вниз лицом, а он рядом на полу, держа ее руку.

— Фрида… Врач сказала: секс дважды в день, добавим для верности еще один раз.

Хотелось сказать, что хоть десять, но она лишь улыбнулась:

— Маньяк.

— Тебе понравилось?

— Да.

— Но минет не в счет…

— Магнус, сколько у тебя сил?

— Много, — усмехнулся парень, поднимаясь с пола. — Ты даже не представляешь сколько, я могу тебя замучить, если не остановить.

Фрида подумала, что после Густава ее вряд ли можно замучить, но промолчала.

— Давай уедем на недельку на север? У меня есть домик в лесу. Там нет бассейна и тучи комаров, зато сексом можно заниматься круглые сутки.

— А здесь нельзя? — рассмеялась Фрида, пытаясь натянуть брюки прямо на голое тело.

— А это зачем? Так даже интереснее. Фрида, представляешь, как здорово: длинный толстый свитер, а под ним ничего. Кстати, надень мою футболку, в шкафу есть длинные. И ничего больше, ладно?

Она мылась в душе и думала о том, что с Густавом начиналось похоже. Так, да не так, Густав брал, Магнус пытается соблазнить, хотя тоже ненасытен и властен. Чего не хватало Бритт? Не может быть, чтобы Магнус не удовлетворял ее как мужчина, позволь, так он будет брать тебя не три раза, а куда чаще. Или он с подругой просто не желал этим заниматься?

Из душа вышла действительно в его футболке, едва прикрывавшей ягодицы.

Магнус внимательно оглядел, сделал знак, чтобы повернулась спиной.

— Наклонись.

— Магнус!

— Я хочу тебя разрисовать и прикидываю, что бы такое поместить сзади. Ладно, пока займемся грудью. Снимай футболку и вставай сюда. Руки назад и стой смирно, не то накажу, завяжу глаза, заткну рот и выпорю. Впрочем, это я сделаю и так. Ладно, стой смирно и не подглядывай. Голову вверх, чтобы не мешать.

Магнус рисовал что-то на ее груди, было щекотно, Фрида попыталась елозить, получив замечание и шлепок по попе:

— Сказал же, чтобы стояла смирно! И не коси глазами, мне косая не нужна.

Фрида замирала, но потом снова начинала шевелиться:

— Магнус, щекотно же!

— Терпи.

Грудь от прикосновений фломастеров и его рук вздыбилась, внутри росло возбуждение. Почувствовав это, Магнус насмешливо посетовал:

— А мне каково, возиться с вот этим и этим? — Его пальцы покрутили один, потом второй сосок, ввергнув Фриду в состояние, близкое к оргазму.

— Магнус, перестань!

— Я только начал. Нравится? — Он повернул Фриду к зеркалу.

На груди расположились два краба — один сверху, второй снизу, обхватывающие клешнями соски.

— Ты здорово рисуешь.

— Нет! Не люблю, когда льстят или врут. Я рисую плохо, но вполне сносно, чтобы не оставить на твоем теле и местечка свободного. Но на сегодня хватит. С меня хватит.

— С меня тоже…

Со следующего дня они предварительно выбирали картинку и обсуждали ее, потому Фрида начинала елозить заранее. Понимать, что вокруг твоего ануса и дальше начнет двигаться фломастер, а потом кисточка, чтобы превратить пикантную часть тела в какую-нибудь бабочку или целую картинку, само по себе чувствительно.

Магнус начал размещать фотографии своих «работ» в Интернете, конечно, ни лица Фриды, ни каких-то деталей, по которым можно было бы узнать ее или квартиру, не было. Сначала Фрида противилась фотографированию, но потом поняла, что, даже выполненные лучшими красками и обильно покрытые лаком, рисунки смываются и стираются. Терять их жаль, вот и пришлось подставлять попку сначала под фломастер, а потом под фотообъектив.

Кроме того, лак сильно стягивал кожу, а без закрепления с картинкой можно ходить только голышом и ни к чему не прислоняясь. Магнус быстро рисовал, они любовались, фотографировали и отправлялись в душ.

— Нерентабельное занятие, — смеялась Фрида.

— Глупенькая, для меня главное сам процесс рисования, когда ты стоишь смирно и не противишься ни тому, что я подробно изучаю твое тело, ни тому, что я касаюсь пикантных мест, ни тому, что возбуждаю, как хочу. Вовсе не обязательно вставлять внутрь всякую дрянь, особенно железную. И пороть тоже необязательно каждый день. К боли можно привыкнуть, она перестанет возбуждать, придется усиливать, а делать это бесконечно нельзя. А легкие прикосновения, например, кисточки, заставляют тебя выгибаться дугой.

— Магнус, а как те, кого расписывают прилюдно? Что чувствуют и почему спокойны они?

— Там нет задачи возбудить. Ну-ка, повернись, сейчас у нас змейка обовьется вокруг ноги и заберется туда, куда потом заберусь я.

Фрида терпеливо поворачивалась…

А еще они занимались сексом в самых непредсказуемых местах. Минет в машине казался обычным делом. Конечно, опасения попасть в полицию за нарушение общественного порядка возбуждали, но они быстро поняли, что удовольствие того не стоило. Магнус нашел выход: он включал проектор или 3D телевизор, они надевали очки и занимались любовью в саванне рядом с рычащими тиграми, на крыше небоскреба или на краю водопада.