Совершенная crazy - Ольга Степнова

– Ха-ха-ха! – как безумная захохотала Полина.

– Жива я! – крикнула Лидия. – Жива! А чего это вы, Фрадкин, так за меня волнуетесь? У вас же выходной! И вообще, у меня не опасности, а сплошные галлюцинации!

– Отлично, отлично, – пробормотал доктор. – Вы там, девочки, не ругайтесь, не нервничайте, а главное, не углубляйтесь в разговоры на тему … этой…как её…

– Любви, – подсказала Полина и смачно харкнула в скважину.

– У меня от вашей слюны пуговицы на пиджаке отваливаются, – пожаловался доктор.

– Смотри, как бы что посерьёзней не отвалилось! – Полина напрочь забыла о хороших манерах. Пожалуй, дядя Гоша и правда подобрал её где-то на обочине жизни, подумала Лидия.

– Ферментов в вашей слюне многовато, как у змеи, – профессионально углубился Сэм Константинович. – Но это мы потом урегулируем, подкорректируем.

– Пошёл вон, клизма дырявая! – крикнула Полина, хотела опять плюнуть, но, очевидно, не набрала слюны.

– Пошёл, пошёл! – Шаги Фрадкина поспешно удалились.

– Идиот. Нет, ну какой идиот! Пуговицы у него отваливаются! – Полина дунула в дуло пистолета. Где она нахваталась такой пошлятины, уму непостижимо.

– У вас все идиоты, – сказала Лидия и вдруг решила бить в лоб: – Сколько патронов осталось в обойме? Четыре? Ведь два выстрела вы уже сделали!

– Почему два? – мигом попалась Полина на её удочку. – Я один раз стреляла.

– Сейчас один. А вместе со вчерашним выстрелом в подвале – два!

– Что ты несёшь?! Какой выстрел? В каком подвале?! – Полина навела пистолет на Лидию.

– В подвале, где хранятся картины Алины с вытравленными подписями! – выпалила Лидия и зажмурилась, ожидая пулю в лоб.

– Ах, ты… Ты и там побывала, дрянь?! И туда сунула свой нос?!

– Сунула, уж извините. И не одна сунула, а с подругой и Феликсом Григорьевичем. А вы следили за нами, и когда поняли, что ваша тайна раскрыта, подстрелили брата Иды Григорьевны.

– Я?! Следила?! Подстрелила?! – Полина плашмя плюхнулась на кровать, лицом вниз, и то ли зарыдала, то ли захохотала.

– Я расскажу вам, как всё было, – тихо продолжила Лидия. – Ведь Алина была очень талантлива, правда? Гораздо талантливее вас. Ваши картины никуда дальше выставочных залов не шли, а картины Алины хорошо продавались! И наверняка – недёшево. Вы украли её работы, вытравили подписи в правом углу и хотели продавать картины как свои! Это вы убили Алину! – Лидия вскочила. – Вы!! И вовсе не из-за связи со своим мужем, не из-за беременности, а из-за её гениальных пейзажей! Вы убили свою сестру, чтобы иметь возможность выдавать её полотна за свои, чтобы иметь славу, деньги и хоть чуть-чуть, – Лидия показала кончик мизинца, – независимости от Гошина и его клиник!

Лидия выдохнула, замолчала и приготовилась умереть.

И чёрт с ними, со столетним юбилеем и принцем, зато она имела мужество сказать правду в лицо убийце. Может быть, ей это зачтётся, и она попадёт в самый райский уголок райского рая?..

Полина медленно повернулась и встала.

– Неужели ты совсем меня не боишься, если считаешь, что я такая злодейка? – Она приставила пистолет к виску Лидии и ласково заглянула ей в глаза.

– Боюсь, – зажмурилась Лидия. – Но правда дороже.

– Дура. Господи, какая же ты малолетняя дура! – Полина отлепила от виска холодный металл и прошлась по комнате мелкими шагами. – Всё, что ты тут наплела – сказки братьев Андерсенов.

– Гримм, – не удержавшись, поправила Лидия.

– Где грим?

– У Андерсена не было брата-сказочника. Не понимаю, как художница может быть такой необразованной!

– У меня другие приоритеты! – пропела Лидии в ухо Полина. – Так перейдём от братьев к сёстрам. Да, Алина была талантливее меня! Да, я ей завидовала! Но мне незачем было её убивать, потому что она сама, – са-ма! – согласилась сделать свои пейзажи моими, за тридцать процентов от их стоимости! Пойми, дурочка, я нашла на её мазню покупателей за границей! Она и за треть этих денег не смогла бы продать здесь свои картины! Да, я захотела, чтобы эти полотна были подписаны моим именем, да, я захотела славы, денег и независимости от Гошина. Но это не преступление! Я договорилась с сестрой: она пишет свои неземные пейзажи, я продаю их под своим именем, а деньги мы делим. Пусть не пополам, но процент, согласись, немаленький. Так что мне незачем было убивать сестру! Не-за-чем! Единственное, что я собиралась сделать, это заставить её пойти на аборт. Увы… – Полина дурашливо развела руками. – Кто-то лишил меня талантливой сестрицы, с помощью которой я собиралась прославиться и разбогатеть.

– Значит, это не вы стреляли в Феликса, не вы изрезали восемь полотен в подвале?..

– Картины изрезаны? – нахмурилась жена Гошина. – Испорчены? Совсем? Безнадёжно?

– Да.

– Скоты! Уроды! Завистники! – Она пнула стул, и тот с треском ударился о стену.

– Кто? – спросила жалобно Лидия, ловя себя на том, что безоговорочно верит этой красивой истеричке. – Кто завистники?!

– Не знаю! – заорала Полина и выстрелила в подушку. Ворох пуха и перьев взмыл вверх и разлетелся по комнате, словно снежная буря. Полина начала яростно пинать этот «снег», здорово смахивая на сумасшедшую. – Мои картины испорчены! Алину убили!! Муж сбежал в ординаторскую к Козиной! Я не хочу жить!!! – Она вскинула пистолет к виску, но передумала и навела его на Лидию. – Так вот знай, соплячка, первым человеком, которого я убью, будешь ты! Ты!!!

– Эй, все живы? – тихо спросил в замочную скважину Фрадкин. – Снова был выстрел…

– Тьфу! – подбежав к двери, плюнула в доктора Полина.

– Вы попали мне в глаз! – заорал обычно невозмутимый Фрадкин. – Это катастрофа! В лучшем случае вскочит ячмень, в худшем… не выскочит ничего, но глаза не будет.

– Катастрофа случится, если вы не найдёте Гошина, – прошипела в отверстие для ключа Полина.

– Понял! – бодро ответил Сэм Константинович. – Господи, какие хлопоты в выходной! Какие хлопоты… А вы, Полина, берегите слюну и патроны, есть вещи, которые не восстанавливаются…

Лидия улыбнулась.

Фрадкин ей снова нравился. Это был лучший доктор на свете.

– Фрадкин сказал, что Полина палит почём зря, но Лидия в безопасности! – радостно сообщил Крис, появляясь на пороге.

Крис светился от счастья, а почему – предстояло выяснить.

– Полина палит почём зря, но Лидия в безопасности! – скептически повторил Славка, встал с кресла, и, закинув руки за голову, прошёлся по комнате. – Умный человек, этот Фрадкин, слов нет! Что он собирается делать?

– Поехал в клинику за папой. Сказал, что найдёт его, даже если он улетел в космос.

– Умный человек, этот Фрадкин! А ты чего светишься так?!