Совершенная crazy - Ольга Степнова

– Ого! – двумя пальцами Крис выудил из кучи милых вещиц пистолет. – Ни фига себе! Газовый, переделанный для стрельбы боевыми патронами! Дама во всеоружии! Зачем это ей?! Для самозащиты от любителей французского языка? В обойме не хватает одного патрона…

Но Славка уже не смотрел на пистолет, он достал из сумки красные корочки с весомым словом «Удостоверение» и раскрыл их. С фотографии на него смотрела красивая женщина с ледяным взглядом и до боли знакомым лицом.

– Волгина Дарья Владимировна, – прочитал он.

– Да это же Брагина! – заглянув в корочки, удивлённо воскликнул Крис. – Ничего себе! Без очков, волосы светлые и грим как у кинозвезды! Ну надо же!! Она не та, за кого себя выдаёт?! О, чёрт! Да это же пропуск на киностудию «Магнус»! Очень известная киностудия… Только при чём здесь уроки французского?! – Крис потрепал игуану за гребень и поцеловал в лоб. – И что теперь со всем этим делать? – кивнул он на вещи Брагиной.

– Ну, уж пистолет я точно ей не отдам! – Славка быстро покидал барахло в сумку, туда же отправив пистолет и удостоверение. Баул он повесил себе на плечо. – Мне идёт?! – сверкнул он глазами в сторону Криса.

– Если ты выйдешь за меня замуж, у тебя будет миллион таких сумок!

– Зачем одному человеку миллион сумок?! – вылупился на него Славка.

– Тогда я пойду на кухню и попробую накормить Кристофера, – нелогично поддержал разговор Крис.

– Кстати! Насчёт накормить… – вспомнил Славка. – Ты не мог бы зайти в подземный гараж и отнести Феликсу Григорьевичу какой-нибудь еды?

– Что он делает в гараже?

– Ловит преступников. Ты же видишь, ими весь дом кишит! За самого главного можно получить отели и курорты Иды Григорьевны, когда она на самом деле помрёт!

– А Феликс, конечно, главный претендент на это наследство! – усмехнулся Крис. – Что он ест, кстати?

– Не знаю. Что-нибудь полезное в его возрасте. Бананы, ананасы, тыкву какую-нибудь пареную, огурец варёный…

– Понятно, почти то же, что и Кристофер, – вздохнул Крис и пошёл на кухню, бережно придерживая игуану.

Ох, как Славке вдруг захотелось поговорить с Лидией! Рассказать о своих находках, о догадках, о подозрениях, и о том, что Крис, в общем-то, неплохой парень, хоть и звезда. Но ни одной мысли у него не было, как освободить Лидию, ни одной, впрочем… Одна мыслишка бродила, не очень красивая, но разве в данных обстоятельствах возможно действовать красивыми методами?!

Тем более теперь, когда у него чужой пистолет…

Нелли он отыскал в бассейне.

С наушниками в ушах и плеером на поясе, она сидела на бортике и болтала в воде ногами. Дреды тряслись на её голове в такт музыке. На Нелли был закрытый купальник, обтягивающий её полноватую, далёкую от изящества фигуру. Славно в подтверждение, что ей плевать на стандарты, Нелли жевала шоколадный баточик. Судя по скомканным обёрткам, он был пятый или шестой.

Славка неслышно подкрался сзади и схватил Нелли за руку.

Надкусанная шоколадка упала в воду и зависла на поверхности воды, словно задумалась: тонуть, или нет.

– Жрёшь? – зловещим шёпотом спросил Славка, выдернув из ушей Нелли наушники.

– Кушаю, – поправила его Нелли, нисколько не испугавшись жёсткого захвата своей руки.

– Не страшно сидеть в бассейне, где убили Горазона?

– Кто сказал, что его убили? – засмеялась Нелли, даже не пытаясь вырваться. – Бабульхен?! Так это она от скуки! Павел Иванович разбился, потому что был пьян и не рассчитал свои силы, выполняя трюк. И потом… Разве ты не считаешь, что он вовремя погиб?

– Что значит… вовремя? – растерялся Славка, не зная, что делать с детской рукой.

– Горазон исчерпал себя. Он сделал в профессии всё, что мог, а семьи у него не было. Ему просто незачем стало жить, и в нём включилась программа самоуничтожения! А убийство бабульхен придумала от скуки. Она всегда что-нибудь придумывала.

– Ты что – господь бог?! – искренне возмутился Славка. – Как ты можешь судить, всё он сделал в профессии или не всё?! Как ты можешь решать, что ему незачем стало жить?! Ты… со своим мизерным опытом и младенческими мозгами!

– Чтобы о чём-то судить, необязательно быть взрослым, – спокойно сказала Нелли, легко забрала свою руку и развернула очередной батончик. – Вот скажи, что полезного мог ещё сделать этот Горазон? Сыграть в очередном отечественном мыле? Или второсортном голливудском боевике? Всё это он уже делал, а делать одно и то же снова и снова – неинтересно и никому не нужно. Где творческий рост? Где работа над собой? В творчестве нельзя топтаться на месте, если достиг чего-то, нужно идти дальше. Если идти не можешь, это и есть смерть. Павел Иванович погиб, потому что сделал всё, что мог, а не потому что его убили.

Славка оказался совсем не готов к таким мудрёным разговорам. Да и цель у него была другая.

– Ты знаешь, что твоя мать взяла в заложницы Лидию и грозит убить её, если Георгий Георгиевич не вернётся домой?

– Знаю, – пожала плечами Нелли, не переставая жевать. – Но папа вернётся! Он уже много раз оставлял такие записки, но всегда возвращался.

– И мама каждый раз для того, чтобы он вернулся, захватывала заложников?!

– Нет. Если честно, то такое случилось впервые. Не бойся, она не убьёт Лидию! Мамахен даже уколов до обморока боится, а уж наручников и тюрьмы!.. – Нелли беспечно махнула рукой.

– Но она палит почём зря! Полина может застрелить Лидию случайно! Так что извини… – Славка опять схватил Нелли за руку, выхватил из сумки пистолет и приставил оружие к детскому виску. Метод был грязный, – грязнее не бывает, – но делать было нечего…

– Сейчас мы спустимся вниз, – прошептал Славка, – встанем перед окном, и ты крикнешь, что я тебя убью, если Полина не отпустит Лидию.

– Одеться-то дашь, или мне в купальнике людей пугать?

Пришлось позволить ей надеть махровый халат, держа на прицеле. Сердце у Славки ныло, руки тряслись. Лучше бы он крал-воровал, грабил-разбойничал, врал бессовестно, чем держал на мушке ребёнка…

– Пошли, – сказала Нелли, сунув руки в карманы. – Только держи пистолет между лопаток, а не у виска. Я долго занималась дзю-до и вырубить тебя, когда ты сбоку, мне раз плюнуть!

… Ну и дела!!!

Славка послушно встал сзади и упёр дуло ей в позвоночник.

Ужас, подумал он. Когда всё закончится, схожу в церковь, и трое суток буду замаливать этот грех.

Они спустились во двор, не встретив никого по пути.

– Направо. Теперь налево! Не оступись, тут ступенька, а впереди ямка! – командовала Нелли.

– Да заткнись ты! – не выдержал Славка. – Без тебя тошно.

– Чувствуешь себя сволочью? – хмыкнула Нелли, занимая эффектную позу перед окном.