Как полюбить бандита - Владимир Колычев

– Ничего страшного не произойдет, – в раздумье проговорил Алексей Антонович. – Но в автошколу Марьяне записаться надо и сходить хотя бы на несколько занятий. Для галочки.

– С правами для галочки хорошо на компьютере!.. – Ольга Борисовна покрутила руками воображаемый руль. – А на дороге права нужны настоящие. Если тебе, сынок, жена дорога. А ведь она еще и тебя повезет!

– Я могу и полный курс обучения пройти.

– Нужно поторопиться, – сказала свекровь.

Марьяна увидела слащавую улыбку на губах светской дамы.

– Окончишь обучение, а там и декретный отпуск, – проговорила свекровь. – Я думаю, вы уже готовы обрадовать нас?

– С чего ты взяла? – Игнат напряженно глянул на мать.

– Вы уже давно вместе. Или у вас проблемы? – Ольга Борисовна сочувствующе посмотрела на Марьяну.

– Все хорошо.

– Ну, мало ли. После аборта все возможно.

– Нам пора! – Игнат нервно, но решительно поднялся с места.

Ольга Борисовна напрасно пыталась его удержать. Отцовское слово тоже не подействовало. А Марьяна отговаривать его не стала. Пусть Ольга Борисовна знает, что может потерять сына, если не укоротит свой язык.

– Скажешь, что я был неправ? – спросил Игнат, нервно крутя баранку.

– Я скажу, что нам пора завести ребенка, – заявила Марьяна.

Он уже не юноша, но муж, причем во всех смыслах. Марьяна была уверена в нем. Игнат состоялся как зрелый мужчина, и она просто обязана подарить ему ребенка. Почему бы не начать работу над этим прямо сегодня?

Дверца не поддавалась усилиям. Да и как могло быть иначе, когда рычаги блокираторов опущены?

Марьяна вопросительно глянула на инструктора. Зачем он дал ей команду садиться в закрытую машину?

Он тоже посмотрел на нее, кивнул и нажал на кнопку брелока. Щелкнули блокираторы, пискнула сирена.

Марьяна должна была повернуться к машине, но ее взгляд задержался на инструкторе. Интересный мужчина. Жесткий, но не жестокий, грубый, но не вульгарный. Лысина ничуть не портила его, скорее, усиливала сексуальность. Было в нем что-то такое, от чего могло замереть женское сердце.

А когда он сел в машину, в тесное пространство проник приятный запах мужского одеколона. Возможно, с феромонами.

Если без них, то почему тогда Марьяна почувствовала легкое онемение в пальчиках? Из-за страха перед уроком вождения? Но так это у нее уже не первый выезд. Коробка передач автоматическая, не надо мучиться с переключением скоростей. Нет, это новый инструктор так действовал на нее.

– Сделай круг по площадке, – сказал он.

– А мы уже на «ты»? – спросила Марьяна.

Она вдруг почувствовала себя маленькой непослушной девочкой, обожающей дерзить взрослым людям.

– За пределами автомобиля на «вы», в нем – на «ты». Между нами должен быть плотный контакт, – ответил инструктор.

Марьяне вдруг показалось, что сейчас он положит руку ей на коленку. Это у Игната машина просторная, там нужно тянуться, а здесь расстояние между инструктором и учеником минимальное. Подними руку, смести ее чуть в сторону, и она опустится на коленку.

Марьяна невольно сдвинула ноги. Это при том, что автомобиль уже пришел в движение. А Михаил Денисович и не думал касаться ее.

– Что за метания? – строго спросил он.

– Давайте без плотного контакта.

– Спокойней! Еще кружок!

Они сделали несколько кругов по площадке, прежде чем инструктор позволил Марьяне покинуть территорию автошколы. Она ехала, он показывал ей направление. Этим их общение и ограничилось.

Когда они вернулись, Михаил Денисович спокойно изложил ей свои замечания и подвел итог:

– Очень плохо. Но все-таки я поставил тебе тройку, чтобы не провоцировать тебя на дополнительные занятия.

– Я не согласна на дополнительные занятия.

– Вот и я стараюсь не иметь дел с замужними дамами. – Михаил Денисович вышел из машины, обошел ее спереди, открыл водительскую дверцу. – Все, вы свободны!

Урок был окончен, но у Марьяны возникло чувство, будто ее выгоняли. Она уходила с обидой на инструктора и подумала, что зря, пожалуй, отказалась от дополнительных занятий.

Марьяна – это нечто. Одинокая королевская лилия посреди поляны с безликими одуванчиками, ромашками и васильками. А запах от нее какой!..

Миша еще не спал с ней, но уже мог сопоставлять ее с другими женщинами. Например, он приравнял одну поездку с ней к трем встряскам в постели с Ольгой. Это по ощущениям. А по времени три поездки с Марьяной соответствовали одной встрече с Ольгой.

– Ты сегодня какой-то вялый, – сказала светская дама, забросив руки за голову.

– Погода действует. Ветер. Дождь.

Снова осень, еще один год из жизни долой.

– А может, Марьяна?.. Ты спал с ней?

– У тебя была бы запись.

– С ней можно и без записи.

– С ней пока никак нельзя. Рановато будет. Всему свое время.

Миша и без подсказки Ларисы знал, что Марьяну можно было взять гусарским наскоком и чертовским обаянием. Но так было раньше, до замужества. Сейчас ситуация изменилась, и Миша это понимал. Одного наскока мало, нужна еще и крепкая почва под ногами, на которой можно строить долгоиграющую интригу.

Ольга помогла ему. Это из-за нее Марьяна пошла учиться в автошколу. Миша устроился туда на работу и стал ее инструктором. Процесс обольщения начался. Миша не торопился, действовал наверняка.

Он сумел создать жар вокруг Марьяны, в котором она томилась, как утка в духовке, доходила до кондиции. Сначала дамочку нужно подготовить, а потом вонзить в нее зубы.

Она еще не созрела, но уже близка к тому. Тут важно не передержать ее, а то перегорит.

Марьяна ездила хорошо, во всяком случае, не хуже других. Михаил Денисович умел настраивать ее на работу. Еще лучше у него получалось создавать в машине атмосферу пугающего, но волнующего ожидания. Марьяне все казалось, что Михаил вот-вот прикоснется к ней. Она даже представляла, как это произойдет.

Он дотронется до ее руки, создаст напряжение. Волнующий ток хлынет в тело, истомленное ожиданием. Ей станет приятно до жути. Как бы руль из рук не выпустить.

– Вперед! – скомандовал Михаил и действительно коснулся ее руки.

Электрический ток устремился вниз, возбуждая на своем пути приятные завихрения. Это ощущение длилось одну-две секунды. Потом Марьяна решила, что большего ей и не нужно. Одно прикосновение, и хватит.

Но когда машина отправилась в путь, между Марьяной и Михаилом Денисовичем снова возникло напряжение. Ожидание, требующее разрядки, накапливалось с такой быстротой, что ей стало страшно. Тело требовало своего.