Ключевая фраза - Рубен Маркарьян

– Брошу. Со временем. Когда врачи запретят, – Олег зажег новую палочку смерти.

Артем вздохнул.

– Ладно. Я тебе расскажу. Только не здесь. В кабинете не буду. Объяснения можешь брать не на рабочем месте, для вас нет же ограничений?

Олег согласно кивнул.

– Где скажешь! Мне только нужно тогда бланки взять и писать от руки придется.

– Лучше в приемном покое психушки. Я тебе расскажу все, а ты меня сразу к врачам определишь. Не думаю, что тебе понадобятся бланки.

Олег удивленно посмотрел на друга.

– Неужели ты меня можешь чем-то удивить? Да тут у нас такие клоуны встречаются, не поверишь. И ведь все приходится фиксировать. Вот один рассказал, как он передавал взятку прокурору. Голыми забрались на две рядом стоящие березы в лесу, и, раскачиваясь на них, он передал кейс с деньгами, когда верхушки встретились. Представляешь?

– Я этот анекдот слышал, – улыбнулся Артем.

– Это не анекдот! – обиделся Олег. – Был бы анекдот, я бы смеялся. Хотя поначалу так и было. А потом стало не смешно, когда мы на тех березах обнаружили ДНК одного и второго. А не поверили бы, не проверили. Так что я ничему не удивляюсь.

Олег нажал на кнопку «Печать». Принтер будто поперхнулся табачным дымом от сотен сигарет, выкуренных Олегом в его присутствии, и звучно вытошнил несколькими бланками объяснений.

– Пошли! – Олег встал и вынул из лотка бумажки. – Только сначала зайдем на второй этаж. Там «конторские» прислали своих, объяснения берут по поводу той штаб-квартиры, где твоя ручка погибла. Пара вопросов – «был – не был» – и все.

– Твоих опрашивают? – поднял глаза на друга Артем.

– Ну а чьих? Мы ж туда за тобой пришли. А там такое… Если ты там был, то лучше скажи.

– Я работать буду вообще или только объяснения давать? – Артем раздражался все больше.

– А ты не попадай в ситуации, требующие объяснений! Работай, как большинство твоих коллег, – скромный офис, прием граждан по графику, районный суд, пиво, домой, в выходные дача и стремянка на грушевое дерево в саду. Чего ты лезешь в дела, где трупы растут вместо груш? А? Пошли давай!

Артем нехотя повиновался. Мужчины пошли по коридорам полицейского управления. Пара приветов по дороге и четыре «Здравия желаю!». Артем всегда считал приветствия в этих стенах, когда шел с Олегом. По количеству «Здравия желаю!» Артем определял динамику его карьеры, о чем обычно рассказывал во время дружеских застолий.

На пятом «Здравия желаю!» они остановились у двери с цифрой 24. Олег по-хозяйски открыл дверь, не постучав. Ему нравилось показывать «конторским», кто тут хозяин.

В тесном кабинете за заваленным бумагами столом сидел молодой человек в костюме цвета подкладки для костюма. Грязный свет из немытого окна сквозь пыльные жалюзи презрительно отливал на костюме младшего офицера ФСБ.

– Приветствую вас, товарищ старший лейтенант! – с достоинством старшего по званию сказал Олег.

– Здравия желаю, товарищ полковник! – молодой человек даже встал.

– Вот привел к вам искомого адвоката, чью ручку мы обнаружили в… случайно, в общем, обнаружили. Он готов ответить на все вопросы.

– Очень хорошо! – глаза сотрудника конторы блеснули цветом костюма. – Присаживайтесь! Разговор будет долгим!

Артем закатил глаза, Олег пожал плечами.

– Чего долго говорить? – Артем вслед за Олегом изобразил красноречивый плечевой жест. – Ручку я потерял давно. Где – не помню. Уж не знаю, где вы ее нашли…

– Мы ее нашли, раз вы уже все знаете, – офицер с укором посмотрел на полковника Петрушко, – в заброшенном доме в Ржевском переулке. Снаружи халупа, бомжатник, внутри – космический корабль. Не бывали там? Пока без протокола.

– Сереж, ну товарищ тебе же сказал, ручку потерял, где – не помнит. Чего ты хочешь еще услышать от адвоката?

Этот басистый голос, раздавшийся из другого угла кабинета, скрытого от Артема стоящим у стены здоровенным сейфом, чуть было не привел его к инсульту. Артем узнал бы этот голос из тысячи других, даже не глядя на собеседника.

Скрипнул облегченно стул, освободившийся от тяжкого груза, и из-за сейфа во весь рост вытянулась фигура Глыбы-Анатолия.

Глыба был в том же «Бриони», только теперь его имидж портил странного бледно-розового цвета галстук.

– Анатолий Александрович! – представился он. – Мне кажется, или я вас где-то видел, Артем Валерьевич?

Язык Артема присох к небу: он никак не ожидал этого свидания с Глыбой при таких обстоятельствах.

Олег протянул руку Глыбе для рукопожатия.

– Привет, Анатолий! Давно не захаживал к нам.

– Не было оказии, – Глыба ответил на приветствие, пожав руку и похлопав Олега по плечу.

– Артем – мой одноклассник, дружим уже неприлично много лет, так что я за него могу поручиться! – отрекомендовал Артема Олег.

– Это очень хорошо! – довольно улыбнулся Глыба. – Тогда все гораздо проще, да, Сережа?

Глыба обращался к обладателю костюма с отливом по-отечески. Артем сделал вывод, что Анатолий явно старший офицер. Подполковник или полковник. Скорее подполковник: эти еще бегают по земле, шустрят.

– Так точно! – подтвердил старлей Сережа.

– Я полагаю, мы сейчас быстро оформим объяснение и вас отпустим. Ручку потерял, на Ржевском не был. Чего тут выяснять? Другу Олега Ивановича не доверять мы права не имеем!

Олег довольно улыбнулся. Старлей Сережа повторил: «Так точно!» Артем опять промолчал, пока еще не придя в себя после столь неожиданной встречи.

Глыба вышел из кабинета, взяв под локоток Олега и оставив Артема объясняться со своим младшим коллегой.

Артем примостился на шаткий стул, старлей начал стучать по клавишам, вбивая исходные данные: фамилия, имя, отчество, год рождения… Артем отвечал, одновременно стараясь понять, что значит все с ним происходящее. Явно не последний сотрудник ФСБ – из кореян? Они ищут по миру символ власти? Он один такой в органах? Или вся контора?

– А Анатолий Александрович, он кто? – стараясь не показывать интереса, спросил Артем. – В смысле у вас там, он кто?

– Он из УСБ нашего, – ответил Сережа. – Подполковник, начальник отдела.

– Какого? – еще непринужденнее спросил Артем.

Старлей насупился и пропустил вопрос мимо ушей.

«Глыба круче, чем можно было представить. Управление собственной безопасности ФСБ – это гораздо серьезнее любого другого. А я, дурак, думал еще Олегу все рассказать. Хорошо, Бог отвел. Лежал бы Олег с сердечным приступом, как Николай…»