Выстрел в ночи - Наталия Антонова

– А о других? – спросила она на ходу.

– Что значит о других? – удивился он и указал ей, куда идти.

Они оказались в уютной комнате, вероятно, служившей хозяевам и спальным местом, и гостиной. Сейчас диван был сложен. Но было видно, что его уже собирались разложить на ночь.

– Жена и дети сейчас у тещи, – объяснил мужчина, проследив за ее взглядом. – Я поздновато женился, и сами понимаете, – проговорил он сбивчиво.

Андриане Карлсоновне было абсолютно все равно, когда и на ком женился Лысенко.

И тут мужчина вспомнил:

– Когда я сказал вам, что меня расспрашивали о Колосове, вы упомянули других. Что вы имели в виду? Садитесь, пожалуйста, в кресло, оно удобное.

– Спасибо. Я имела в виду Стеклова, Бакулева и Маровецкого.

До Лысенко стало доходить.

– Вы хотите сказать, – спросил он, широко распахнув глаза, – что их тоже убили?

– Увы, – сказала Андриана Карлсоновна.

– Какой кошмар! – воскликнул мужчина. – Ведь они в школе были неразлейвода. И я, как последний дурак пытался к ним прибиться.

– Именно поэтому я и пришла к вам.

– Но ведь это было так давно!

– А разве после школы вы ни с кем из них не виделись?

– Нет, – Лысенко потер нос и признался: – Они ведь и тогда отшили меня.

– И вы, Игорь Олегович, из-за этого переживали?

– Было маленько, – смущенно признался мужчина.

– Судя по тому, что они интересовали вас, вы, наверное, наблюдали за ними?

– Да не так чтобы…

– Может быть, заметили что-то странное?

– Странное? – удивился он.

– Может быть, необычное? Что-то выбивающееся из ряда вон.

– Я даже и не знаю, что сказать вам, – задумался мужчина.

– И когда вы видели их вместе в последний раз?

– На выпускном.

– А в предпоследний?

– В предпоследний раз я видел их вместе в школьном туалете.

– Простите, где? – удивилась Андриана.

– В туалете. Вернее, даже не видел, а слышал их голоса. Я вошел в предбанник и услышал, что они ссорятся. Сначала я хотел уйти, но что-то заставило меня застыть на месте.

– И вы слышали, о чем они говорили?

– Конечно. Колосов кричал Маровецкому: «Илюха! Ты поступил по-свински, втравив нас в некрасивую историю с Людкой!» А Маковецкий вяло оправдывался.

– Они не говорили, в какую именно историю?

– Нет, но я знаю, что их всех четверых вызывали в полицию.

– По поводу чего?

– По-моему, это было как-то связано с жалобой Малышевой, которую она то ли подала, то ли хотела подать в полицию.

– Они что, изнасиловали ее?

– Нет, не думаю. Просто прошел слух, что она пожаловалась на них, вроде они ее напоили, а что там было дальше, я не знаю. Но, судя по тому, что их не задержали, ничего и не было.

«А ведь ни директор, ни классный руководитель не обмолвились об этом ни словечком, – подумала Андриана, – хотя они не могли об этом не знать. Впрочем, Соловьев в ту пору не был директором школы. Но Галина Васильевна Шаповалова являлась классным руководителем «Б» класса. Выходит, что попыталась сберечь честь мундира. Но это неразумно с ее стороны».

Тут Андриана Карлсоновна снова посмотрела на Лысенко и спросила:

– Игорь Олегович, а что говорили Бакулев и Стеклов?

– Я не помню дословно, но они поддержали возмущение Колосова. Потом Бакулев сказал: «Все, закрыли эту тему». А Стеклов бросил: «Лучше бы ты, Илюха, женился на Люде».

– А что Маровецкий?

– Он заорал как резаный: «Я что, против, что ли? Но она как воротила от меня нос, так и воротит». И тут в предбанник влетела целая группа парней из другого класса. Я и ушел. Не хотел, чтобы они догадались, что я подслушивал.

– Вы мне очень помогли, Игорь Олегович, – сказала Андриана.

– Разве? – удивился Лысенко.

Женщина кивнула:

– Спасибо вам.

– Что ж, я рад, – проговорил он как-то нерешительно. И спросил: – А что теперь будет со мной?

– С вами? – удивилась Андриана Карлсоновна. – Ничего.

– Я бы не хотел волновать жену, – сказал Лысенко и, подумав немного, добавил: – И тещу.

– Я хорошо понимаю вас. Вашим родственницам не о чем волноваться. Возможно, с вами захотят поговорить полицейские. Но в этом нет ничего страшного. Вы ведь готовы повторить свои слова?

– Если надо, то готов, язык не отвалится, – пожал плечами Лысенко.

На этом они и расстались. Игорь Олегович, закрыв за сыщицей дверь, испытал чувство облегчения. А Андриана была довольна тем, что сказал ей Лысенко. Эта информация казалось ей очень важной. И она не понимала, почему полицейские расспрашивали Игоря Олеговича только о Колосове, упустив из вида, что были убиты еще трое его одноклассников.

Утром она решила отправиться на квартиру Малышевой, но глянула в свой список, сверилась с картой и поняла, что Кораблева живет совсем недалеко. Только теперь она не Кораблева, а Ларионова. Но это неважно. Андриана Карлсоновна набрала номер сотового телефона бывшей подруги Малышевой.

– Алло, – весело отозвался молодой женский голос.

Андриана засомневалась, правильный ли номер ей дал Артур, но тут же подумала, что он, в принципе, не мог ошибиться, и вежливо проговорила:

– Здравствуйте, могу ли я поговорить с Ириной Захаровной?

– Вы-то с ней уже говорите, – иронично заметил голос из трубки, – а вот с кем она говорит?

– Она? – несколько растерялась Андриана Карлсоновна.

– В смысле я.

– Ах, извините! – воскликнула Андриана. – Вас беспокоит частный детектив.

– Частный детектив? – удивленно повторила женщина.

– Да, Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль. Я только что разговаривала с вашим одноклассником Игорем Олеговичем Лысенко…

– С Гошей? – снова перебила ее Кораблева.

– В общем, да, – не слишком уверенно ответила Андриана. – А так как он живет недалеко от вас, я решила позвонить и вам. Мы можем с вами поговорить?

– О чем? – насторожилась женщина.

– О вашей подруге Людмиле Ивановне Малышевой.

– О Люде?

– Да.

– Но я ее сто лет не видела, как, впрочем, и всех остальных.

– И тем не менее. Меня интересует то время. Я разговаривала с вашим классным руководителем Галиной Васильевной Шаповаловой, с директором 111-й школы. Правда, ваш прежний директор ушел на пенсию, и вместо него теперь новый человек…