Глаз Ночи - Наталья Александрова

Миша нажал на кнопку звонка. Брякнула заслонка глазка, иголос Парфеныча за дверью недовольно произнес:

– Вы почему без предупреждения?

– Парфеныч! – Миша подошел вплотную кдвери. – Пропусти нас к Ивану Францевичу, очень нужно! Мы долго незадержим!

– Куда вы целой-то толпой, – недовольно пробурчалстарик, – сейчас доложу ему, только сразу говорю – больше двоих не пущу.Остальные пускай вниз уйдут, а то я дверей не открою.

Зарудный кивнул, и бойцы спустились по лестнице. На площадкеперед дверью остались только сам Зарудный и Молоток. Через минуту заскрипелизасовы, и дверь приоткрылась.

Зарудный вошел в квартиру и сразу попятился: перед ним, рычаи вздыбив шерсть на загривке, стоял огромный пес – кавказская овчарка.

– Не боись, – усмехнулся Парфеныч. – Шторм –он ученый, он не тронет… пока я не велю. Только оружия не любит и резкихдвижений. Так что вы идите за мной, не торопясь, все и будет хорошо.

Парфеныч спокойно двинулся в глубину квартиры, Зарудный стелохранителем направились следом, грозный Шторм замыкал шествие.

Подойдя к кабинету хозяина, Парфеныч открыл дверь ипропустил гостей вперед.

– А мы со Штормом рядом будем, – напутствовал онЗарудного, – если что…

Иван Францевич сидел за массивным столом красного дерева иразглядывал через лупу какую-то старинную монету.

Посетителей он как будто и не заметил.

Зарудный невольно вспомнил давние советские времена, когдакаждый начальник при появлении посетителя углублялся в бумаги и делал вид, чтоневероятно занят.

Наконец Иван Францевич поднял взгляд и удивленно уставилсяна гостей.

– Чем обязан? – проговорил он с вежливойстаромодной интонацией.

– Не посмотрите ли камешек? – Зарудный судивлением расслышал в собственном голосе заискивающие нотки.

– Да я вроде уже смотрел ваш изумруд. – Ювелироткинулся на спинку кресла и удивленно воззрился на Зарудного. – Или у вассомнения возникли?

– Вот я хотел уточнить, тот ли это камень, что вы смотрели? –Артем выложил изумруд на стол перед стариком.

Тот снова вставил в глаз монокуляр и наклонился над камнем.

– Неплохо, – пробормотал он себе под нос, –очень даже неплохо…

Зарудный почувствовал, как сжавшее его сердце ужасноеподозрение понемногу отпускает.

Ювелир распрямился, поднял глаза на гостя и с одобрениемпроизнес:

– Неплохая работа. Сразу видно – хороший грамотныймастер делал.

– То есть… – Зарудный растерялся: Иван Францевичвроде бы одобрял увиденное, но говорил что-то не то, в его голосе не былопрежнего священного восторга перед чудом природы, а только похвала какому-тонеизвестному мастеру.

– То есть, – повторил Зарудный, чувствуя, как егосердце снова сжимает холодная рука ужасного подозрения, – это не тоткамень, который вы смотрели прошлый раз?

– Да это вообще не камень, – пожал плечамиювелир, – это стеклянный страз, подделка, но очень хорошо изготовленная.Передайте мастеру мои поздравления. Работа первоклассная.

– Поздравления? – прорычал Зарудный. – Да ябы этого гада задушил своими руками!

Дверь кабинета открылась, на пороге стоял Парфеныч, рядом сним, натягивая короткой поводок, задыхался от ярости Шторм.

– Иван Францевич, как тут – все в порядке? – осведомилсястарый телохранитель. – А то я слышу – тут вроде голос повышают, а Штормэтого не любит…

– Все в порядке, – кивнул ювелир. – Нашигости уже уходят… Проводи их, Парфеныч.