Вкус денег - Фридрих Незнанский

- Да, я уже думала об этом. Но ведь весна, а у нас каждую весну во всех мотелях хоть маленький, но ремонт. В этом году только "Лесной" не трогали. Я вам тут список составила, а если хотите, я могу прямо сейчас везде позвонить и поспрашивать.

- Не надо звонить, - решил Денис. - Я лучше проедусь и посмотрю сам.

- Но я же вам помогла хоть капельку?

- Конечно, помогли. Счастливой вам актерской карьеры.

Роберт Ненашев. 9 апреля

Встретиться с Денисом не получилось. Весь день его не было на месте, а на вечер у Роберта были свои планы.

Все оказалось здорово. Мягкий свет, легкая музыка, хорошее вино и изысканная еда, но все-таки Роберт не научился еще, как супермен, восстанавливать силы рюмкой кларета и парой эклеров. От весьма скромной порции спиртного его начало клонить в сон, и, надеясь, что свежий воздух вернет его к жизни, он расплатился и, оставив на произвол судьбы великолепного фаршированного цыпленка, потащил Наташу на улицу.

Только что стемнело. Было довольно свежо, но именно в такую погоду и стоит гулять, если хочешь как следует проветрить мозги. Они шли по Большой Садовой, оставив машину на стоянке у ресторана.

Вдруг кто-то из прохожих истошно заорал:

- Берегись!

Они обернулись одновременно. Двенадцатитонный КамАЗ мягко и почти бесшумно катился под горку с выключенным двигателем. И только когда расстояние между ними сократилось до десяти метров, водитель, врубив дальний свет, нажал на газ.

- Смотри, это она! - Наташа удивилась больше, чем испугалась.

В кабине рядом с водителем Роберт разглядел белокурую фурию, непотопляемую раковскую киллершу Соню. Права все же народная мудрость - дерьмо не тонет.

На мгновение они, ослепленные фарами, как вкопанные замерли посреди дороги, а потом схватились за руки и каждый отчаянно потянул в свою сторону. Роберту не сразу удалось перетянуть девушку, ибо ее силы от сменившего наконец удивление испуга возросли как минимум втрое.

Чудовищным рывком он все-таки оторвал Наташу от земли, и они впечатались в стену. Наташа при этом угодила Роберту локтем прямо в солнечное сплетение, и он замер, багровея от боли, чудом сдерживаясь от того, чтобы не согнуться пополам. КамАЗ, бесцеремонно въехав на тротуар, пронесся в двадцати сантиметрах от них, и только опасность врезаться в фонарный столб не позволила Соне с напарником размазать их тонким слоем.

Все- таки к таким вещам невозможно привыкнуть, думал Роберт. Казалось бы, чего с ними только ни происходило за последние дни, и опять в критической ситуации самый обычный обывательский ступор. Стоишь, как в столбняке, и не можешь пошевелиться.

Он с трудом восстановил дыхание и огляделся. КамАЗ исчез, а их окружили многочисленные прохожие. "Добрые самаритяне" наперебой предлагали свою помощь и сочувствие. Номера инициаторов дорожно-транспортного происшествия, разумеется, никто не разглядел, а костюм Роберта, такой элегантный в начале вечера, был весь испачкан известкой.

Убедив всех присутствующих, что они целы и невредимы и даже рука Наташи, чуть было не вывихнутая, совсем даже не болит, они вернулись к машине.

- По-моему, настала пора с ним разобраться, и эта разборка для кого-нибудь плохо кончится. Очень хочется верить, что не для нас.

Роберт Ненашев. 10 апреля

- Есть идея. - Наташа разливала кофе левой рукой, и ей было страшно неудобно, но к утру правое плечо распухло и рука не поднималась. - Автор той статьи в "Московском комсомольце" про скандал вокруг "Спартака", которая Гагуа оправдывает и всю вину сваливает на нашего уважаемого мэра и его приспешников, то есть на Ракова, мой хороший знакомый. Зовут его Миша Адамович. Он у них, в "Московском комсомольце", всего-навсего спортивный обозреватель, но на самом деле знает все и обо всех. Как ГБ когда-то. Или даже больше. Нужно расспросить его про Ракова, может, узнаем что-нибудь полезное.

- Черт побери, Наташа! Я не твой муж, - Роберт отобрал у нее кофеварку, - почему я узнаю обо всем последним?! Такой ценный человек, а ты скрываешь!

- Потому что ты последнее время был поглощен другими неприятностями. То тебя всякие Сони в море топят, то на тебя КамАЗы наезжают. Но пока ты сопел в две дырочки, я ему позвонила и договорилась о встрече, так что в десять он нас ждет.

Голый по пояс, недобритый Адамович встретил их на пороге своей квартиры, левая щека у него была в пене, а в руке он держал станок.

- Извините, ребята, меня срочно вызвонили на работу, так что я буду с вами на бегу беседовать.

Наташа чмокнула его в уже выбритую часть лица и по-хозяйски потащила Роберта в квартиру.

- Да, я вас не представила: Миша - Роберт, Роберт - Миша, очень приятно, - говорила она быстро, уже настроившись на темп Адамовича.

Они уселись в кабинете, а Миша отправился в ванную завершать туалет, но разговор не прекращался.

- Предупреждаю сразу, материально помочь не смогу, только бесплатные советы…

- Нам необходима чисто теоретическая консультация. - Наташа старалась перекричать шум льющейся воды.

- А что я с этого буду иметь? - Адамович покинул ванную и переместился в спальню.

- Мою вечную любовь и признательность.

- Только натурой и не реже трех раз в неделю. - Он с широкой ухмылкой выглянул из-за двери. Та часть тела, которая осталась за дверью, продолжала одеваться.

- Ты сексуальный террорист. - Наташа послала ему воздушный поцелуй.

- Ладно, излагай.

- Нужно выяснить как можно больше об одном человечке.

- Он тоже сексуальный террорист? - Миша появился уже вполне одетый, на ходу завязывая галстук.

- Может быть, но нас не это интересует. - Наташа показала Адамовичу статью.

- А с чего вдруг такой интерес? - Он бегло просмотрел ее и вернул.

- Военная тайна, Миша.

- Дай угадаю, твой шеф заказал тебе гневное опровержение, и ты решила получить факты, которыми будешь меня крыть, прямо из первых рук? - Он причесал чуть влажные волосы и придирчиво оглядел себя в зеркале. - Но, по-моему, он сам должен тебе объяснить, что нужно писать в опровержении, а о чем лучше помалкивать, зачем тебе мои консультации?

- Все, что вы написали в статье, правда? - вмешался в разговор Роберт, до этого не проронивший ни слова.

- Есть художественная правда, а это - публицистическая. Вы меня понимаете?

- Нет! То есть не все правда, так?!

Наташа поторопилась загасить ненужный конфликт:

- Роберт не журналист, он, во-первых, будущий юрист, во-вторых, американец.

- Тогда прошу прощения. - Адамович уже открыл рот, видимо, чтобы объяснить, чем отличается публицистическая правда от прочих ее видов, но Наташа философский диспут прервала: