Пирамиды Наполеона - Уильям Дитрих

— А что значит идолопоклонница? По сути это слово — всего лишь образ, подобие, возвращающее нас в те времена, когда образ жизни человека согласовывался со сменой сезонов, с солнечным циклом. Если это идолопоклонничество, то я истинно верую в такие образы.

— Но что именно включает в себя твоя вера?

— Я верю, что жизнь имеет особое назначение, что некоторые знания лучше оставить в тайне, а некоторые силы — скрытыми от употребления. А явленные силы должны использоваться во благо.

— Не пойму, я привел тебя в этот дом или ты привела меня?

Она мягко улыбнулась.

— Неужели вы думаете, что мы встретились случайно?

Я раздраженно хмыкнул.

— В моих воспоминаниях еще живет пушечная стрельба.

— Вы выбрали кратчайший путь к александрийской гавани. Нам поручили следить за путешественником в зеленом сюртуке, который, возможно, прибудет в сопровождении Бонапарта.

— Нам?

— Моему хозяину и мне. Тому самому, кого вы убили.

— И ваш дом по чистой случайности оказался на нашем пути?

— Нет, мы сами заняли дом сбежавшего мамелюка. Мы с хозяином захватили его, а наши слуги принесли нам ружья.

— Вы едва не убили Наполеона!

— Не совсем так. Хранитель целился не в него, а в вас.

— Что?

— Совет верховных жрецов полагал, что лучше всего просто убить вас, пока вы не узнали лишнего. Но у богов, очевидно, иные планы. Тот хранитель практически никогда не промахивался, но вас ему не суждено было убить. После взрыва, когда я пришла в себя, то увидела перед собой ваше лицо. И я поняла, что у вас есть особое предназначение, каким бы несведущим вы ни казались.

— Какое предназначение?

— Трудно представить. Пока очевидно, что вам положено как-то охранять то, что нуждается в защите, или использовать то, что требует должного использования.

— Какая защита? Какое использование?

Она покачала головой.

— Мы не знаем.

Клянусь громоотводом Франклина,[46]мне еще не приходилось слышать такой бессмыслицы. Мне предлагали поверить, что именно моя пленница нашла меня, а не наоборот.

— А о каком хранителе ты толковала?

— Жрец-хранитель посвящен в древние знания, пять тысяч лет тому назад сделавшие эту страну самой богатой и красивой в мире. До нас также доходили слухи об этой подвеске — обнаружив ее, Калиостро не смог умолчать от восторга — и о бессовестных людях, способных ради нее на грабежи и убийства. Но вы получили медальон, совершенно не ведая о его назначении! Почему Исиде понадобилось отдавать его в ваши руки? Однако сначала он привел вас ко мне. Потом нас — к Ашрафу, а от Ашрафа — к Еноху. Секреты, спокойно спавшие тысячелетия, пробудились от грохота французских пушек. Пирамиды трепещут. Боги встревожились и указывают нам путь.

Я не мог понять, глупа ли она или дальновидна, как пророчица.

— И куда же ведет этот путь?

— Я не знаю. Все мы полуслепы, видим одно, но не замечаем другого. Все эти ваши хваленые французские ученые, они ведь мудрецы, верно? Волхвы?

— Волхвы?

— Или, как мы в Египте называем их, маги.

— По-моему, Астиза, ученые предпочли бы отделить себя от магов.

— В Древнем Египте между ними не существовало никакой разницы. Мудрецы или ученые знали магию и проводили множество ритуалов с заклинаниями. Сейчас мы с вами должны стать связующим звеном между вашими учеными и сведущими хранителями вроде Еноха и разрешить эту тайну, пока ее не раскрыли злоумышленники. Мы должны опередить приспешников культа змеи, змеиного бога Апопа, и приверженцев египетского ритуала. Они стремятся открыть эту тайну и первыми использовать ее в своих собственных темных целях.

— Каких целях?

— Нам неизвестно, ведь никто из нас не уверен до конца, что же мы ищем. — Она помедлила в нерешительности. — Существуют легенды о громадных сокровищах, а главное, о великих и могущественных силах, способных разрушать империи. Каковы эти силы, говорить пока рано. Пусть Енох попробует отыскать нечто более существенное. Подумать только, сколько людей за всю историю слышали эти легенды и стремились узнать скрытую за ними правду.

— Ты имеешь в виду Наполеона?

— Я подозреваю, что в этом вопросе он невежественнее всех вас, но надеется, что ученые разберутся в этих загадках и принесут ему решение на блюдечке с голубой каемочкой. Он, конечно, ни в чем не уверен, но наверняка слышал легенды об Александре. Все мы блуждаем в тумане мифов и легенд, за исключением, возможно, бин Садра — и того, кто стал его настоящим хозяином.