Кара Дон Жуана - Ольга Володарская

— Нет, спасибо…

— А выпить? У меня вино есть…

— Нет, Каролина, ничего не хочу. Давай поскореепозвоним, а то мне еще до дома добираться…

Сердце Каролины замерло, а потом забилось как бешеное.Причем забилось вхолостую, не желая гонять кровь по телу… Руки и ноги вмигстали ледяными. Но уже через несколько мгновений сердце опомнилось, заработалопо совести, и кровь хлынула по венам… Ледяные пальцы обдало жаром, а в вискахзапульсировало…

— Ты покраснела! — обеспокоенно сказалАндрей. — У тебя не температура ли?

— Нет, все в порядке… Просто я… — Хотелось сказать«дура», но Каро промямлила другое: —…Устала.

— Я тоже. Как собака.

— Пойдем. Я дам тебе телефон.

Каролина прошла к двери, отперла ее, вошла в маленький холл.Включив свет, поднялась по лестнице на второй этаж, вошла в свою спальню.

Телефон валялся на кровати. На экране четыре цифры: 22.13, ини одного значка неотвеченного вызова — никому она за день не понадобилась.Чтобы кое-кто этого не заметил, Каролина быстро выключила телефон, сняла заднююпанель, вытащила свою сим-карту и протянула аппарат Андрею.

Он споро переставил симку из своего сотового в ее, включилаппарат и начал искать в справочнике нужный телефон. Нашел, нажал клавишудозвона.

Каролина из деликатности хотела уйти, но передумала, всеравно разговор будет вестись на армянском, и она ничего не поймет.

Так и оказалось. Андрей заговорил на своем гортанномнаречии, ни слова из которого она не знала («здрасьте» и «спасибо», которым еенаучили Ашкаряны, не в счет). Лишь изредка в его речи проскальзывало знакомое:Рита, Каролина, Кара и «Дискавери». Закончился разговор через одиннадцать минут(от нечего делать Каро засекла) армянским «Пока». Отбросив телефон, Андрейопустился на кровать и обеими ладонями провел по лицу — видно было, как онустал.

— Вызови такси, пожалуйста, — попросил он, —я не знаю номера…

— Зачем тебе ехать? — неожиданно для самой себявыпалила она. — Оставайся здесь. Места полно. — Каролина указала насложенную «чебурашку» у окна. — Вон диван есть. Ложись и спи.

Андрей поднял на нее глаза, посидел несколько секунд, глядяснизу вверх на ее краснеющее лицо, потом произнес, пожав плечами:

— Да неудобно как-то…

— Неудобно трусы через голову надевать… — Онашагнула к дивану, быстро его разложила. Распрямившись, повернулась к Андрею ужене с красным, а пунцовым лицом и спросила: — Остаешься?

— С удовольствием, — немного смущенно протянулон. — А то тащиться до квартиры сил нет… Только, может, мне лучше в другойкомнате лечь? Чтобы тебя не стеснять?

— В других комнатах бардак. Я не успела за жильцамиубрать. Ложись тут, ты меня нисколько не стеснишь… — Она через силуулыбнулась. — Честно!

— Ну хорошо…

— Я сейчас постелю, — выпалила она и засуетилась ушкафа, выискивая подушку и простыни. Нашла, быстро постелила. — Вот иготово!

— Могу я помыться? — спросил Андрей, стаскиваягрязную футболку. — А то не усну…

— Душ во дворе. Сейчас дам полотенце…

Она нарочно долго рылась в ящике комода, чтобы выигратьвремя. Оно ей было необходимо для того, чтобы рассмотреть тело Андрея. Каролинебыло страшно интересно посмотреть, как выглядят идеальные мужчины без одежды.Так же безупречно, как и в ней, или все же под шмотками они скрывают свои изъяны:уродливые родимые пятна, жирок или наоборот — торчащие кости. Это в хорошосшитой одежде легко перевернутым треугольником выглядеть, а ты попробуй безнее…

Тело Андрея ее не разочаровало. Оно оказалось чистым,загорелым, очень стройным, почти мальчишеским, но не костлявым, а хорошоразвитым, мускулистым. Только совсем безволосым — а она всегда любила«мохнатых» мужчин.

На его гладкой смуглой груди висела длинная цепочка собручальным кольцом. Память о жене, наверное…

— С этими похоронами все вверх дном, — пробурчалаКаролина, вытаскивая таки из ящика банное полотенце. — Держи! — Онапротянула его Андрею.

— Спасибо, — поблагодарил он и, перекинувполотенце через шею, направился к двери. — Ты ложись, я скоро…

Затем он скрылся, а Каролина, вместо того чтобы лечь вкровать, прошмыгнула в коридор, скользнула в туалет и, пустив теплую воду,начала спешно мыть руки, лицо, подмышки и кое-что еще. Закончив с этим,вернулась в комнату, наскоро обтерлась, облачилась в прозрачные стринги и своюединственную эротичную майку (остальные были обычными хлопковыми, а эташелковая, с кружевом на лифе), после чего нырнула в кровать. Полежав паруминут, вскочила, подлетела к трельяжу, схватила флакон с туалетной водой,прыснула в воздух, покружилась в клубах аромата, затем вернулась на свое ложе.

Андрей появился в комнате минут через пять. Не зажигаясвета, прошел к кровати. Одежду он держал в руках, а все его облачениесоставляло полотенце, намотанное на бедра.

Он посмотрел на Каролину, которая лежала с полуприкрытымиглазами, следя за ним из-под ресниц, решил, что она спит, и смело сдернул ссебя полотенце. Тут Каролину ждал сюрприз: кожа у него оказалась не золотистой,а белой, такой же белой, как у нее самой — ягодицы чуть ли не светились втемноте, контрастируя со смуглыми ногами и поясницей…

Не зная, что за ним наблюдают, Андрей прошел к окну, открылставни и начал неспешно вытирать волосы. Вид его обнаженного тела произвел наКаролину странное впечатление: кроме ожидаемого желания (все ж таки он оказалсяи без одежды чертовски красив!), она ощутила страх. Ей хотелось, чтобы Андрейбыл сегодня с ней, но она и боялась этого. Ну переспит он с ней, а дальше? Емуничего, а ей страдать…

Не надо! Ни к чему это! — говорил разум.

До добра не доведет! — соглашалось с ним сердце.

Ну и что! Все равно! Я хочу его, а там хоть потоп! —упрямилось тело, набухая в одном месте, наливаясь теплом в другом, отдаваясьприятной болью в третьем…

Андрей, не догадываясь о том, какая борьба идет в организмехозяйки дома, сел на край дивана и в нерешительности замер, размышляя, в какомвиде лечь спать. В полотенце, трусах или голым. В полотенце не хотелось —мокро, в трусах тоже — они не свежие, а голым как-то неприлично…

Наплевав на приличия, Андрей улегся голышом. Вытянулся подпростыней, закинул руки за голову, прикрыл глаза, выдохнул.

Каролина лежала ни жива ни мертва. Борьба внутри неезакончилась полной и безоговорочной капитуляцией здравого смысла. Тело одержаловерх, переманив на свою сторону сердце — теперь и оно изнывало, томилось, ждало…

— Спокойной ночи, — пробормотал Андрейсонно. — Приятных сно…

Он не договорил — уснул. На самом деле уснул — Каролинапривставала, чтобы проследить за его лицом, прислушивалась к дыханию… ЛицоАндрея было расслабленным (даже складочки у губ разгладились), а дыханиеглубоким. Никаких сомнений — он глубоко и безмятежно спал!