Судьба найдет на сеновале - Дарья Донцова

Я продолжил чтение.

«Однажды к Внукову ворвалась возбужденная женщина, крича, что является школьной подругой Елены Браткиной. Одноклассница Мария Рязанцева потребовала купить ей квартиру в Москве и найти высокооплачиваемую работу, в противном случае грозила обратиться в прессу и рассказать, что Лена убийца. Шантажистка, пребывая в истерике, выболтала Трофиму тайну Браткиной: та лишила жизни Юрия Николаевича Плотникова, отчима своего гражданского мужа Артема Брагина, которого чуть ли не с первого класса любила. И вообще она сделала для него много хорошего, а Артем превратил девушку в бесплатную няньку для своей больной матери, потом купил на деньги Лены квартиру и выгнал беременную любовницу вон, когда нашел себе богатую невесту.

Внуков пообещал Рязанцевой подумать, велел приехать к нему завтра, а сам поспешил к жене и передал ей свой разговор с Марией. Елена разрыдалась.

– Давно хотела сама тебе правду рассказать, но не знала, как начать беседу. Маша не соврала. Я ужасный человек. Действительно, я выстрелила в Юрия Николаевича. А мой отец все уладил. Потом я кормила Анну Сергеевну таблетками, чтобы она не вспомнила правду…

Когда Браткина закончила каяться, Трофим обнял ее.

– Ты ни в чем не виновата. Семья Брагиных втянула тебя в свои проблемы. Какого дьявола взрослая женщина побежала к юной соседке, когда муж наставил на нее оружие? Старая дура решила, что ты спасешь ее от разбушевавшегося урода? С какой стати ты должна была бросаться на выручку бабе, а потом ухаживать за ней, таскать ночные горшки? Ее сын на тебе женился? Взял на себя ответственность, стал заботиться о тебе? Нет, он ограбил девушку, которая его обожала, предал, обманул.

На следующий день Внуков отказался выполнить требование шантажистки, пообещал ей горы неприятностей, если Рязанцева посмеет заикнуться кому-нибудь о его жене. А спустя некоторое время нанял Веронику Григорьевну.

Та принялась за дело. Часть информации Гудкова добыла сама, но основное рассказал заказчик. Внуков подчеркнул: Брагин уверен, что отчима убила Анна Сергеевна, надо жать на эту мозоль. Еще бизнесмен предупредил, что жена не в курсе его затеи, Елена ничего знать не должна.

За неделю до начала активных действий я позвонила Трофиму и назвала дату, когда Артема впервые испугают. Внуков взял свою семью и улетел в Англию, где у него большой дом. А я дала денег прикормленному гаишнику, выполняющему для нас различные поручения, тот тормознул Брагина на шоссе и пообещал всем открыть тайну его матери. Затем я заплатила девочке-подростку из неблагополучной семьи, та тоже сказала Артему нужные слова. Позже, загримировавшись под сорокалетнюю тетку, я пришла в супермаркет и сделала объявление по местному радио. Почему сама взялась за микрофон? Так приказала Вероника Григорьевна, а я всегда слушаюсь мать. К сожалению, она меня полностью себе подчинила. В общем, работа шла по плану. Обычно хватало двух-трех месяцев, чтобы человек решился на самоубийство.

Я очень устала и дала себе честное слово, что эпизод с Брагиным будет последним, в котором я принимаю участие. Дима, больше всего на свете мне хотелось уехать с тобой на край света. Но разве я могла рассказать тебе правду? Как бы ты поступил, узнав, кем на самом деле является Нина Орехова? Я хотела тайком продать свою московскую квартиру, купить дом на острове в теплом океане, и мы бы улетели туда. Мне не нужна слава, а в жаркой стране нам не понадобилось бы много денег, моих накоплений хватило бы на тихую счастливую жизнь. Я мечтала, как мы с тобой станем сидеть на террасе, глядя на прилив, а в доме в уютных кроватках будут спать наши дети. Два мальчика и девочка. Или нет, лучше все сыновья.

Но ничего этого уже не будет. Потому что ты поторопился.

Помнишь сказку про Ивана-дурака? Он хотел, чтобы Василиса Прекрасная осталась с ним навсегда, и сжег лягушачью кожу, хоть девушка и просила его подождать немного. Вот и ты поступил так же. Поспешил. Начал требовать от меня решительных действий. Загнал в угол. Ты не оставил мне ни одного шанса на спасение.

До моего тридцатилетия еще несколько лет, ты бы не стал ждать, когда я стану свободной. И я боялась, что, узнав истину, ты убежишь прочь. Да, ты любишь меня, но то, чем я занималась, настолько ужасно, что ты, Дима, мог испугаться и разорвать наши отношения. Поэтому я собиралась предложить тебе однажды: «Улетаем завтра в далекие райские края. Там мы будем принадлежать друг другу, жить семьей, наплевав на славу, зарабатывание денег и прочую суету. Я получила наследство, нам его хватит». Или что-нибудь другое придумала бы.

Но ты загнал меня в капкан. Дима, ты меня бросил, обозвал ужасными словами, крикнул: «Пошла вон!» Мне стало понятно, что жизнь разваливается на куски. Без тебя, любимый, меня нет. В сказке все закончилось хорошо, а вот в жизни все иначе.

Прости, Дима, за то, что оставляю тебя одного. Я лишу себя жизни в отеле Вероники Григорьевны – напоследок мне хочется отомстить ей. Конечно, к Гудковой придет полиция, ее станут допрашивать. Пусть поволнуется, подергается. А когда полицейские удостоверятся, что я сама надела петлю на шею, вот тут наступит самый главный момент.

Как думаешь, зачем я подробно рассказала тебе о Брагине и о том, чем мы с Вероникой Григорьевной занимались? Какова причина моей беспредельной откровенности? Ответ прост: я хочу отплатить бабке за свою разбитую жизнь.

Едва утихнет шум, связанный с моим самоубийством, отправляйся в «Желтуху» и отдай им это письмо. Не в полицию, Дима, в газету! У Гудковой длинные руки и полно знакомств. Мое признание может навсегда исчезнуть в чьем-то служебном кабинете, а пресса не упустит момента рассказать о предсмертном послании знаменитости.

Дима, я очень тебя люблю, ты должен исполнить мою последнюю просьбу.

Ну а теперь прощай, любимый. Даже если бог существует, мы с тобой никогда не встретимся в загробной жизни – самоубийц в райские кущи не пускают.

Ну зачем ты начал на меня давить? Через несколько лет мы бы уехали далеко-далеко и жили долго и счастливо вместе с нашими детьми…

Еще раз прощай. Нина».

Я посмотрел на спящего Яншина, взял письмо и ушел.

Сев в машину, снова стал набирать номер Макса. Уже и не помню, в который раз. Наконец-то вместо автоответчика я услышал голос друга, обрадовался, но начал с упрека:

– Еле до тебя дозвонился! Почему не отвечал?

– Трубку украли, – сердито ответил Воронов.

– Кто? – опешил я.

– Ты уже десятый задаешь мне этот дурацкий вопрос, – обозлился Макс. – Забавно, когда его произносят коллеги. Знай я, кто спер айфон, пошел бы и отнял его. На кладбище вытащили. Когда Сухоруков всех выгнал, я на улице проталкивался сквозь толпу фанатов Ореховой, со всех сторон меня пинали, толкали, с трудом выбрался. Думаю, тогда щипач и поработал. Любят они массовые сборища.

– И ты ничего не почувствовал? Не ощутил чужую руку в своем кармане? – не успокаивался я.

– Прекрати! – рассердился Макс. – Все, тема закрыта. Недавно я активировал новый мобильник, так теперь все трезвонят и начинают: «Почему ты полдня не откликался?» Что за женщина около тебя на церемонии прощания стояла?