Судьба найдет на сеновале - Дарья Донцова

– У меня новостей целый воз, – ответил я. – Сейчас приеду и все расскажу. Что ты делаешь?

– Поесть хотел, за весь день только стакан кофе выпил, – признался Макс.

– Хорошая идея, – одобрил я. – Куда направишься?

– В «Нежность», – ответил Воронов. – Вот ведь тупое название.

– Зато кормят там вкусно и недорого, – раздался издалека голос эксперта.

– Ты с Аней? – спросил я.

– Ага, – ответил Макс. – Давай присоединяйся к нам.

– Быстро не получится, – уныло предупредил я. – Навигатор показывает, что мне до трактира около двух часов езды.

– А ты где? – поинтересовался Макс.

– Пробираюсь по улице Волокова, – уточнил я, – двигаюсь еле-еле.

– Понятно. На Раковского сняли асфальт, а на перекрестке с тупиком Круглова авария, – «обрадовал» меня Макс.

– Ладно, ужинайте без меня, – вздохнул я.

– Нет, сначала чаю хлебнем с пряниками, подождем, пока ты явишься, – возразил Макс. – Работы полно, без дела маяться не будем. Аня еще раз посмотрела снимки комнаты номер четыре и поняла, что она…

– …коза, – перебила Макса Анна. – Ничего Ване не рассказывай, лучше я объясню.

– О, – издал Воронов смешок, – она сама о своем косяке доложить хочет.

* * *

– У тебя вид человека, выигравшего в лотерею, – сказала Аня, когда я сел за стол.

Я хотел раскрыть сумку, но криминалист меня остановила:

– Нет, нет, подожди. Предлагаю сначала спокойно поесть. Знаю, что произойдет, когда ты вытащишь кролика из шляпы: мы забудем про ужин, понесемся на работу и закажем пиццу. Ребята, я хочу курицу с овощами, а не кусок теста, смахивающего на мокрый картон, покрытый нарезанной колбасой не пойми какого происхождения. Ваня, твой рассказ может подождать или у нас пожар?

– Думаю, тридцать минут ничего не изменят, – улыбнулся я.

– Супер! Значит, спокойно едим. И ни слова о делах! – приказала Аня.

Мы быстро сделали заказ и уставились друг на друга. Спустя минуту эксперт хихикнула:

– Ну, чего молчим? Говорите.

– Так не о чем, – пробормотал Воронов. – Решили ведь поужинать, не обсуждая служебные вопросы.

Аня посмотрела на меня:

– Ваня, заводи отвлеченную беседу.

Я откашлялся.

– Сегодня прекрасная погода.

– С ума сошел? – скривился Макс. – То дождь хлещет, то солнце светит, у всех голова болит.

– Не умеешь ты поддерживать светское чириканье, – констатировал я. – Надо отвечать: «Да, да, стоит хорошая осень. И лето было прекрасным, я в отпуск ездил в Испанию». Мы попросим тебя рассказать о твоих впечатлениях, вот так разговор и потечет.

– Макс, где ты провел летние каникулы? – осведомилась Аня.

– На работе, – удивился вопросу Воронов, – ты же меня каждый день видела.

– И я тоже в своем подвале просидела, отпуск пока не использовала. Ваня, изложи нам свои впечатления от заграничных вояжей.

Я замялся.

– Дел навалилось невпроворот, удалось только один раз съездить за город, на дачу к Протасову. И я, как Александр Пушкин, не люблю время с июня по сентябрь. Помните его строки: «Ох, лето красное! Любил бы я тебя, когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи». Но у Протасова хорошо было, посидели на берегу речки.

– А мы с Максом тоже у воды побывали, – оживилась Аня. – Охрана парка ночью утопленника в фонтане нашла. Интересный случай. У него в легких…

– Стоп! – скомандовал я. – Ты же сама велела: ни гугу о службе.

Аня заморгала.

– Ага. Случайно не в ту сторону повело. Простите, ребята. Что ж, начнем заново. Плюша выходит замуж за Буйвола.

Мы с Максом переглянулись.

– Ты женишь кота? – предположил я. – Или собаку?

Аня засмеялась.

– У меня нет животных. Разве с нашей работой можно их заводить? Плюша – это радиоведущая. Неужели никогда не слышали? А Буйвол – тренер по кёрлингу. Их свадьба сейчас самое обсуждаемое в глянце событие.

Макс отложил вилку.

– Чем парень занимается?

– Кёрлингом. Это, кажется, такой вид спорта, когда по полу камни толкают, – неуверенно пояснил я. – Или я путаю?

– Плюша, Буйвол, кёрлинг… – скривился Макс. – Зоопарк на выезде.

– Во время ужина принято обсуждать сплетни, – надулась Аня.

– О! Ходит слух, что нам дадут новые компьютеры, – оживился Воронов.

– Брехня, – отмахнулась криминалист.

– И как мы раньше без интернета жили? – продолжал Макс. – Прикиньте, позавчера приезжаем с парнями в одну квартирку, там труп и…

Аня стукнула ладонью по столу:

– Не о работе!

– Давайте о книгах. Что вы сейчас читаете? – перевел я беседу на ниву литературы.

– Лично я отчет о вскрытии, который Анька прислала, – ответил Воронов.

Мне стало понятно, что все наши попытки почесать языки впустую обречены на провал, открыл сумку и вытащил письмо Нины Ореховой.

– Вот это вам двоим покажется весьма интересным. Но сначала изложу, что узнал от Софьи Киркиной, создательницы фан-клуба Нины Ореховой, и от артиста Дмитрия Яншина.

Не успел я завершить рассказ, как Воронов схватил телефон.

– Алло! Андрей, немедленно найди все, что можно, про Софью Киркину и Дмитрия Яншина. Она обожательница нашей Ореховой. Да, правильно мыслишь, сайт в интернете… Парень снимался в том же сериале, что и Нина, играл ее мужа. Не тормози!

Положив трубку на стол, Макс схватил послание самоубийцы. Аня легонько пнула Воронова в бок.

– Эй, мне так не видно.

Он положил листы на скатерть.

* * *

Они оторвались от чтения в тот момент, когда я, спокойно съев салат и морепродукты с овощами, взялся за медовик.

– Ничего странного не заметила? – спросил Макс у Ани.

– Возникают вопросы, – кивнула та. – Основной вызван этой фразой.

Анна перебрала листы и показала пальцем на какой-то абзац.

– Вы о чем? – осведомился я.

Макс передал мне предсмертное письмо Ореховой.

– Вот. Гляди.

– И что тут удивительного? – не понял я, пробежав глазами текст. – Совершенно естественное для молодой влюбленной женщины желание.

Аня вытащила из сумки айпад, полистала его и сунула мне под нос.

– Внимательно изучи третью фразу сверху.

Но я не успел углубиться в материал – у Макса затрезвонил телефон.