Чудище в шляпке - Дарья Калинина

– И в висках давит!

Глеб схватил ее за запястье, но вовсе не из романтических побуждений, а желая сосчитать ее пульс. Но Роксана заранее подготовилась, попрыгала перед началом представления и сделала несколько отжиманий, так что сердце у нее стучало будьте нате, да и дышала девушка тяжело.

– И впрямь частит, – озабоченно произнес Глеб. – Что это с тобой?

– Тут так душно.

В кабинете было скорее сыро и прохладно, но Глеб ей поверил.

– Душно? Давай я перенесу тебя в другое помещение, где воздух посвежее.

Роксана не возражала – все-таки разнообразие.

– Пожалуйста, – пробормотала она.

Глеб поднял ее на руки и вышел за дверь так быстро, что Роксана даже не успела заметить, что произошло с охранником. Остался он вместе со Степаном Ефимовичем или снова запер недотепу-профессора, а сам вышел в коридор? Увы, Роксана не могла этого сказать точно. Глеб шагал уверенно, словно бы точно знал, куда идет. Так оно и оказалось. Спустя несколько минут Глеб свернул в закуток, где прежде было какое-то подсобное помещение. Нынче оно было переоборудовано под спальню. Тут имелись широкая кровать, застеленная покрывалом, кресло, письменный стол, на котором стоял компьютер, и еще какие-то вещи.

Видимо, отдыхая от трудов неправедных, Глеб любил поваляться в кровати, таращясь в экран. В принципе ничего такого уж необычного. Девять десятых населения страны предпочитают проводить свой досуг точно так же. Разница лишь в том, что их кровати и цветные ящики стоят у них дома, а не в заброшенном невесть в какие годы промышленном здании.

Уложив девушку на кровать, Глеб встал над ней.

– Сильно плохо?

– Да.

Роксана убедилась, что и в этом помещении окон нет, и была разочарована.

– Погоди, кондиционер тебе включу.

И действительно, вскоре зашумел кондиционер и подул свежий ветерок.

– Нравится? Лучше?

– Пить хочу, – капризно заявила Роксана.

– Погоди.

Глеб протянул руку и открыл дверцу прикроватной тумбочки. Роксана скосила глаза. Да это же холодильник! Как у него тут все обустроено! Глеб достал запотевшую бутылочку с минеральной водой и, свинтив крышечку, передал ее Роксане.

– Пей.

Роксана сделала пару глотков и сморщилась.

– Какая холодная.

– Так это же хорошо.

– А пожевать у тебя ничего не найдется? Я голодная.

– Как не найдется? Очень даже найдется.

Пакет с крекерами и печенье нашлись у Глеба в ящике стола.

– Ну как? Вкусно?

Роксана жевала свои любимые крекеры и пыталась придумать что-нибудь еще, что позволило бы ей удалить Глеба из комнаты. Стоит ему оставить ее одну, и она сразу попытается сбежать. Ну а если не сбежать, то хоть вооружиться чем-нибудь опасным. Как на грех, в голову никаких дельных мыслей не лезло. Да еще сам Глеб, решив, что раз накормил и напоил девушку, да еще и вроде как в свою кровать уложил, то имеет на нее какие-то особенные права, подсел к ней поближе и даже положил руку на коленку Роксаны.

Вздрогнув от прикосновения мужчины, Роксана вопросительно посмотрела на него. Увы, самые худшие ее опасения подтвердились. Глеб смотрел на нее с тем самым хорошо ей знакомым призывным выражением, которое появляется у всех мужчин без исключения, когда они намерены предложить себя даме в качестве сексуального утешения.

– Может быть, тебе станет лучше, если мы с тобой немножко пообнимаемся?

Ну точно! Хочет ее затащить в койку с продолжением. То есть в койке она уже лежит, так что дело за малым. Но Роксане совсем не хотелось заниматься сексом с кем-либо, но особенно – с Глебом не хотелось. Он показал себя подлым обманщиком, лжецом и двуличным типом. И даже если от этого будет зависеть ее жизнь, добровольно Роксана ему не дастся. Еще не хватало, что, может быть, последним ее воспоминанием на этой земле окажется счастливая рожа Глеба.

– Нет.

– Ну чего ты? С тебя же не убудет?

Глеб становился все настойчивей. А его рука поднялась еще выше. Теперь она была уже на ноге Роксаны так высоко, что находилась за гранью всяких приличий.

– Я тебе сказала, что не хочу!

– Ну, пупсик мой маленький, – противно засюсюкал с ней Глеб. – Отчего ты со мной такая неласковая?

– А с чего мне быть с тобой ласковой?

Роксана кинула на Глеба такой выразительный взгляд, который тот истолковал правильно. И, поняв, что лаской тут ничего не добьешься, заговорил жестко:

– С чего? Да хотя бы с того, что от этого может зависеть твоя жизнь.

– Если я тебя приласкаю, то ты сохранишь мне жизнь?

– Да.

– А где гарантии, что даже если я буду с тобой ласковой, то мне сохранят жизнь?

– А это ты, моя сладкая, должна постараться заслужить. Если я сочту, что ты достойна остаться со мной – будешь жить. А если ты мне не понравишься – тут уж, извини, ничего не поделаешь, придется отправляться следом за твоим любовником.

Теперь они говорили друг с другом совершенно открыто. И это было даже проще.

И Роксана сказала:

– Не очень-то я верю, что от тебя тут что-то вообще зависит. Вы же все на этого работаете… как его там, Босса!

– Ты меня совсем-то не унижай, – вроде как обиделся Глеб. – Я при Боссе тоже не последняя пешка. Если скажу сохранить тебе жизнь, будешь жива.

Роксане в это что-то слабо верилось.

А Глеб, которому уже надоело ее упрашивать, от посулов перешел снова к угрозам:

– Надоело мне тебя уламывать! Хотел как лучше, хотел, чтобы ты сама меня обняла, выплясывал тут перед тобой, водичку, печеньки. Но коли не хочешь по согласию, так и не надо. Мы тут вдвоем, и я все равно возьму то, что мне причитается.

И он грубо схватил Роксану за руку, подтащив к себе.

– Сколько дней за тобой таскаюсь, гадина! Сколько сил потратил. Должен я получить вознаграждение или нет?

Вот теперь Роксана по-настоящему испугалась. В глазах Глеба она увидела, что тот и впрямь намерен получить свое любой ценой.

И все равно она не стала бы ласкать Глеба, даже если бы от него и впрямь что-то зависело. Пусть даже и не мечтает. Но вот отчего бы не использовать в своих целях такое его желание, коли оно у него возникло?

И, сделав вид, что она поддалась его посулам, Роксана сама протянула руки к Глебу:

– Ну что ты, глупенький! Шуток не понимаешь, что ли? Нам, девушкам, надо сначала повыламываться, цену себе набить. А ты мне всегда нравился. Иди сюда! Изображу перед тобой страсть в лучшем виде. Обними меня скорей.

Глеб не заставил себя дважды упрашивать. Вообще Роксане еще не встречались мужчины, которых бы приходилось об этом просить дважды. Впрочем, она была еще очень молода, и много было такого, что в ее жизни пока что не случалось. Навалившись на Роксану всем телом, Глеб принялась елозить губами по ее шее и плечу. При этом он уморительно сопел, и если бы Роксана не была так сосредоточена на своей цели, то наверняка бы расхохоталась. А так ей было не до смеха. Она не отводила глаз от бутылки, из которой успела сделать всего пару глотков.