Когда соблазняет женщина - Дарья Калинина

Видя, что они обе увлечены разговором, Мариша потихоньку улизнула дальше. Ее ждал подвиг. В кратчайшие сроки нужно было вычислить смертельного врага Сергея Юльевича. И Мариша знала, как ей действовать. Недаром ее родной дедушка во время войны неоднократно ходил за линию фронта, приводя с собой вражеских солдат и офицеров. Взять «языка», так это называлось на войне.

Ну, на войне – как на войне. И подходящего «языка» Мариша вычислила быстро. Им оказалась упитанная тетушка с быстрыми шныряющими по сторонам глазками-щелочками. Весь ее вид выдавал страшную сплетницу. Мариша не могла точно сказать, почему она так решила, но знала, что права на все сто процентов.

И точно! Тетка оказалась сущим кладом. Она проработала в компании Сергея Юльевича больше двенадцати лет. И никто толком не мог сказать, каковы ее профессиональные обязанности. Зато все знали, что если вам нужна какая-то личная информация или свежая сплетня, то нужно идти к Зинаиде Григорьевне – так звали штатную сплетницу.

– А я ведь знала, что его убить скоро должны! – таким заявлением огорошила тетка Маришу. – Да, да! И не смотрите на меня так, словно не верите. Рассказать?

– Расскажите!

– Уж я вам расскажу про Сергея Юльевича такое, чего другие и знать не могут! – моментально воодушевилась Зинаида Григорьевна. – Чайку хотите?

Сидела Зинаида Григорьевна в отдельном кабинете. Не слишком большом, но все же достаточно просторном. И на ее дверях висела даже какая-то табличка. Что на ней написано, Мариша не успела прочитать. Но не сомневалась, что должность достаточно высокая и прибыльная.

Из ящика стола Зинаида Григорьевна достала коробку дорогих шоколадных конфет, хороший английский чай, и растворимый кофе у нее был тоже не из дешевых. Кроме того, она поставила на стол еще и большую жестяную, ярко раскрашенную коробку с немецким печеньем. Оно, как знала Мариша, было совершенно невкусным, но зато очень эффектным и дорогим.

– Сейчас чайку попьем, – уютно говорила Зинаида Григорьевна, выставляя две белоснежные кружки с логотипом банка. – И поговорим о Сергее Юльевиче. Многих он обидел при жизни, ох многих. Я иной раз так и думала: скотина наш хозяин. Вот все про него говорят – богатый человек, авторитетный, уважаемый, а на самом-то деле как есть скотина он был самая настоящая!

И, поколебавшись лишь одно мгновение, она вытащила заначку – палочку сырокопченой колбаски, явно приберегаемую для особого случая. Что же, Мариша могла себя поздравить, она и была именно таким случаем. А верней, не она, а возможность перемыть косточки покойному хозяину.

– И вам он тоже успел досадить? – деликатно беря одну конфетку, поинтересовалась Мариша.

– Мне-то? Нет, меня он не обидел. Врать не буду. Да и попробовал бы он! У меня же муж! Муж за меня бы обязательно заступился.

– А кого же обидел Сергей Юльевич?

– В бизнесе он многих кинул. Ну, за это я ему не судья. Все так живут. Такое уж это дело – бизнес, вариться в нем и совершенно чистеньким остаться не получится. За другое у меня сердце болит. Очень уж охоч был наш покойник до женского полу. Бывало за год пять штук девчонок сменит. Это не считая тех, что на стороне или по случаю имел и в общество не приводил.

– Это еще не порок. Многие богатые мужчины пользуются симпатией у женщин.

– Так-то оно так, только ведь по-свински он с ними расставался. Ни тебе прощай, ни тебе до свиданья. Подарка прощального тоже они от него не видели. Пинок под зад, и пошла вон отсюда! А ведь многие дурочки от него беременны были. Но и их не пожалел. Мне одна плакалась, что даже денег на аборт Сергей Юльевич ей не дал. Другую завел, к этой в один день охладел, и охране запретил ее к себе подпускать. Как она дальше выкручивалась, я даже не представляю.

– Мерзко, но тоже в общем-то понятно. Покойный был эгоистом. И его не интересовали чужие проблемы.

– В самую точку! – кивнула головой Зинаида Григорьевна. – В самую! Скажу больше, его вообще люди не интересовали. Даже о том, что творится в умах у самых его близких, он не знал и знать не желал. Вот что обидно! Вроде бы он один и царь, и бог, а все остальные так, грязь под ногами.

– И за это его убили?

– Мог найтись человек, которому бы это поперек горла встало, – загадочно ответила Зинаида Григорьевна.

У Мариши от напряжения даже ладони вспотели.

– И вы знаете этого человека?

– Может быть, и знаю.

Мариша положила растаявшую шоколадку на салфеточку и вопросительно воззрилась на собеседницу.

– И кто он?

– Не он, – покачала головой женщина. – Она!

– Она? Кто она?

– Этого я не знаю. А только знаю, что это была женщина. Незадолго до свой смерти Сергей Юльевич с ней познакомился.

– Где? Как? Как ее имя? Где живет? Кто такая?

– Ничего этого я не знаю, – ответила Зинаида Григорьевна. – Я только несколько раз слышала его телефонные разговоры с ней.

– Он при вас разговаривал?

– У нас с Сергеем Юльевичем кабинеты смежные. Тут я сижу, а через стенку его апартаменты начинаются. Там, конечно, не один кабинет. А целых три комнаты. Это не считая приемной, где секретарша сидит. А потом идет сам кабинет, потом что-то вроде комнаты для отдыха, а последняя маленькая комнатка – личная курительная Сергея Юльевича. Вот это-то помещение и примыкает к моей стенке.

Зинаида Григорьевна обнаружила это обстоятельство, едва только переехала в свой нынешний кабинет. Она сразу же поняла, какую выгоду можно извлечь из этого. В курительной Сергей Юльевич любил вести переговоры, которые хотел сохранить от всех в тайне. От всех, но не от Зинаиды Григорьевны. Едва заслышав, что за стенкой кто-то завозился, женщина быстро удаляла из кабинета всех потенциальных свидетелей или просто включала кофеварку, кондиционер или любое другое шумное устройство. А оставшись одна, долго и внимательно слушала.

Таким образом, она долгие годы единолично наслаждалась, подслушивая разговоры босса. А для такой великой любительницы сплетен это был просто неоценимый источник. И главное, что он не оскудевал. Сергей Юльевич регулярно менял секретарш, подозревая, что девицы подслушивают его, а потом разносят сплетни по компании. Но ему и в голову не могло прийти, что главная виновница того, что многие его личные тайны становятся достоянием общественности, сидит в соседнем с ним кабинете уже многие годы и при встрече всегда подобострастно улыбается ему.

Надо отдать должное Зинаиде Григорьевне, при всей своей любви к сплетням она не зарывалась. Четко знала границу, за которую нельзя переступать. Так, ни разу конфиденциальные разговоры, касающиеся бизнеса, не выплыли наружу. Зинаиду Григорьевну интересовала исключительно частная, личная жизнь людей. Кто с кем встречается. Кто и где отдыхал этим летом. Кто изменяет своим супругам. А кто еще только готовится к этому.

– И вот где-то за два или три месяца до кончины хозяина у него появилась она. Я сразу же поняла, что тут серьезный интерес. Пожалуй, если бы так дело и дальше пошло, то пришлось бы нашей хозяйке подыскивать себе другого мужа.