Девушка, переставшая говорить - Трюде Тейге

Остальное поглотил треск.

– Алло! – прокричал он. – Ты там? Ты пропадаешь. Алло?

Он подождал несколько секунд, а когда голос Кайсы вернулся, она, очевидно, вышла на улицу, потому что в микрофон задувал ветер.

– Дорога заблокирована и у… Я иду… между гравийной дорогой и… в… Сиссель… Ты должен прийти…

Ее голос утонул в треске. Он несколько раз выкрикнул ее имя, но наступила полная тишина. Карстен попытался перезвонить, но не получилось.

Ковыляя на костылях, он пошел к машине и, уже начав движение, через несколько метров остановился и сдал назад. В кладовой подвала он держал старый большой шкаф. Там хранилась винтовка, если он правильно помнит, винтовка Краг-Йоргенсен. Она, должно быть, древняя, времен войны. Бог его знает, когда ею пользовались в последний раз и работает ли она еще.

Карстен проверил заряд. Патронов нет. Он стал неистово рыться в шкафу, выбрасывая все на пол. Вот она! Коробка. Он отодвинул магазин, взял пять патронов и зарядил ружье.

79

Проехав магазин, Карстен резко остановился. Дорогу перегородило упавшее дерево. Он попытался дозвониться до Эврелида, но безрезультатно. Затем развернулся и поехал в направлении Хамневейен с леденящим чувством, что он опоздал. «Думай! – призывал он самого себя. – Думай, думай, думай!»

Сначала Кайса сказала, что она в доме Дага и Бенте. Потом она вышла на улицу во время разговора. Она что-то сказала о Даге и упомянула гравийную дорогу и что-то, связанное с Сиссель. Чем она, черт возьми, занимается?

– Твою мать!

Он резко дал по тормозам перед камнями, преграждавшими Хамневейен. «Что теперь будешь делать, жалкий ты калека?» – подумал он. Ему нужно было что-то вроде ходунков.

Детская коляска.

Он вышел, опираясь на машину, открыл багажник и вытащил коляску. Положил пару больших камней внутрь, чтобы ее не сдувало и не качало, когда он будет опираться на нее, и засунул винтовку под откидной верх. И, собрав все оставшиеся силы, двинулся вперед.

80

Кайса стояла у входной двери в дом Бенте и Дага и смотрела на гравийную дорогу, но никого не видела. Хорошо, что ей удалось предупредить Карстена. Спасательный корабль с подкреплением тоже должен был быть в пути, потому что ветер изменился.

Она выбежала на площадку перед гаражом и закричала:

– Эй!

Ответа не было.

– Эй! Есть тут кто-нибудь?

Ничего.

Ни на дороге, ни на гравийной дороге, ни в гавани – во всяком случае, она никого не видела сквозь мокрый снег с дождем.

Дом Сиссель казался большой серой тенью. Между участками была высокая живая изгородь, и видно было только верхний этаж. Казалось, будто фигура испарилась между гравийной дорогой и домом.

Дырка в изгороди. О ней упоминала Туне.

Кайса побежала к изгороди, нашла отверстие и на четвереньках пролезла в него. Она поднялась, отряхнула мокрую землю с колен, огляделась вокруг, но никого не увидела. Пошла дальше к дому, за лестницу и оказалась прямо перед крыльцом, там она укрылась от ветра. Рядом с ней было крошечное окошко подвала. Она наклонилась и заглянула в него. Окно было покрыто тонким слоем пыли, но внутри она увидела слабый свет. И застыла. Ей показалось, что она что-то услышала, какой-то скрипучий звук. Там кто-то есть? А что, если… Туне? Это могла быть она? Кайса собралась постучать, но остановилась на полпути.

Надо дождаться Карстена, подумала она и побежала к воротам, высматривая его, выкрикивала его имя, пытаясь разглядеть, пришел ли спасательный корабль или был в пути. Но Карстена нет, а гавани не было видно. А та фигура, которую она увидела, куда же она могла подеваться?

Кайса пошла обратно к окошку в подвале, прислушалась. Вот! Опять этот звук, она была уверена, что услышала что-то, какое-то царапанье изнутри. Оглянувшись, она заметила вход в подвал рядом с крыльцом, дверь, практически сливающуюся со стеной. Пару секунд она изучала дверь и решилась. Осторожно взявшись за дверную ручку, она повернула ее, раздался слабый щелчок. Она медленно занесла ногу внутрь.

Ветер рвал и трепал дверь, и когда ей удалось ее закрыть, наступила полная темнота, словно она ослепла. Кайса оперлась на стену, влажную каменную стену. В носу стоял запах гнили и плесени. Она сделала шаг вниз, нога во что-то уперлась, она быстро притянула ее обратно, наклонилась и потрогала этот предмет. Им оказалась рукоятка метлы, прислоненной к стене. Кайса поставила ногу рядом с ней и прощупала рукой перед собой, прежде чем опустить ногу на следующую ступеньку. Только оказавшись в самом низу, она выпрямилась.

Было слишком темно, чтобы что-то увидеть, но между дверью в подвал и дверной коробкой была узкая щелка. Кайса провела рукой вниз. Засов и висячий замок. Заперт снаружи. Она приложила к двери ухо. Тишина, изнутри ни звука, она слышала только удары своего пульса, они как будто отдавались в каменных стенах. Она попыталась заглянуть в щелку, но та была слишком узкой. Она снова приложила ухо к двери, прислушиваясь. Дыхание затруднилось, она открыла рот, сконцентрировалась, чтобы дышать беззвучно, только поднимая и опуская плечи.

Вдруг она услышала плач.

Это точно Туне. Господи! Когда же придет Карстен?

Она припала губами к щелке.

– Туне!

Тишина.

– Туне! – повторила она. – Это ты? Это Кайса.

– Кайса? – донеслось с той стороны. – Это Бенте.

– Это ты здесь?

Кайса не разобрала ответ Бенте, потому что в эту секунду услышала звук у себя за спиной и почувствовала сквозняк на лестнице.

Она повернулась и увидела, как дверь в сад открылась.

81

Карстен передвигался какой-то хромающей рысцой, толкая перед собой коляску. На повороте к дому Бенте и Дага стоял красный «Поло». Он точно помнил, что у Эльзы из магазина была такая машина. Кайса здесь, подумал он с облегчением. Но никто не ответил, когда он открыл дверь в дом и прокричал «Ау!».

Он поднялся по лестнице. После приема обезболивающих боль была не такая мучительная, но ноги стали как бревна. Наверху лестницы он остановился, опершись на перила.

– Кайса! – прокричал он.

Тишина.

82

В мокром подвале стоял ледяной холод. Кайса так замерзла, что тряслась, уставившись на фигуру, спускающуюся по лестнице к ней.

– Карстен?

Что-то было не так, мозг кричал – что-то не так. Когда она поняла, что этот человек преодолевал лестницу с легкостью, было уже слишком поздно.

Он подошел прямо к ней, она почувствовала на своем лице его дыхание.

83

«Черт!» – подумал Карстен. Костыли остались в машине.

Он стоял в коридоре в доме Бенте и Дага, прислонившись к стене. Схватив большой мужской зонт-трость, он оперся на него и, стиснув зубы, вышел с винтовкой, зажатой под мышкой. Грудь сдавило, словно на нем была смирительная рубашка.